Глава 6 — Глава 6. Талисман? Нет, божество-хранитель отделения!

**Глава 6. Талисман? Нет, божество-хранитель отделения!** Он заворожённо наблюдал, как Сюй Цю уверенно перехватил скальпель. *Вжих-вжих-вжих* — острое лезвие с пугающей лёгкостью рассекло средостение. Хэ Хэнцзинь не успел и глазом моргнуть, чтобы остановить его, как левая плевра средостения была полностью вскрыта. Лицо заведующего исказилось, он уже набрал в лёгкие воздуха для гневной отповеди, но слова застряли в горле. Сюй Цю, не обращая внимания на застывшее окружение, аккуратно извлёк из глубин раны небольшой красно-белый фрагмент ткани размером всего в несколько сантиметров. Кончики пинцета бережно удерживали находку. — Похоже, это и есть лёгкое, — совершенно серьёзно произнёс Сюй Цю. «?» Постойте-ка! Хэ Хэнцзинь замер в замешательстве. Он подался вперёд, вглядываясь в этот комочек плоти. Сомнений не было — это действительно была легочная ткань! Неужели просто повезло? Ткнул пальцем в небо и попал? Словно прочитав его мысли, Сюй Цю начал объяснять: — Опухоль у пациента имеет слишком гладкую поверхность. Это позволяет предположить, что её рост шёл строго вдоль полости средостения. В таких случаях с огромной долей вероятности здоровые ткани просто вдавливаются в щели плевральной полости... В его арсенале теперь была **[Экспертный уровень: Техника удаления гигантских опухолей легких]**, и слово «гигантский» здесь было ключевым. Несмотря на то, что Хэ Хэнцзинь был опытным хирургом, перед лицом столь редкой и масштабной патологии он пасовал — сказывался дефицит специфического опыта. Но Сюй Цю... Он понимал эту опухоль лучше, чем она сама себя. Проследить нормальную анатомическую структуру в этом хаосе перепутанных тканей было задачей запредельной сложности, но для него — вполне выполнимой. — Ох-х... — по операционной пронёсся коллективный вздох. Ладно, интубацию ты мог тренировать втайне десятилетиями... Но это? Откуда это?! Рискнуть и вскрыть плевру средостения без абсолютной уверенности — на такое не отважился бы даже сам Хэ Хэнцзинь. В душе заведующего бушевал шторм. Он внезапно осознал, что совершенно не знает своего ученика. И в тот же миг его обожгло острое чувство раскаяния. «У Сюй Цю скрытый талант, настоящий дар! Такими кадрами не разбрасываются. Нельзя позволить ему уйти!» В этот момент тишину разорвал чей-то вскрик: — Заведующий Хэ! Хэ Хэнцзинь вздрогнул, вырываясь из своих мыслей: — Какого черта вы раскричались... Он осёкся на полуслове. Его зрачки расширились от ужаса и изумления. Сюй Цю, найдя левое лёгкое, даже не подумал остановиться. Он снова занёс скальпель, нацелившись в самое сердце оставшейся части опухоли. — Заведующий, остановите его! — кто-то из ассистентов запаниковал. Все прекрасно знали «уровень» Сюй Цю. Доверить ему удаление опухоли — это же чистое убийство! Но Хэ Хэнцзинь резко вскинул руку, обрывая протесты: — Пусть делает! В этот момент заведующий был потрясён до глубины души. Остальные видели лишь самоуправство, но Хэ Хэнцзинь, опытный мастер, заметил другое: техника Сюй Цю была невероятно изощрённой. Лезвие скальпеля порхало в узком операционном поле, словно бабочка. На крошечном пятачке пространства он двигался с поразительной лёгкостью и уверенностью. «Виртуозно...» — пронеслось в голове Хэ Хэнцзиня. Внезапно он уловил, что Сюй Цю что-то тихо бормочет себе под нос. Прислушавшись, заведующий почувствовал, как мир вокруг него начинает рушиться от абсурдности происходящего. — Так, здесь должна быть задняя восходящая артерия... одна из ветвей, питающих верхнюю правую долю. Самый сложный участок операции... — Сюй Цю шептал это так обыденно, будто читал рецепт пирога. *Щёлк.