Уиндерт положил на мою тарелку аппетитный сэндвич. Я взяла его в руки и откусила кусочек, наблюдая за тем, как эти двое пытаются оживить атмосферу.
«Всё-таки они милые».
Было приятно видеть, как Уиндерт нежно держит меня за руку, а Дилан судорожно пытается не расплакаться. Хоть я и не уверена, что знаю, о чём они хотят поговорить.
Какое-то время мы делились друг с другом десертами и играли. Но потом я всё же решила всё прояснить, ведь им явно было некомфортно.
– Вы хотите что-то сказать?
– Хм, р-разве это так заметно? - начал заикаться от удивления Дилан.
Он вообще плохо умел скрывать свои чувства. Мальчик был так смущён, что случайно задел стол и чуть не пролил стакан с соком.
– В чём дело?
Во мне разгоралось любопытство.
– Честно говоря, мне интересно, действительно ли ты хочешь стать нашей сестрой?..
– Я всё ещё думаю об этом. Неужели великий герцог давит на тебя?
Их отец, конечно, беспокоится, но всё же позволяет мне принять решение самой. Он явно хочет, чтобы я стала его дочерью, но никогда не будет шантажировать меня или удочерять насильно. Эрцгерцог ни к чему меня не принуждает. Выбор остаётся только за мной.
– Ни в коем случае! Папа сказал, что это неправильно – принимать решение под давлением.
– Но мы очень хотим, чтобы ты жила с нами! – сказал Уиндерт одновременно с взволнованно восклицающим Диланом.
– Я тоже хочу продолжать жить здесь, в великом герцогстве.
– Тогда о чём ты беспокоишься?
Да. Я тоже хотела понять, почему сомнения не оставляют меня.
Не думаю, что две недели назад так же беспокоилась. Сейчас я волнуюсь о своём выживании. Да и сильно переживаю за других. Но великий герцог искренне желает удочерить меня…
– Моё... моё происхождение может плохо отразиться на его репутации.
Размышляя, я поняла, что больше всего меня беспокоило собственное влияние на имидж эрцгерцога. Видимо, эта семья нравится мне больше, чем я думала.
«Я... волнуюсь об их безопасности так же сильно, как и о своей собственной».
Осиротевшая леди, выросшая в трущобах. Вполне возможно, это станет горячей темой на первой полосе с заголовком «Леди-сирота».
Кроме того, наложница императора тоже является проблемой. Сейчас она не захочет сражаться с великим герцогом, потому что он настолько же могущественен, насколько велика его слава. Елена не станет сразу же активно нападать, однако, в случае удочерения, может изменить своё решение.
– Влияние? Репутация? Не думай о таких бесполезных вещах, – недовольно сказал Уиндерт.
Мы вышли из домика.
– Почему мы вдруг уходим?
– Поедем в приют.
Удивлённая подобными словами, я тащилась за ним, не зная, что и сказать.
– Пойдём. Раз брат хочет этого, значит, на то есть причина, – прошептал Дилан, шагая рядом со мной.
Почему вдруг?..
Я не могла понять. Поэтому просто последовала за ними.
***
Я понятия не имела, что вернусь туда.
Директриса всегда промывала нам мозги, говоря, что отъезд не приведёт ни к чему хорошему. Мы не сможем заработать денег, а спонсоров у нас мало, поэтому все будут голодать. При этом она не давала нам убежать из приюта или сообщить о коррупции другим взрослым.
«Всё ли там в порядке?»
Я вышла из кареты, чувствуя себя немного неловко.
– А?
Зрелища, представшего перед моими глазами, я никогда раньше не видела.
– Где мы?
– В приюте, конечно же.
Детский дом «Травяной лист» располагался в самой глубине трущоб.
Раньше это было унылое серое здание с потрескавшимися стенами и растущим неподалёку мёртвым деревом с жуткими ветвями. Но теперь всё выглядело совершенно по-другому.
Здание не стало больше, однако тёплый красный кирпич и красивые арочные двери создавали совершенно иное ощущение, чем раньше. Небольшой двор с красивыми зимними цветами, оплетающими стены, и зелёными деревьями, тоже был красив.
Во дворе бегали дети.
«Какая же я дура!»
Думала, что в приюте, из-за отсутствия руководства, стало ещё хуже. Полагала, что воспитанникам будет тяжелее с исчезновением директрисы. А ведь знала, что она ужасный человек.
– О? Это Шу!
Софи, бегущая с маленькой куклой в одной руке, заметила меня первой и направилась в мою сторону.
– Софи! Мари! Эйлин!
Раньше я не хотела бы их видеть, но теперь радовалась встрече.
Остальные тоже увидели меня и подбежали восклицая: «Вау!».
«Почему они так рады?»
Приблизившись, ребята остановились, колеблясь, как будто боялись Уиндерта и Дилана.
