Слово "наставник" ударило по Ольге, как разряд молнии. Вся её внутренняя бравада, подпитанная шоком, испарилась. Она осталась одна на один с суровой данмеркой, ожидавшей ответа. Что делать? Бежать? Кричать, что она — бородатый мужик из другого мира? Варианты были один хуже другого.
Нужно было играть роль.
— Да... конечно, — пропищала она. Голос был тонким, девичьим, с мелодичными нотками, и от этого контраста с её внутренним "я" по коже пробежал мороз. Она откашлялась, пытаясь придать голосу солидности, но стало только хуже. — Я... немного зачиталась. Сейчас иду.
Женщина, которую, как она позже узнала, звали Драйна, смерила её строгим взглядом, но кивнула.
Путь до учебной комнаты стал для Ольги первым настоящим испытанием. Она отчаянно пыталась копировать грациозную походку Драйны, но тело не слушалось. Ноги казались слишком короткими, центр тяжести смещен, а длинный подол туники так и норовил попасть под ноги. Пару раз она споткнулась, и Драйна бросала на неё удивленные взгляды.
— Мигрень, — пролепетала Ольга, хватаясь за висок. Это была лучшая отговорка, которую она смогла придумать.
Учебная комната оказалась небольшой библиотекой с массивным столом из эбонита в центре. За ним сидел сморщенный, как изюм, данмер в пышной мантии. Его лицо было испещрено морщинами, а жидкие седые волосы собраны в пучок.
— Леди Барензия, вы снова опаздываете, — проскрипел он, не поднимая глаз от свитка. — Надеюсь, причина была уважительной. Сегодня мы повторяем генеалогию Великих Домов. Начнем, пожалуй, с Дома Редоран. Назовите мне имена пятерых самых прославленных воителей Дома за последнюю эру.
Ольга замерла. В голове было пусто. Она знала, что Редоран — это дом воинов, но имена? Да она с трудом помнила имена всех даэдрических принцев, а тут какие-то местечковые герои!
Паника. Холодная, липкая. Она сейчас опозорится. Её сочтут больной. Или сумасшедшей.
Нужно было что-то делать. Импровизировать. Она снова схватилась за голову, на этот раз вполне искренне.
— Простите, мастер... э-э-э... — "Черт, как его зовут?!"
— Мастер Велот, миледи, — сухо подсказал старик.
— Да, мастер Велот. Голова раскалывается. Эти имена... они все смешались в голове. Может... может, мы лучше поговорим о чем-то более... насущном?
Мастер Велот поднял бровь. Такое поведение было явно не в духе его ученицы.
— Насущном? Что может быть насущнее корней, питающих славу нашего народа?
"Окей, окей, думай, Ольга, думай! Используй то, что знаешь! Мета-знания!"
— Корни — это важно, — осторожно начала она, подбирая слова. — Но даже самое крепкое дерево может рухнуть под натиском... топора извне. Я слышала... разговоры. Об Империи. О сиродильцах. Они называют своего императора Тайбером Септимом. Говорят, он уже покорил Хай Рок и Хаммерфелл.
Лицо мастера Велота окаменело. Драйна, стоявшая у стены, напряглась. Эта тема была явно не для ушей юной леди.
— Откуда вы это слышали? — голос старика стал жестким.
— Птички напели, — Ольга попыталась загадочно улыбнуться, но, скорее всего, получилась нервная гримаса. — Так вот, вы, как историк, что думаете? Насколько их "современные" тактики ведения боя могут угрожать нашим "прославленным" традициям? Что все наши героические предки смогут противопоставить... нум... нумидиуму?
Последнее слово она произнесла почти шепотом. Она сама не знала, зачем ляпнула про Нумидиум. Это был выстрел наугад, козырь из будущего, о котором здесь еще и не слышали.
Эффект был подобен взорвавшейся бомбе. Мастер Велот вскочил, опрокинув чернильницу. Его глаза расширились от ужаса и изумления.
— Откуда... Откуда вам известно это слово?! — прошипел он. — Это запретная ересь!
Ольга поняла, что перегнула. Сильно перегнула.
— Я... я не знаю. Оно само... вырвалось, — она изобразила максимальное смятение, хлопая ресницами — Наверное, из-за мигрени. Я всё перепутала. Простите, мастер Велот, Драйна, мне нужно прилечь.
Не дожидаясь ответа, она развернулась и, стараясь не бежать, а идти быстрым шагом, покинула библиотеку, оставив за спиной двух абсолютно ошарашенных данмеров.
Вернувшись в свои покои, она рухнула на кровать, сердце бешено колотилось. Провалилась. С треском провалилась. Теперь её точно сочтут одержимой или сумасшедшей.
Она лежала, глядя в потолок, и пыталась успокоиться. Нужно было найти информацию. О настоящей Барензии, о ее семье, о текущем моменте. Дневник! В таких историях у героинь всегда есть дневник!
Лихорадочно она принялась обыскивать комнату. Комод, ящики стола, полки... ничего. Отчаявшись, она пнула ногой резной сундук у изножья кровати и поморщилась — ударила палец. Но звук был странным. Она присела и простучала пол рядом с сундуком. Одна из половиц отозвалась глухим стуком. Поддев ее ногтем, она обнаружила небольшой тайник.
А в нем — тонкую книжицу в кожаном переплете. Дневник.
Дрожащими руками Ольга открыла первую страницу, написанную изящным девичьим почерком. Она быстро пролистала записи о вышивке, уроках и придворных сплетнях, пока не наткнулась на последнюю, сделанную, судя по дате, вчера.
«Мать снова говорила с советниками. Я подслушала у двери. Они боятся. Имперский генерал по имени Тайбер Септим уже на границах Морровинда. Мать называет его безродным варваром и убийцей, но я видела рисунок, который привез лазутчик. На нем он... величественный. Они говорят, он несет смерть и рабство. А мне почему-то кажется, что он несет перемены. И я ужасно хочу на них посмотреть».
Ольга закрыла дневник. Значит, она попала сюда прямо накануне вторжения. Накануне гибели Морнхолда и смерти родителей Барензии.
Она попала не просто в тело будущей королевы. Она попала в эпицентр бури, которая вот-вот сотрет её новый дом с лица земли. И в центре этой бури — мужчина по имени Тайбер Септим.
Обновлено: 20.01.2026