Бывает, что при подготовке какого-нибудь детского утренника родители куда больше суетятся, чем сами дети. Им ведь не хочется, чтобы их чадо выглядело глупо в глазах других. Ситуация, что сложилась сейчас, была как раз из таких.
— Господин директор… Это всё… что такое?
Ён Гука внезапно вызвали в агентство. Но стоило переступить порог кабинета директора, как его глаза невольно округлились. Неудивительно — здесь, точно в каком-то корнере модного шоу-рума, рядами были развешаны самые разные костюмы и наряды. Директор Ким Сон Хван лишь покачал головой и вздохнул:
— А сам как думаешь? Всё это дело рук актрисы Пак.
— Сестры?
— Да, это всё она притащила. Что поделать, — пробормотал он. — Хоть бы раз её отпустило дурное предчувствие… Ты же опять собирался надеть что попало на прощальный вечер, признавайся?
В тот же миг из-за развешанных костюмов показалась сама Пак Су Ён. Ну, подумаешь, прощальный вечер. Это ведь не церемония награждения, чего в нём особенного? Но стоило ей увидеть парня в школьной форме, как на лице промелькнуло выражение недовольства. Глаза её сузились, и стало ясно: сейчас начнётся очередная лекция.
— Вот, смотрите сами. Ён Гук, ты опять пришёл в школьной форме. Слушай, ты ведь уже и рекламу снял, и дорама у тебя успешная — не сказать, что денег нет. Но ты вечно ходишь в одном и том же. Господин директор, а вам по-прежнему не поступали предложения о спонсорстве по стилю? Я почти уверена, что их должно было быть полно.
Слово “спонсорство” всегда вызывало у Ён Гука легкое отторжение. В прошлой жизни, когда он кочевал с одной эпизодической роли на другую, парень слишком хорошо изучил всю подноготную этого процесса. Ассортимент «подарков» для звёзд способен поразить любого обывателя: от одеждыб аксессуаров до целых квартир. Но именно одежда была особенно хлопотной: нужно было ненавязчиво показывать марку и фасон в кадре, и если хоть малейшее пятнышко или складка появлялись, страдали в первую очередь не актёры, а стилисты. Поэтому даже в прошлом, кроме редких случаев, он всегда старался обходить эти «подарки» стороной. И в этой жизни было так же: он заранее сказал директору, что от индивидуального «спонсорства» откажется.
— Да какая разница? — вздохнул директор. — Пак Су Ён, это тебе что, игровая площадка? Ты вломилась сюда без предупреждения. Хочешь приодеть Ён Гука, отведи его в универмаг. А устраивать тут выставку… Ну хоть бы в переговорной всё разложила, что ли!
— О, директор, не говорите глупостей! Вы в курсе, насколько у Ён Гука выросла популярность? Когда он был ребёнком, может, ещё можно было спокойно пройтись по магазину. А теперь? Стоит ему ступить в торговый центр, тут же толпа сбежится, и не то что пошопиться не получится — дали бы живыми выбраться. Так что забудьте и подумайте, как он будет выглядеть. Вы ведь до сих пор даже стилиста для него не нашли, да?
— Найти-то нашёл… — замялся директор, — но сам Ён Гук сказал, что ему это без надобности… Кхм.
— Вот, я так и знала. Вам обоим лишь бы о сценариях думать. Словно вы одни тут искусством занимаетесь. Ну неужели я зря четыре месяца провела в горах на съёмках, чтобы вернуться и застать здесь такое? Когда-то я для вас была первой актрисой, а теперь всё — только Ён Гук вам мил. Запомните, если что, я легко уйду в другое агентство!
— Ну зачем ты опять… Ты ведь знаешь, что я всегда…
— Не знаю! — отрезала Пак Су Ён и демонстративно отвернулась.
Директор с натянутой улыбкой развёл руками. Ну как ему тягаться с ней в словесных баталиях? Устали она не знала. Словно вдруг вспомнив ещё что-то, она продолжила:
— Ах да. Ён Гук, ты ведь не в каких-то… особых отношениях с Со Мин Хе, правда?
— Что за чушь вообще?..
— По твоей реакции вижу — правда не в отношениях. Просто среди журналистов ходят слухи, что она якобы тебе призналась. А ещё: знаешь, сколько актрис умоляло меня познакомить их с тобой?
