Процветание съел две порции, но Цинь Юй его остановил.
— Процветание, — спросил он, присев, — а какой твой уровень силы по меркам практиков?
Процветание начертил на земле круг.
— Золотое Ядро?! — ахнул Цинь Юй. — Ты уже достиг уровня предка Золотого Ядра?!
Процветание гордо кивнул.
Цинь Юй думал, что он максимум на стадии Создания Основы, но чтобы настолько...
— А твой вожак? Какой у него уровень?
— Гав-гав! — принялся прыгать Процветание, пытаясь что-то объяснить.
— Не понимаю! Покажи в иллюзии!
Процветание недоуменно склонил голову.
— В прошлый раз в иллюзии переводил не ты? — догадался Цинь Юй.
Процветание замотал головой. Он не понимал, о чем речь.
«Не Процветание, значит, вожак?»
— Когда ты показываешь мне иллюзии, твой вожак знает об этом?
Процветание снова замотал головой.
— Не знаешь?
— Гав-гав! — его голова завертелась, как волчок.
— Понял. То есть, ты не знаешь, знает ли твой вожак, что ты показываешь мне иллюзии.
Процветание кивнул.
«Значит, знает. Процветание тогда был рядом с ним, он не мог не заметить. Похоже, это он мне и помогал с переводом».
Цинь Юй облегченно вздохнул.
«Слава богу, тот дурень, который поставил цензуру только на одно слово, — это не мой Процветание!»
— Кстати, — спросил он, — когда я тогда спросил, почему ты так виновато отвернулся?
Процветание замотал головой, мол, не было такого.
— Ладно, наверное, мне показалось. А зачем ваш вожак мне помогал?
Процветание снова замотал головой.
— Ты что, в прошлой жизни погремушкой-трещоткой был? Только и умеешь, что головой мотать!
Процветание виновато опустил голову.
— Эх, такой же дурень, как Ли Чжэнтун!
— Брат Юй, ты меня звал? — раздался с той стороны забора голос Ли Чжэнтуна.
Цинь Юй потерял дар речи.
Ли Чжэнтун перелез через забор.
— Ой, какая милая собачка! Брат Юй, это твоя новая? Ой! — он зажал нос. — Что за вонь! Брат Юй, у тебя что, сортир взорвался?
Цинь Юй: Уровень гнева +1
Увидев кипящее на огне масло, Ли Чжэнтун изменился в лице.
— Брат Юй, ты что, дерьмо жаришь?
Цинь Юй: Уровень гнева +1+1+1
— Неудивительно, что я в последнее время постоянно чувствую какой-то неприятный запах. Я-то думал, мне кто-то дерьмо во двор подкидывает, а это от тебя несет!
Сегодня Ли Чжэнтун был явно не в себе.
— Это вонючий тофу, а не... дерьмо!
— Вонючий тофу? Он что, из дерьма сделан?
«Не спорь с дураком!» — мысленно повторял Цинь Юй.
— Вонючий тофу не имеет никакого отношения к дерьму! Еще раз ляпнешь, я на тебя Процветание спущу!
Процветание послушно оскалил молочные зубы.
— Процветание? — Ли Чжэнтун, хохоча, указал на щенка, который был ему ниже колена. — Эта шавка что, уже от титьки отлучилась?
— Гав-гав!
— А-а, моя задница!
— Господин пес, я был неправ! Больше не буду! Отпусти!
— Не отпустишь, я тебя ударю!
— Господин пес, пощадите! Я же пошутил!
...
Через полминуты Ли Чжэнтун, дрожа, сидел в углу.
— Процветание — на стадии Золотого Ядра, — вздохнул Цинь Юй, протягивая ему кусок ткани. — Кого угодно мог дразнить, но выбрал именно его!
— Брат Юй, почему ты раньше не сказал?! — чуть не плача, простонал Ли Чжэнтун.
— У нас с Процветанием еще дела. Иди, посиди пока в сторонке.
— Брат Юй, я тогда пойду, переоденусь.
Ли Чжэнтун снова перелез через забор.
...
— Вожак ведь что-то говорил про твое имя? — вернулся к теме Цинь Юй.
Процветание тут же напрягся и принялся что-то показывать и лаять.
— Помедленнее, я не понимаю!
— Брат Юй, Процветание говорит, что вся стая хочет его имя, особенно вожак.
Цинь Юй обернулся и увидел, как Ли Чжэнтун, уже в чистой одежде, снова лезет через забор.
— У тебя что, двери нет?
— Так удобнее! — улыбнулся Ли Чжэнтун.
— Вся стая хочет твое имя? — спросил Цинь Юй у Процветания.
Тот жалобно кивнул. Его положение в стае было шатким. Любая ошибка — и вожак отберет его имя себе.
— А у вашего вожака что, нет имени?
Процветание кивнул, а потом замотал головой.
— Это как?
— Процветание говорит, что у вожака есть имя, но оно ему не нравится, — объяснил Ли Чжэнтун.
— Ты его понимаешь?
— Я изучал зоопсихологию духовных зверей, — вздохнул Ли Чжэнтун, глядя в небо. — Могу угадывать, что они имеют в виду!
— Круто! Процветание, он правду говорит?
Процветание кивнул и бросил на Ли Чжэнтуна взгляд.
— Гав-гав! (А ты, парень, не промах! Будет от тебя польза! Пока кусать не буду.)
— Спасибо, господин пес!
Глядя, как они переглядываются, Цинь Юй почувствовал себя глухим.
— О чем вы?
— Господин пес сказал, что я — не промах, и пока кусать меня не будет.
— Но он же просто два раза гавкнул!
— В зоопсихологии главное не слова, а жесты!
«Да не было же никаких жестов!»
— Процветание, как зовут вашего вожака?
— Гав-гав!
— Процветание говорит, что его зовут «Собачье Яйцо»!
— Пф-ф! Собачье Яйцо... — не сдержался Цинь Юй. — Какое... запоминающееся имя! Постой, а это ты как по жестам понял? Признавайся, ты можешь с ними разговаривать?
— Аба, аба, аба... — забормотал Ли Чжэнтун, покрываясь холодным потом.
— Процветание, кусай! Постой, сначала я дам ему Пилюлю Закалки Тела, а потом кусай!
— Брат Юй, я признаюсь! — взмолился Ли Чжэнтун. — Я действительно понимаю Процветание, но не всех, а только собакоподобных духовных зверей.
— Сразу бы и сказал!
— Это — маленький секрет моей семьи, — шепотом объяснил Ли Чжэнтун. — Отец не велел никому говорить. Брат Юй, ты только никому не рассказывай!
— Не волнуйся, я — «мертвый рот» Ордена Сюаньтянь!
— То есть?
— То есть, любая информация, попавшая ко мне, умирает во мне! Сокращенно — «мертвый рот»
Обновлено: 22.01.2026