– Иди, Шушу. Ты ведь хочешь поговорить с ними? Мы будем ждать тебя в карете.
Уиндерт легонько толкнул меня в спину.
Я кивнула и подошла к детям.
– Как дела?
– Вау, Шу стала плинцессой! - восхитилась малышка Софи, нарушив напряжённую тишину.
Ну, я считалась красивой даже тогда, когда жила здесь. Поэтому теперь, преобразившись и в красивом наряде, выглядела по их меркам и вовсе восхитительно.
«Хотя, может быть, им не нравится, что я теперь такая?»
Их одежда тоже изменилась. Она не была элитной, какую обыкновенно носили дворяне и в какой сейчас была я, но всё же - новой, с милыми рисунками. На улице зима. Хорошо, что пальто, перчатки и шали, выглядят очень тёплыми.
– Правда, правда! Ты просто великолепна!
– Шуэлина, спасибо! Мне здесь очень нравится!
На мгновение они замолчали, а затем каждый начал болтать со мной. Они говорили о том, что я теперь ношу красивую одежду, что мои щёки стали пухлыми, а произношение улучшилось и соответствует разговору аристократов.
Каждый из них хотел похвалить меня. Некоторые хвалили приют.
– Я слышала, что это всё благодаря тебе. Ты стала дочерью великого герцога! Поздравляю!
– О, тогда я больше не смогу называть тебя просто Шу? Мне тепель плидётся называть тебя леди Шу? - спросила Софи, услышав о великом герцоге.
– Может быть, пока можно по-простому? Будем звать её леди позже, – шепнула ей Марта.
Они, похоже, решили, что меня уже удочерили. Но как дети об этом узнали?
– О чём вы говорите?
– А? Мы уже всё знаем! Но пытаемся сохранить это в тайне!
– Серьёзно, Шуэлина всё равно хорошая!
Их слова привели меня в ещё большее замешательство. Тем не менее, этот факт не являлся катастрофой.
– Среди взрослых ходят слухи, что приют изменился благодаря тебе.
– Говорят, это ты остановила директрису? Удивительно!
– Ты такая милая и умная, поэтому хорошо, что великий герцог узнал о тебе. Ты это заслужила!
– Даже если станешь знатной дамой, не забывай нас! – снова закричали дети.
Поскольку семья эрцгерцога всегда имела плохой имидж, уже давно не было такого, чтобы о нём говорило большое количество людей.
«Если бы девочка выросла и стала фрейлиной, ей бы завидовали...»
Но сейчас я видела абсолютно другое и была тронута всеобщими похвалами, поэтому не могла сказать им правду о том, что ещё не приняла предложение об удочерении. Просто промолчала.
Однако слухи распространились быстро, а в поместье, скорее всего, есть шпион. Кто-то же рассказал директрисе о моём расписании. Я должна быть настороже.
Дети же были в полном восторге и рассказывали, как изменился приют.
– Мы все получили кучу новой одежды.
– А ещё у нас есть мясо и свежие овощи!
– И яйца! И постели у нас мягкие и тёплые!
– У нас и иглушки есть! А ещё дилектлиса читает нам сказки!
Рада, что у всех всё хорошо. Для меня, как и для большинства людей, важнее всего моё благополучие, но я не хладнокровный человек, которому безразличны окружающие. Порой я беспокоилась о том, что только мне одной живётся комфортно.
Через стекло окна я увидела, как новая директриса проводит время с детьми. Она была одета в серое платье, похожее на детское, а волосы убрала в пучок.
«У неё мягкое выражение лица».
Её внимательность к воспитанникам вызывала во мне тёплые чувства.
– Как Телина?..
– Беспокоишься о ней, несмотря на то, что она тебя ненавидела?
– Нет, спрашиваю, потому что не видела её с тех пор, как покинула приют.
Дети нахмурились и покачали головами.
– Она была заперта в чулане и очень сильно заболела, а прошлая директриса не стала вызывать врача!
– Боже мой!
Эта история была похожа на ту, с Шуэлиной из оригинального романа. Там девочка была серьёзно ранена и больна, но директриса не пригласила лекаря. Я думала, всё из-за того, что она ненавидела Шуэлину, но на самом деле женщина, видимо, просто не хотела тратить деньги на других. Только на себя.
– Ей было очень плохо, а директриса отправила её в другой детский дом, далеко отсюда. Всё равно что выгнала.
– Вы не знали, но если бы она умерла тут, в приют пришла бы проверка. Вот почему директриса была так зла и не хотела, чтобы Телина погибла здесь.
Лица детей помрачнели. Я вздохнула. Разговор получился тяжёлым…
Ни Телина, ни я не испытывали друг к другу добрых чувств... Но всё же я хотела, чтобы она оказалась в хорошем месте, где её не будут бить.
Обновлено: 12.01.2026