— Сестра, большинство твоих приятельниц-актрис старше меня на двадцать лет.
— Я не про них, а про младших коллег! Раньше и не здоровались, а тут вдруг вежливые такие стали. Ну я всем сразу отказала. Ещё чего — к несовершеннолетнему лезть. Ты тоже запомни: пока в университет не поступишь, никаких романов!
— Да не собирался я… Но почему ты так волнуешься? Кто увидит, решит, что ты мне родная мать.
— А ты разве не помнишь? В детстве вечно ходил за мной и «мамой» называл. Сколько лет я работаю, но чтобы ребёнок-актёр называл меня «мама», ты первый и последний. Я это когда-нибудь в шоу расскажу, ладно? Кстати, слыхал? Тот актёр, Сон Чон Сок, тоже в интервью о тебе говорил. Какая-то прям горячая добрая история.
— Ну вот, опять ты за своё! Как только тебе нечего возразить, сразу на сентиментальности переходишь.
Директор смотрел на них с таким выражением, словно гордился собственными детьми. Всё у них, конечно, получится, но всё же приятно, что Су Ён говорила те вещи, которые он сам считал неловким вслух проговаривать.
Наверное, именно таким он и представлял себе идеал агентства — не место, где всё держится только на выгоде и деньгах, а что-то вроде семьи, где людей связывают искренние тёплые отношения.
— Сестра… А эти вещи ты что, все взаймы взяла?
— Ты с ума сошёл? Где бы мне столько напрокат дали? Это всё куплено. А счёт я, конечно, пришлю директору. Вот почему я всё тут, в кабинете, и разложила.
В тот же миг лицо директора, ещё минуту назад полное добродушия, заметно побледнело. Впрочем, чего ещё ждать от Пак Су Ён — уж если она что-то решила, делать будет с размахом.
***
Место проведения финальной вечеринки дорамы «Юность» было выбрано необычное — кинотеатр. Говорят, что его арендовали с намерением посмотреть вместе последний эпизод на большом экране. Такое нестандартное решение явно принадлежало продюсеру Ким Чжину.
— Чан Ён Гук, взгляните сюда!
Толпы народа и журналистов обеспечили здесь атмосферу, подобную премьере. Стоя в зоне для фотографий, команда вошла в зал, где продюсер Ким и сценарист Хван Су Ён радушно их встретили.
— Продюсер, как вам пришло в голову выбрать кинотеатр для прощального вечера? Директор согласился без вопросов? Обычно же арендуют конференц-залы, где можно спокойно пообщаться с прессой.
— Ён Гук, сейчас я — лучший продюсер в нашем драмотделе. Это — моё достижение. Да и зачем поливать праздник холодной водой? Достаточно порадоваться нам самим. Пусть журналисты отработают фотосессию — и на том конец. А дальше просмотр в кинотеатре, после чего пойдём в дорогой мясной ресторан! Ха-ха.
— Вы точно получили разрешение?
— Конечно, сначала получил отказ. Но я — Ким Чжин! Упрямо настоял. Надо же воспользоваться моментом, пока есть такая возможность. Кто знает, когда ещё выпадет шанс.
Коварный Ким Чжин хитро улыбнулся и добавил:
— Хван, ты видела статьи о нашем Ён Гуке после презентации?
— Конечно, он прекрасно смотрелся в рясе священнослужителя. Сначала я волновалась, подойдет ли школьник на роль священника, но он справился на ура. Человек, которому так идеально идет чёрная сутана, — редкость. Ён Гук настоящий профессионал.
— Спасибо, госпожа.
— На съемках я постоянно думала — как же хорошо он смотрится в кадре! Очень жаль, что мы не можем поработать вместе в следующем проекте.
— Ким Чжин слишком жадный. Говорит, что ради рейтингов молится каждое утро, хотя и не верит в бога.
— Это не моя молитва — это общее желание нашего драмотдела.
Максимальный рейтинг «Юности» сейчас 38,7%. Для подростковой дорамы — отличный результат. Но человеческая жадность не знает предела — чем выше цифры, тем больше хочется новых рекордов.
От его болтовни уши вянули. В этот момент к кинотеатру подъехала актриса Со Мин Хе, и Ким Чжин бросился к ней как стрела. Наконец-то можно было немного передохнуть.
