— Слышали? Тот самый молодой господин из семьи Сы после первой медитации сразу достиг третьего уровня Концентрации Ци.
— Три уровня за один день? Тц, у семьи Сы снова родился Цилинь.
Когда слух разошёлся, кто-то восхищался, кто-то завидовал, а кто-то отнёсся скептически. Те, кто верил, говорили: «У тигра не родится собака». Неверующие же считали, что семья Сы просто создаёт шумиху вокруг следующего поколения.
Три уровня за один день? Возможно. У древних родов глубокие корни: используя ресурсы, можно и из посредственности сделать гения. А сколько в этом правды — посторонним понять трудно.
Всё шло именно так, как и надеялась семья Сы. Больших волн это не подняло. В конце концов, это всего лишь ребёнок на стадии Концентрации Ци. Каким бы гениальным он ни был, путь ещё долог.
Семью Сы это устраивало. Эти неясные слухи были лучшей защитной окраской.
.............
Родовые земли были хороши, полны духовной энергии и тысячи красот. Но со временем они стали казаться золотой клеткой. Красиво, но лишено дикой природы и неизвестности.
Сы Чэнь временно отложил совершенствование. Для него так называемый барьер «Закладки Фундамента» был тонок, как бумага на окне: ткни — и прорвёшься.
Полистав древние книги, он узнал, что «гению» в привычном понимании обычно требуется месяц для Закладки Фундамента. Он решил придерживаться этого неспешного графика.
Сейчас его больше влекло увидеть мир за пределами родовых земель — тот самый широкий и реальный мир совершенствования, описанный в древних текстах и рассказах соклановцев.
— Мама, я хочу выйти и посмотреть мир.
Сы Чэнь потянул мать Е Фу за рукав и, подняв голову, изложил просьбу, подкрепив её весомым аргументом: «В книгах сказано, что пройти десять тысяч ли лучше, чем прочитать десять тысяч книг».
Е Фу и Сы Кай переглянулись, увидев в глазах друг друга тревогу и беспомощность.
Ребёнка в конечном итоге не удержишь взаперти, особенно такого, как их сын, чьи мысли так сильно отличаются от мыслей обычных людей. Отказ мог бы привести к ещё большим проблемам. После многократного обсуждения плана охраны они наконец кивнули в знак согласия.
Так третий дядя Сы Шо — «личный телохранитель» Сы Чэня — снова с честью приступил к своим обязанностям.
Он смиренно вздохнул и пробормотал:
— Парень, на улице ты уж постарайся не доставлять третьему дяде хлопот.
.............
Первое официальное путешествие юного господина семьи Сы, естественно, не могло обойтись без должного размаха.
В день отъезда перед воротами резиденции Сы бесшумно парила лодка из тёмного дерева, целиком вырезанная из Цинсюаньского дерева.
Её корпус был сдержан и не бросался в глаза, но она была гораздо комфортнее и презентабельнее, чем любые летающие мечи или ездовые звери, и больше соответствовала статусу первоклассного рода Сы.
Сы Чэнь был закутан в белоснежный плащ с меховым воротником, отчего его личико казалось ещё более изящным, словно выточенным из нефрита. Его глаза не были по-детски наивными — они были ясными, как родник, но в то же время бездонными.
Третий дядя Сы Шо осторожно поднял его на борт и усадил на сиденье, застеленное мягкой звериной шкурой.
Тёмная лодка медленно поднялась в воздух, прошла сквозь барьер родовых земель, и перед глазами открылся захватывающий вид.
Внизу раскинулась резиденция семьи Сы с павильонами и башнями, скрытыми в духовном тумане, а впереди простирались бескрайнее море облаков и величественные горы и реки.
Сы Чэнь тихо наблюдал. Этот пейзаж был далеко не так грандиозен, как вид из космоса, но в нём было что-то живое, чего он раньше не испытывал.
Встречные заклинатели, будь то одиночки на мечах или группы на других летательных артефактах, завидев герб семьи Сы, в большинстве своём заранее уступали дорогу или приветственно складывали руки издалека.
Полёт длился недолго. Целью путешествия был ближайший к землям Сы процветающий центр — город Юньцзинь.
.........