* Одно неуловимое движение — и сложнейшая диссекция завершена. «?» Хэ Хэнцзинь окончательно впал в ступор. Остальные врачи смотрели на Сюй Цю как на инопланетянина. Сложнейший этап, на котором ломали зубы светила медицины, он прошёл, просто перекидываясь парой слов? Глядя на то, как Сюй Цю буквально «танцует» в ране, демонстрируя технику, граничащую с искусством, Хэ Хэнцзинь заговорил, и его голос стал неожиданно мягким: — Техника... действительно впечатляет. У кого ты этому научился? — У вас, учитель, — не отрываясь от дела, ответил Сюй Цю. «Как же приятно...» — Хэ Хэнцзинь невольно расплылся в улыбке. * На пятом часу операции последние два килограмма опухоли были извлечены. На операционном лотке высилась гора из плоти и крови общим весом в пять килограммов. Подсчёт салфеток, проверка инструментов... Всё сошлось. Слой за слоем грудная клетка была закрыта. Когда последний шов был наложен, присутствующие словно очнулись от долгого сна. Они смотрели на Сюй Цю, и в их взглядах смешивались страх и благоговение. Это и есть тот самый «талисман» отделения скорой помощи, над которым все подшучивали? Да это же, чёрт возьми, божество-хранитель отделения! * После операции маленького Дун Хао перевели в детскую реанимацию. Самый сложный этап позади, но борьба за его жизнь только начиналась. Хирурги сделали всё, что могли, теперь слово было за организмом ребёнка и интенсивной терапией. Новость об успешном удалении гигантской опухоли всколыхнула всю больницу. Но ещё больше людей поразили слухи о невероятном мастерстве Сюй Цю. «Последний танец сорокапятилетнего врача перед увольнением...» — такая мысль пришла в голову многим. Конечно, нашлись и скептики. Репутация Сюй Цю в Линьхайской больнице была железобетонной. Человек, который годами безропотно выполнял самую грязную и малооплачиваемую работу, просто не мог обладать таким уровнем. Интубация — ладно, это навык, который можно отточить до автоматизма. Но резекция опухоли? Сложнейшая операция, проведённая лучше, чем самим заведующим Хэ? Это за гранью реальности. Однако операционный протокол — документ серьёзный, подделывать его никто бы не решился. Поэтому, несмотря на сомнения, всем было до безумия любопытно: насколько же на самом деле феноменальным было выступление Сюй Цю у стола? * Пока по больнице ползли слухи, Хэ Хэнцзинь уже покинул операционный блок и вернулся в отделение скорой помощи. Он поручил Сюй Цю «разъяснить состояние пациента родственникам», а сам поспешно ретировался. Но направился он не в свой кабинет. Хэ Хэнцзинь прокрался к рабочему месту Сюй Цю в общем офисе, порылся в ящиках и, наконец, выудил оттуда заявление об увольнении. Глядя на свою подпись на документе, он почувствовал непреодолимое желание отвесить самому себе оплеуху. Чуть не упустил... Этот старый лис Сюй Цю, хоть и казался недотёпой, в интубации и хирургии оказался настоящим гением! — К счастью, ещё не поздно, — пробормотал он, скомкал заявление в плотный шар и запихнул в карман. В этот момент в коридоре послышались шаги. Хэ Хэнцзинь быстро выпрямился. В дверях показался Сюй Цю. — Учитель?.. — Сюй Цю с удивлением посмотрел на наставника. Хэ Хэнцзинь заложил руки за спину и максимально невозмутимо произнёс: — Сегодня ты неплохо себя показал. Твоя техника удаления опухоли... пожалуй, даже превзошла мою. Сюй Цю просто кивнул: — Да. «Да?! И это всё?» — Хэ Хэнцзинь едва не поперхнулся. — «Это что, нормальный диалог? Хоть это и правда, мог бы ради приличия пару комплиментов мне отвесить!» Заведующий вздохнул. Хорошо, что он не был падок на лесть. — Ступай, оповести всех. Мы созываем конференцию областного уровня. Тема: «Опыт резекции гигантских опухолей легких». Хотя жизнь пациента всё ещё висела на волоске, с точки зрения хирургии операция была триумфальной. Для хирургов это был повод открывать шампанское. — Сразу областной уровень? — Сюй Цю был слегка озадачен. Хэ Хэнцзинь усмехнулся: — А что нам эти городские недоучки? В области хоть пара-тройка стоящих врачей найдётся, перед кем не стыдно выступить. Сюй Цю подумал, что учитель прав. Линьхайская больница №1 была лучшей в городе, а сам Хэ Хэнцзинь — светилом медицины, членом правления множества ассоциаций и обществ. Он имел полное право смотреть на коллег свысока. Уровень этой операции действительно заслуживал того, чтобы о нём узнали не только в области, но и во всей стране. — Хорошо, я всё подготовлю, — покладисто ответил Сюй Цю. Хэ Хэнцзинь кивнул и уже собрался уходить, но в дверях обернулся: — Погоди.