Хван Су Гён посмотрела на юношу и тихо сказала:
— Мне и этих результатов достаточно. Когда мы брались за тему подростков, не думали, что в результате появится новая «первая любовь нации». Это было судьбоносное знакомство. Не правда ли, Ён Гук?
— Конечно. Я и представить не мог тогда, что встретил сценаристку Хван.
Хван Су Гён вспомнила день, когда она пришла в родную школу и встретила высокого юношу, который ловко отбил летящий в неё баскетбольный мяч. Кто бы мог подумать, что он станет героем её сценария! А узнав, что он бывший детский актёр, она была на седьмом небе от счастья. Всё казалось предначертанным судьбой.
Наконец, съёмочная группа и актёры заняли места в зале.
Ён Гук впервые смотрел свою работу на большом экране. В финале герой До Джин уже не в школьной форме, ведь он поступил в военную академию. Как и во всех историях — прощание ведёт к новой встрече.
Когда на экране появился До Джин в парадной вленной форме и встретился с юной студенткой (Со Мин Хе), в зале раздался взрыв восторженных криков. Особенно счастлива была Хван Су Гён — её идеал ожил на экране.
После смены времён года вновь приходит весна — и под тёплым солнцем происходит встреча. Так закончилась дорама. Хотя финал состоялся, все в зале всё ещё были погружены в приятные воспоминания.
— Ах, в такой день невозможно обойтись без речи главных героев, — поднялся на сцену продюсер Ким Чжин с микрофоном, словно ведущий церемонии, и позвал Ён Гука.
Поднявшись на сцену, он увидел перед собой всю команду и актёров.
— За время съёмок у меня накопилось много счастливых воспоминаний. Я благодарен продюсеру Ким Чжину, режиссёрам и сценаристу Хван Су Гён за поддержку в моей первой главной роли. Спасибо всем, кого трудно перечислить поимённо. Я с нетерпением жду дня, когда мы снова соберёмся под названием «Юность». И в заключение хочу сказать: во время съемок я много раз встречал актёров, чьё эго взлетало выше неба, особенно среди молодых звезд с ранним успехом. Но таких обычно ждёт короткий путь. Создание дорамы — это совместный труд многих, от начальника монтажа до самого младшего помощника реквизитора. Их неустанный труд — это основа всего. Их работу нельзя забывать.
На этих словах лица всех наполнились глубокими чувствами.
— Именно благодаря вам «Юность» стала возможной!
***
Над ночным небом висел тонкий серп луны — словно отражение улыбок на лицах собравшихся. В мясном ресторане было весело и шумно: съёмочная группа и актёры дорамы «Юность» собрались вместе, поднимая бокалы.
Ресторан был целиком арендован, а высокопоставленные лица не присутствовали — поэтому здесь царил их собственный маленький мир. Как подтверждение этому, продюсер Ким Джин уже схватил микрофон и явно не собирался его отпускать.
Звучала песня «Поедем в путешествие» Чо Ён Пиля.
— Вот, сначала песню про Пхукет пропел, теперь «Поедем в путешествие» — он явно в ударе. Эй, Ён Гук, ты же тоже едешь в премиальный отпуск, да?
— Не знаю, как будет получаться.
— Почему? Из-за следующего проекта? Жалко, ведь раньше телекомпания так редко отправляла за границу в подарок за работу — максимум на Чеджу. Было бы здорово, если бы ты тоже поехал. Ведь ты — главная опора дорамы!
— Да что вы, главная опора — это сценаристка Хван. Я всего лишь помогал. Лучше уж отдохните вы вместо меня. Кстати, в Пхукете возле Лара продаются отличные лунные пирожные в китайском ресторане. Обязательно попробуйте.
— А ты был на Пхукете?
— Нет, просто один журналист рассказал. Уже пошли слухи, что мы едем туда. Продюсер Ким распустил сплетни по всей округе.
— Наверное, чтобы начальство не передумало в последний момент. Кто его плохо знает — думают, что он просто болтун, а на самом деле всё тщательно просчитано. Если не сможешь поехать, я куплю подарок в дьюти-фри. Ведь благодаря тебе я сохранила титул «сценарист Хван круче писателя Ван»!
Юноша улыбнулся в ответ. В глубине души он не планировал ехать. И даже не из-за следующего проекта, а просто потому что в прошлой жизни уже вдоволь насмотрелся на эти места. Плюс, длительные поездки — сплошь головная боль. Гораздо лучше, сидя у дедушки в гостиной, наслаждаться холодным чаем, глядя на пейзаж.