Город Юньцзинь управлялся совместно несколькими крупными кланами заклинателей. Высокие стены были испещрены светящимися рунами, намекающими на мощную защитную формацию. Тёмная лодка медленно опустилась в специально отведённом доке. Едва она коснулась земли, как навстречу вышло несколько богато одетых людей с внушительной осанкой.
— Третий господин Сы почтил нас своим визитом! Простите, что не встретили раньше! — с теплотой улыбнулся возглавлявший группу мужчина средних лет, но его взгляд незаметно скользнул по ребёнку, которого охранял Сы Шо.
— А это, должно быть, юный господин Сы? И правда, величественен, как дракон и феникс, необычайная аура!
— Узнав, что юный господин желает посетить Юньцзинь, глава моего клана уже подготовил скромный банкет. Надеемся, третий господин и юный господин окажут нам честь…
Третий дядя Сы Шо явно пользовался здесь большим авторитетом. Он небрежно махнул рукой:
— Благодарю за доброту, господа. Мой племянник сегодня впервые покинул дом, просто чтобы осмотреться и познать мир. Не стоит поднимать шумиху.
Он легко подхватил Сы Чэня одной рукой и зашагал в город. Встречающие, хоть и выглядели слегка разочарованными, не посмели возразить, лишь почтительно отступили в сторону, повторяя: «Прошу вас, прошу».
Сы Чэнь с любопытством разглядывал всё вокруг.
Люди, заметившие их, независимо от того, какое выражение лица у них было до этого, мгновенно меняли его на почти одинаковую улыбку, полную почтения и вежливости.
Так было на протяжении всего пути: будь то уличные торговцы, патрульные стражники или даже несколько заклинателей с сильной аурой.
Сы Чэнь поднял голову и посмотрел на невозмутимого третьего дядю, который привык к такому отношению, затем перевёл взгляд на этих «дружелюбных» людей, и в его душе зародилось понимание.
'Оказывается, люди в этом мире такие вежливые и воспитанные'.
Он со всей серьёзностью внёс это наблюдение в свой строящийся «шаблон человеческого поведения».
Поэтому, когда владелец лавки с энтузиазмом начал расхваливать ему свой товар, он вспомнил все увиденные «дружелюбные» улыбки и «вежливые» манеры, и своим детским голоском совершенно серьёзно ответил, сложив руки в поклоне:
— Благодарю вас, господин лавочник, я пока просто посмотрю.
Лавочник, явно польщённый таким вниманием, поспешно поклонился в ответ:
— Юный господин слишком вежлив! Пожалуйста, смотрите, сколько угодно!
Его изысканная внешность в сочетании со старательным подражанием взрослому этикету создавали забавный контраст. Некоторые женщины-заклинательницы, наблюдавшие издалека, прикрывали рты ладошками, тихонько хихикая: они находили, что этот юный господин хоть и благородного происхождения, но на удивление… милый.
Сы Чэнь воспринял это как положительную реакцию на использование шаблона «вежливость», поэтому стал следовать ему ещё тщательнее.
Третий дядя Сы Шо, наблюдая за этим, слегка дёргал уголком рта. Ему было и смешно, и немного неловко.
'Этот парень быстро учится'. Конечно, он был рад, что племянник производит хорошее впечатление, лишь бы он снова не выкинул что-нибудь шокирующее вроде «духовная энергия сама умеет ходить».
В этот момент шум на углу улицы впереди нарушил гармонию главной улицы.
— Глаза разуй! Смеешь преграждать путь молодому господину?!
Роскошно одетый молодой заклинатель с надменным лицом яростно отчитывал просто одетого мужчину. Судя по всему, тот не успел увернуться и чуть не столкнулся с ним.
Мужчина беспрестанно кланялся и извинялся: «Простите, простите, я не заметил…»
— Одним «простите» хочешь отделаться? Ты хоть представляешь, сколько стоит моя мантия, которую ты испачкал? — не унимался молодой заклинатель, а его свита угрожающе обступила бедолагу.
Толпа инстинктивно расступилась, никто не решался вмешаться.
Сы Чэнь остановился, и в его ясных глазах впервые появилось явное недоумение. Он посмотрел на молодого заклинателя, затем обернулся на «вежливую и дружелюбную» улицу позади.
Он потянул Сы Шо за рукав и указал на происходящее:
— Третий дядя, почему они не соблюдают этикет?
'Этикет?'
