Часовня, где раньше едва теплилось несколько лампад, вдруг вспыхнула, словно настал ясный день.
Этот хлынувший свет Доджун уже видел — в её воспоминаниях.
Завеса света, что некогда очистила тысячи гулей.
Откровение бога.
— Га, а-а…
Из горла гуля вырвался хриплый, скрежещущий звук. Её тело пылало так, как никогда прежде.
Из глаз катились синеватые слёзы. Но это были не слёзы боли — скорее, ликования.
«Значит… получилось?»
Единственный сосуд веры, созданный из десятков других, принесённых в жертву. Сила всех ритуальных предметов сложилась и многократно усилилась — теперь его без преувеличения можно было назвать святыней.
Через эту новорожденную святыню её молитва наконец достигла небес. Удержать уже отвернувшегося бога она не смогла — но заставила его на мгновение оглянуться.
Шшшшшшшш!
И этого мига хватило: подавляющая жизненная сила хлынула потоком, и в трещинах каменного пола часовни проклюнулись зелёные побеги.
Распустились алые, жёлтые, всех мыслимых оттенков цветы. Часовня, ещё недавно похожая на склеп, превратилась в цветущий сад.
— У-у, а-а…
Изменилось не только это. Тело гуля тоже начало восстанавливаться.
Сгнившая плоть осыпалась, под ней проступала свежая кожа. Снова отросли прекрасные белые волосы, на губах появился румянец.
Лишь в одном месте.
Правый глаз — место, что стало причиной её смерти, — оставался пустой глазницей.
— А-а…
Но и в этой пустой глазнице вскоре расцвёл белый цветок.
Амафора.
Лилия, воспевавшая бога, та самая, что когда-то покрывала весь её мир.
В этом чуде, которого она ждала сотни лет, она не отрываясь смотрела на Доджуна.
— …
Доджун достал ту самую упавшую мантию и накинул ей на плечи.
Тело восстановилось — но одежда так и осталась лохмотьями.
[Вы можете скопировать одну из характеристик «Источенной мантии веры» на «???».]
[Доступные характеристики]
- Не подлежит ремонту
То же самое окно, что и прежде. Но Доджун закрыл его, не глядя.
Теперь в этом не было нужды.
— А, у-у…
Она попыталась что-то сказать. Но голос не слушался — видимо, голосовые связки, как и правый глаз, не восстановились.
И тут зеркало в её руке первым начало рассыпаться в прах.
Следом мягко растворялась её ладонь, рука, всё тело.
Любого человека такое привело бы в ужас, но её лицо оставалось безмятежным. «Наконец-то…» или «Только теперь…» — читалось в её взгляде.
И вот.
Шурх.
Накинутая мантия безвольно опала на пол, а на месте, где стояла она, осталась лишь горсть серого пепла.
[Магическая тварь повержена. Опыт (EXP) увеличен.]
[Совместимость возросла.]
[Совместимость возросла.]
[Совместимость возросла.]
…
[Вы победили ???.]
[Лабиринт пройден. Вам полагается награда.]
[Список наград]
- Камень возвращения
- Ключ Лабиринта 4-го круга (случайный)
- Ящик с предметом (выбор, редкое качество)
- Монета
На экране замигало сообщение о завершении Лабиринта.
Первый и второй пункты были ожидаемы, а вот третий и четвёртый заставили Доджуна удивлённо приподнять брови.
Но.
«Разберёмся позже».
Дело ещё не закончено.
Дрррр-дррррр-дррррр…
Храм — нет, весь Лабиринт — затрясся, будто началось землетрясение. Подвал часовни вот-вот должен был обрушиться, и Доджун, с напряжённым лицом, заторопился.
Он подобрал мантию, спрятал в инвентарь, нашёл рядом небольшой деревянный ларец и сложил в него её прах.
С ларцом в руках направился в дальний угол часовни.
«Кажется, здесь».
Восстанавливая в памяти образы из видения, Доджун встал перед одной из статуй.
Упёрся в неё обеими руками и налёг изо всех сил.
Грохот!
Статуя завалилась набок, обнажив под собой потайной ход.
Доджун без колебаний открыл его и шагнул внутрь.
Прохладный, холодный воздух.
Спустился, наверное, этажа на два — и вышел в просторное помещение, где из земляного пола вырастали бесчисленные надгробия.
