Ма Хань уверенно вел машину.
Красавица-полицейская Жэнь Инъин устроилась на переднем сиденье, а Су Юнь оказался прямо за ней.
В отражении оконного стекла он видел ее холодное, серьезное лицо.
Снаружи задувал прохладный ветерок, и до Су Юня донесся тонкий аромат, исходивший от Жэнь Инъин.
Приятный, успокаивающий и какой-то очень знакомый запах.
— Офицер, что у вас за парфюм? — Поинтересовался он. — Пахнет просто чудесно!
— «Шесть трав»! — Бросила Жэнь Инъин, сложив руки на груди.
— Шесть… чего?
Су Юнь на мгновение лишился дара речи. Какая женщина станет использовать репеллент от комаров вместо духов?
— Сразу видно первую красавицу полиции, даже выбор аромата у нее исключительный, — вовремя вставил Ма Хань. — Брат Юнь, слышал я, что завтра старик Чжан вместе с городским руководством лично приедет посмотреть, как Король уголовного розыска раскрывает это загадочное дело.
— Судьба нашего бюджета, квот на повышение и вообще наших должностей теперь в твоих руках! — Добавил Ван Чао. — Точно! Давай, не подкачай! Выложись на полную, нельзя терять лицо!
Су Юнь внезапно спросил:
— Я правильно помню, что за раскрытие «висяков» полагается вознаграждение?
Ма Хань закивал:
— Конечно! Участок выделил сто тысяч, а семья Чжан сверху добавила еще триста.
Он не смел ничего скрывать от такого могущественного человека.
— Ладно, — кивнул Су Юнь. — Тогда после дела не забудьте передать мне мою долю.
— Будь спокоен, не обидим! — Ма Хань ударил себя кулаком в грудь.
Жэнь Инъин нахмурилась:
— У тебя что ни слово, то о деньгах.
Су Юнь лишь хмыкнул:
— Крепкое вино не зальет мировую скорбь, лишь звонкая монета утешит сердце. Тебе, богатой красавице, не понять нужд простого люда. Я нахлебался нищеты, так что да – я люблю деньги.
— И что хорошего в богатстве? — Гордо возразила Жэнь Инъин. — Мне нравится тратить честно заработанное!
Су Юнь печально вздохнул.
— Ты не понимаешь… Богач может с легкостью купить молодость многих девушек. А мы, бедняки… Мы можем всю жизнь пахать и так и не добиться той единственной, которая когда-то уже принадлежала им.
Эти слова, точно острый клинок, вонзились в сердца Ван Чао и Ма Ханя. Оба вздрогнули, а их взгляд потерял фокус. Это был удар в самое больное место!
Жэнь Инъин долго молчала. Белому лебедю вроде нее было не понять бедняков, но любопытство взяло верх.
— И на какие унижения тебе приходилось идти из-за бедности?
— О, на многое… — невозмутимо ответил Су Юнь. — Денег на жену не было, так что приходилось пользоваться соседскими.
Ван Чао и Ма Хань восхищенно подняли большие пальцы. Сразу видно мастера! Тонкая работа!
На лбу Жэнь Инъин вздулась вена:
— Это не унижение! Это подлость! Тебе серьезно нравятся чужие жены? Не боишься, что прибьют?
Она уже начала сомневаться, стоило ли вообще брать этого типа в напарники.
— Слушай, — резонно заметил Су Юнь. — Сосед любит свою жену, и я люблю его жену. Получается, мы единомышленники. За что ему меня бить?
Ма Хань и Ван Чао были готовы пасть ниц. Мастер! Какая глубина понимания жизни!
Жэнь Инъин больше не могла этого выносить. Она была девушкой серьезной и не желала продолжать этот фарс.
— Скоро приедем?!
Едва она договорила, машина въехала на подземную парковку больницы.
— На месте. Пойду найду кого-нибудь, чтобы открыли, — сказал Ма Хань и вскоре вернулся с двумя людьми в белых халатах.
Обменявшись приветствиями, группа направилась в морг.
Глядя на десяток тел в патологоанатомических мешках, троица полицейских, обычно не знавших страха, почувствовала дрожь в коленях. Они подсознательно ждали, что мертвецы вот-вот сядут и что-нибудь им скажут.
Ускорив шаг, они вошли в холодильную камеру. Температура резко упала, и полицейские невольно прижались к Су Юню в поисках безопасности.
Тело дочери семьи Чжан покоилось в отдельном помещении в хрустальном гробу. Су Юнь снова вздохнул: как же хорошо быть богатым – даже после смерти у тебя отдельная комната.
Когда белое покрывало откинули, их глазам предстало тело девушки со страшными ожогами.
— Брат Юнь, посмотри… Есть идеи? — Спросил Ма Хань.
При взгляде на покойную зрачки Су Юня сузились.
— Одна смерть забрала две жизни. Негодование не рассеялось. Это насильственная смерть. Если не успокоить ее гнев, боюсь, начнутся проблемы.
— Ка… какие проблемы? — Дрожащим голосом спросила Жэнь Инъин – то ли от холода, то ли от страха.