Сы Шо опешил, но тут же вспомнил все эти подобострастные улыбки по пути, и у него ёкнуло сердце.
'Этот парень… неужели он принял чужой страх перед властью и вежливость из осторожности за искреннее воспитание?'
Он посмотрел в чистые глаза племянника, и готовое объяснение застряло в горле. Вместо этого пришла мысль, полная безысходности: «Ладно, сейчас он всё равно вряд ли поймёт».
'Наивность… тоже по-своему мила'.
Он бросил взгляд на центр конфликта и пренебрежительно хмыкнул:
— Скорее всего, полагается на влияние своей семьи и привык вести себя нагло. Таких везде полно, не обращай внимания.
— Если есть влияние, можно не быть вежливым? — Сы Чэнь ещё больше не понимал. В его представлении, если правило установлено, оно должно применяться повсеместно.
Не дожидаясь ответа Сы Шо, Сы Чэнь зашагал своими короткими ножками к месту конфликта.
Сы Шо нахмурился, инстинктивно собираясь выпустить немного ауры, чтобы заставить наглеца убраться.
Однако в тот момент, когда он уже готов был действовать, его взгляд упал на маленькую спину Сы Чэня. Ему вдруг захотелось узнать, что же собирается делать этот малыш с мышлением, столь отличным от обычного…
Он сделал едва заметный жест рукой назад, приказывая тайной страже не вмешиваться, а сам быстро пошёл следом.
Молодой заклинатель продолжал браниться, как вдруг почувствовал, что его тянут за край одежды. Опустив голову, он увидел словно выточенного из нефрита ребёнка, закутанного в белоснежную накидку.
Малыш задрал голову, глядя на него своими ясными глазами, и с предельно серьёзным видом, своим детским голоском произнёс:
— Пожалуйста, будь повежливее.
Молодой заклинатель опешил, и его гнев вспыхнул с новой силой:
— Откуда взялась эта мелочь, лезет не в своё…
Не успел он договорить, как разглядел еле заметный герб на подкладке накидки Сы Чэня, а затем и подошедшего сзади Сы Шо, который стоял, скрестив руки на груди, с равнодушным, но давящим видом.
Надменность на лице юноши мгновенно застыла, а затем тут же сменилась той самой «вежливой» улыбкой, точь-в-точь как у остальных прохожих.
— О-оказывается, это третий господин Сы! И этот… юный господин? У меня глаз замылился, прошу прощения, виноват!
Договорив, он не осмелился задерживаться и, злобно зыркнув на бродячего заклинателя, поспешно скрылся в толпе, поджав хвост.
Небольшой конфликт таким непостижимым образом сошёл на нет.
Спасённый заклинатель остолбенел на мгновение, а когда пришёл в себя, поспешно поклонился Сы Чэню и с благодарностью произнёс:
— Б-большое спасибо, юный господин, что выручили!
Сы Чэнь посмотрел на него. Вспомнив перемену в поведении того юноши и то, как к окружающим вернулись «дружелюбные» выражения лиц, он решил, что всё встало на свои места, а он сам получил ещё один «успешный опыт».
Подражая давешнему лавочнику, он так же старательно сложил руки в жесте приветствия и с серьёзным личиком произнёс:
— Не стоит благодарности. Прошу вас, впредь тоже соблюдайте вежливость.
Заклинатель: «…???»
На его лице отразилась полная растерянность: он совершенно не уловил логики в словах маленького аристократа, но всё равно поспешно закивал:
— Да-да-да, непременно буду соблюдать, буду вежлив!
Сы Чэнь удовлетворённо кивнул и вернулся к третьему дяде.
Сы Шо, наблюдавший за всеми этими действиями племянника, едва сдержал смех. Он взъерошил волосы Сы Чэня и с лёгкой иронией сказал:
— Ну ты даёшь, парень. Теперь уже умеешь убеждать людей силой разума.
Сы Чэнь, ощущая прикосновение к голове, систематизировал увиденное.
Люди в большинстве своём дружелюбны и вежливы.
Но иногда встречаются исключения. Впрочем, после напоминания они вовремя исправляются…
Это открытие ещё немного укрепило его уверенность в выполнении сложной задачи «научиться быть человеком».
А по городу Юньцзинь тем временем уже начала тихо расползаться слава о «знании этикета и великодушии» юного господина из семьи Сы.
Обновлено: 03.02.2026