Общая усыпальница жителей храма.
Место, куда Святая дева, кремировав тела, бережно похоронила каждого по отдельности.
В самом дальнем углу обнаружилась могила, такая же, как остальные, — только без насыпи, лишь вырытая яма.
Доджун присел перед ней.
«Здесь».
Это была её собственная могила, которую она приготовила для себя ещё в те времена, когда сохраняла рассудок.
В надежде, что когда-нибудь и её тоже похоронят рядом с ними.
Тщетная надежда — и она это знала. Она могла похоронить других, но похоронить её саму было некому.
И всё же она её выкопала.
Зная, что это бесполезно.
Доджун опустил ларец с её прахом в эту яму. Засыпал землёй и поправил надгробие.
— …
Просматривая её память, Доджун так и не узнал её имени. Потому что никто из тех, кто был рядом, не звал её по имени.
Ни старый рыцарь Польман, командовавший обороной, ни молодой рыцарь Ахам, тайно влюблённый в неё, ни служанка Су, всегда хлопотавшая подле неё, — все обращались к ней лишь как к Святой деве.
Что она думала об этом — неизвестно. Может, было обидно. А может, и всё равно.
Доджун перевёл взгляд на надпись на надгробии.
Подобно тому, как в видениях ему открывались чужие, незнакомые знания, теперь его глаз поймал незнакомые буквы.
Всмотревшись в эпитафию, он впервые за несколько столетий…
— …Сивеллин.
…произнёс её имя.
[Забытое имя обнаружено.]
[Скрытое задание выполнено! Вам полагается дополнительная награда.]
Бодрый, совершенно не вязавшийся с моментом голос системы.
В то же мгновение содрогавшийся храм окончательно обрушился, а тело Доджуна растворилось в свете.
…
Он вернулся.
Из рушащегося храма Доджун перенёсся домой, использовав навык возвращения. До этого он зачищал лишь два Лабиринта, но впервые видел, чтобы локация рушилась после смерти босса.
«Прямо как настоящее подземелье».
Обычные подземелья, входы в которые открываются среди корней Мирового древа, ведут себя именно так. Стоит убить босса — и через какое-то время всё подземелье обрушивается.
На всякий случай Доджун проверил свои навыки.
[Дополнительная характеристика]
— Навык: Вход в Лабиринт (3-й круг, Разрушенный храм)
*Деактивирован
Внизу значилось «деактивирован». Вся строчка стала серой.
Он попробовал активировать навык, но ничего не произошло. Будто говоря: больше тебе сюда не вернуться.
«Я ведь сразу заподозрил неладное, когда заметил, что гули не возрождаются».
Что ж, это место и впрямь отличалось от остальных Лабиринтов.
Если другие Лабиринты ощущались как искусственно созданные игры, то Разрушенный храм казался настоящим, всамделишным подземельем.
Если подумать, то даже артефакт с эффектом «не подлежит ремонту», валявшийся во дворе храма, был не подсказкой свыше, а скорее ловушкой.
Если бы он сразу переложил «не подлежит регенерации» на босса и убил её, узнать её имя у него не было бы ни единого шанса.
«Что было — то прошло».
В любом случае всё закончилось.
Тряхнув головой, он отогнал остатки переживаний и перешёл к наградам.
Сначала — монета.
Золотистая монетка, на одной стороне — молот, на другой — веер. «Монета». Он уже почти забыл, что это такое, но вскоре всё вспомнил.
[Внимание! Предмет-исходник будет уничтожен! Чтобы сохранить снаряжение, требуется некоторое количество «монет».]
Это сообщение всплывало ещё в Катакомбах, когда он впервые опробовал свою способность.
Там ясно было сказано: монеты позволяют сохранить экипировку.
[В вашем распоряжении находится 1 монета.]
[Одна монета позволяет защитить снаряжение редкого качества и ниже.]
«Редкого?»
Значит, для легендарных и мифических предметов потребуется уже больше монет.
Слегка обидно — но всё равно неплохо. Редкое качество и сейчас активно используют на передовой индустрии.
Иначе говоря, такими предметами не брезгуют пользоваться даже охотники S- и A-ранга.
«С этим я могу выдернуть характеристику и при этом сохранить сам предмет в строю».
Или, если у предмета есть две по-настоящему ценные характеристики, которые жалко терять, — выдернуть обе.