Су Юнь покосился на нее:
— Обычный человек после смерти становится блуждающим духом, но те, кто ушел с обидой и жаждой мести, превращаются в злых духов-ша. А больница – это место великой инь. Здесь повсюду тени тех, кто погиб от болезней или несчастных случаев. Поэтому тут часто случается чертовщина, особенно в операционных и родильных залах. В таком месте злой дух-ша быстро растет, впитывая чужую горечь, и превращается в свирепого призрака – Мать-Ша!
Он внезапно сделал страшную гримасу и подался к лицу Жэнь Инъин:
— Знаешь, что делает свирепый призрак? Ар-р-ргх! Приходит за твоей душой!
От его резкого выкрика Жэнь Инъин подпрыгнула и с криком отпрянула:
— А-а-а!! Ты что, с ума сошел?! Хватит орать!
Су Юнь осклабился. Напугать до икоты холодную красавицу было истинным удовольствием. Заметив ее короткую юбку и открытые ноги, он снял свою куртку.
— На, обмотай ноги. А то застудишь суставы, и нервные окончания отомрут.
Жэнь Инъин выхватила куртку и сердито отвернулась:
— Бесишь!
Лицо Су Юня внезапно стало серьезным.
Зажав в левой руке желтый талисман, он правой прикусил палец, выдавил каплю крови и приложил ее ко лбу трупа.
— Зачем это? — Недоуменно спросили Ван Чао и Ма Хань.
Су Юнь обернулся и мягко улыбнулся:
— Нужно подавить злобу. Я не взял с собой инструменты. Кровь из кончика пальца обладает силой ян – это самое доступное средство против нечисти. С обычными душами справляется на ура, да и на не окрепшего злого духа-ша действует отрезвляюще. Еще помогла бы моча девственника… Но среди нас ведь нет «нецелованных цыплят», верно?
Оба полицейских яростно замотали головами.
В этот момент врачи, стоявшие в стороне, не выдержали.
— Офицер Жэнь, вы что, ритуал решили провести? — Со смешком спросил один из них. — Когда это наше управление начало верить в подобные сказки?
Это были заместитель главврача Чжао и заведующий отделением Ли. Поскольку дело дочери Чжанов было крайне важным, они лично следили, чтобы тело не украли.
Жэнь Инъин представила их, а затем указала на Су Юня:
— Это мастер Су. Мы собираемся провести призыв души погибшей, чтобы выяснить детали дела.
Медики переглянулись и фыркнули от смеха.
— Офицер Жэнь, я понимаю, дело зашло в тупик, и вы нервничаете, — сказал Чжао. — Но не стоит бросаться в крайности. Мы в этом морге были если не сотню, то девяносто девять раз точно. Никаких призраков тут нет, и в больнице всё спокойно. Не дайте себя одурачить.
— Вот-вот, — поддакнул Ли. — За эти годы мы стольких… кхм… вырвали из лап смерти. Если бы призраки существовали, пусть эти тела встанут и станцуют! Я бы даже видео для соцсетей снял. «Запечатлеть прекрасные моменты жизни», так сказать!
Су Юнь вскинул бровь и удивленно обернулся:
— Вы правда хотите увидеть танцы в морге? Никогда не слышал столь странных просьб. Что ж, извольте.
Он тут же сложил пальцы в магическом жесте.
Лица Жэнь Инъин и полицейских исказились от ужаса. Они бросились к нему, пытаясь перехватить руки.
— Мастер! Брат! — Закричали они. — Будь благоразумен! Если ты это сделаешь, мы все должностей лишимся!
Но было поздно. Раньше Су Юню требовалось время на подготовку, но теперь он творил заклинания мгновенно. А управлять телом без вызова души – дело нехитрое.
Стоило Су Юню шевельнуть указательным пальцем, как снаружи, в коридоре холодильника, раздался грохот.
Врачи с подозрением вышли из комнаты и увидели картину, которую не забудут до конца своих дней.
Десяток трупов, мирно лежавших на каталках, внезапно сели. Один за другим они спрыгнули на пол.
В этот момент Су Юнь включил на телефоне бодрую музыку.
— Никак не вылететь из этого пестрого мира… — запел динамик. — Оказывается, я просто пьяная бабочка…
Более того, Су Юнь сам пустился в пляс под музыку.
— В народных танцах я тоже кое-что смыслю, — подмигнул он. — В академии меня даже называли принцем танцплощадок.
Су Юнь вошел в раж. Врачи стояли с открытыми ртами, механически поворачивая головы, и видели, как мертвецы синхронно повторяют движения за Су Юнем. Один ведущий – и толпа танцующих мертвецов.
Веселая музыка вызывала у медиков лишь леденящий ужас. Наверное, они больше никогда в жизни не захотят слышать этот мотив.
Глаза врачей остекленели, сознание поплыло. Мир рушился.
— Я же говорил… вредно работать в ночные смены… галлюцинации замучили… — пробормотал один из них.
Глаза закатились, дыхание перехватило, и оба врача мешками повалились на пол.
Жэнь Инъин и полицейские тоже пребывали в шоке. Троица дружно хлопнула себя ладонями по лбам.
— Ну всё… Зачем вы его провоцировали?
— Мать твою! Танцы в морге – это уже перебор!
— Всю жизнь в полиции, но такого безумного дела еще не вел.
— И что теперь? Они хоть живы? Может, вызвать скорую и сразу психиатра?
Обновлено: 03.02.2026