— Ён Гук, а где же Мин Хе? Я давно её не видела.
— Некоторое время назад она сказала, что идёт в туалет, и пока не возвращалась.
— Надеюсь, она там впорядке? Пойду проверю.
Сценаристка Хван встала, но пошатнулась — все-то были уже хорошенько выпившими. Говорить могли чётко, а вот двигаться — не очень.
В итоге встал юноша. В такие моменты ему было жаль, что он ещё несовершеннолетний и не мог пить.
— Сестра Мин Хе?
Подойдя к туалету, Ён Гук увидел актрису, которая, опираясь на стену, едва стояла на ногах. Лицо было бледное, её явно уже пару раз стошнило. Нужно срочно звать менеджера.
— Эй, Чан Ён Гук! — резко подняла голову и посмотрела на него девушка. Они редко так разговаривали, поэтому он немного растерялся. Обычно она довольно открытая, но между ними словно стену возводила. — Никому я не признавалась, а теперь такие слухи пошли!
Ах, это же та самая сплетня, о которой говорила Пак Су Ён.
— Ты в порядке?
— Я никому ничего не говорила, а теперь все болтают, что я тебя люблю.
Тушь растеклась под глазами, и она стала напоминать панду — поэтому он чуть не рассмеялся, но все же сдержал себя.
Её речь стала неразборчивой — похоже, выпила она так же много, как и съёмочная группа. Парень поддержал шатающуюся Мин Хе за плечи, а она вдруг начала говорить чётко:
— Ён Гук, я правда...
— Прости, сестра.
— А? — Её лицо мгновенно прояснилось, как будто алкоголь испарился. Он не мог не знать о её чувствах, ведь не был слеп или глух. Но причины для отказа были вескими.
Во-первых, она не была его идеалом. Во-вторых, Мин Хе скоро встретит свою судьбу. Пусть пока она и не подозревает об этом, ведь “под лампой темно”. Он не мог не знать о её свадьбе, которая была предметом разговоров в его прошлой жизни.
— Ён Гук, прости! Мин Хе слишком много выпила. Я за ней пригляну, а ты лучше иди отдыхай. Мин Хе, очнись! Почему ты голову опустила? Так тебе только хуже.
Менеджер Сон Чон Мин из агентства Хвеон, молодой и талантливый, уже занял руководящую должность. Позже он создаст собственное агентство и станет директором, а главной актрисой там будет его жена — их союз в шоу-бизнесе считался одним из самых крепких и уважительных.
— Менежер Сон, я пойду! — сказало парень и быстро вышел из комнаты.
Сон Чон Мин сел рядом и стал утешать рыдающую Мин Хе, которая ему доверяла. Он не мог не знать, что она любит актёра Чан Ён Гука. Иногда это казалось жалким. Да, ей пора уже любить и быть любимой, но долг менеджера не позволяет расслабляться. Если кто увидит эту сцену — как знать, что подумают? Может, слухи на этом не закончатся.
— Эх… Не умеешь ведь пить, зачем сегодня так напилась? Не думал, что твоя пьянка обернется слезами. Если бы директор увидел, он бы сказал, что я плохо за тобой слежу и сильно отругал.
— Я не плачу!
— Ладно, больше пить тебе нельзя. Пойдём в номер. Ты сможешь встать?
Менеджер пытался поддержать Мин Хе, но она была слишком высокой, а удерживать такую тяжелую и пьяную девушку — сложно. К тому же, она плакала и с трудом держала равновесие.
В итоге он опустился на колени и предложил ей сесть ему на спину.
— Забирайся! К счастью, сегодня на вечеринке нет журналистов. Я уже предупредил продюсера Кима и команду, что ты пойдёшь отдыхать раньше из-за завтрашних съёмок. Скорее!
Девушка с размазанной тушью, следами слёз и даже соплями забралась на широкую спину менеджера. Он не обращал на это внимания, ведь был сосредоточен на том, чтобы, делая шаг, удержать равновесие.
Пьяная Мин Хе уткнулась лицом в его спину и с заплетающимся языком спросила:
— Тебе тяжело?
Под светом лунного серпа менеджер стиснул зубы и ответил:
— Нет, вовсе нет, ты лёгкая!
Обновлено: 02.02.2026