Первое копирование сделать с монетой, второе — обычным способом.
«Хотя сейчас мне это не пригодится».
Не нужно долго размышлять, чтобы понять: монеты — крайне редкая вещь. Пускать её в ход стоит только тогда, когда в руки попадёт что-то по-настоящему ценное.
Спрятав монету подальше, Доджун открыл следующее окно.
[Ящик с предметом (выбор, редкое качество)]
«Редкий!»
Как уже говорилось, редкое — это уровень, которым можно пользоваться долго. Само название «редкий» намекает: вещи такого класса не валяются под ногами, и цена на них соответствующая.
Если вспомнить, что то самое оружие со святым атрибутом, которое он покупал на Маркете за сто двадцать миллионов вон, было всего лишь высокого качества, — выводы напрашиваются сами.
«К тому же не случайный, а на выбор».
Втайне это вызывало у него самые большие надежды.
Вдруг при открытии вывалится список из сотен предметов, и попробуй потом выбрать всего один?
Однако.
— Кхм.
Открыв ящик, он испытал лёгкое разочарование.
[Ледяной нефритовый меч Гвендол]
[Молниевое копьё Эксиги]
[Духовный доспех Эльфоса]
«Всего три?»
Из сотен, тысяч возможных предметов выбрали три — и предлагают выбрать один из них? По сути, это тот же случайный ящик. Удача всё равно решает.
Он было приуныл, но тут же выправился. Хоть какой-то выбор — и то хорошо.
Доджун задумался.
«Что взять?»
Он по очереди просмотрел характеристики. У каждого предмета было по нескольку, но общее впечатление складывалось довольно быстро.
Доспех он сразу отложил.
«Доспех в основном повышает сопротивления. Сейчас мне это не особо нужно».
Сопротивление к четырём стихиям он почти полностью прокачал ещё на Острове стихий. Эффект от духовного доспеха был бы практически нулевым.
Если рассматривать его как товар на продажу — другое дело, но он намеревался оставить выпавший предмет себе.
«Значит, выбирать между мечом и копьём…»
И то, и другое выглядело заманчиво.
Сначала меч — основное оружие.
Топор он таскал уже слишком долго. Несколько характеристик в него удалось встроить, но базовое качество было обычным, и характеристики страдали.
Перейти на меч — значит, ощутимо повысить боеспособность. К тому же атрибут «лёд» хорошо сочетался с его собственной маной.
Теперь — копьё-молниебой.
Это было не обычное копьё, а метательное. В описании указывалось, что оно меньше и легче стандартного древкового.
Зато на нём висело сразу две особые характеристики. При попадании оно превращается в молнию и наносит дополнительный удар, а затем — возвращается к владельцу. Иначе говоря, дополнительный урон молнией плюс автоматический возврат.
«Вот ведь дилемма».
Суть выбора, по сути, проста.
Взять меч и поднять базовые характеристики — или метательное копьё и расширить арсенал дальнего боя?
«Максимизировать ближний бой или разнообразить варианты?»
Сложив руки на груди, Доджун глубоко задумался.
Сколько прошло времени — неизвестно. В конце концов он сделал выбор.
[Молниевое копьё Эксиги]
Не меч, а метательное копьё.
Причина была проста.
Если он попадёт в по-настоящему опасную ситуацию, скорее всего, его подведёт не недостаток грубой силы, а отсутствие подходящего инструмента.
Решение было основано на опыте всех уже пройденных подземелий и Лабиринтов.
Тззз!
Ящик вспыхнул и растаял в воздухе, а в руке Доджуна оказалось небольшое копьё с выгравированным на наконечнике знаком молнии. «Небольшое» — но всё-таки копьё, длина была приличной.
Первый в его жизни предмет редкого качества. Доджун с удовольствием полюбовался им и аккуратно убрал в инвентарь.
«Основные награды разобрал».
Оставалось последнее.
[Имеется дополнительная награда. Принять?]
Бонус за выполнение скрытого задания.
В прошлый раз он получил «Прозрение» — навык, позволяющий видеть совместимость противника.
Что же будет в этот раз?
С приятно бьющимся сердцем Доджун нажал «принять».
[Дополнительная награда выдана.]
[Титул — Помнящий]
И недоумённо моргнул, увидев нечто совершенно неожиданное.