Глава 46

Излишне говорить, что сумма, вложенная Герцогами, поистине ошеломляющая. Если бы все эти деньги исчезли, бизнес мог просто разориться. — Я едва вернул всё в нужное русло!.. — Давай обратимся к Маркизе, – Виконтесса облизнула губы с таким лицом, словно её ударили. — Я навещу её. — Причём тут Маркиза?! — Это мать Герцогини, верно? Она единственная, кто может совладать с Анриш. Глаза Виконтессы злобно блеснули. — Она точно нас спасёт. — Дорогая... — Просто подожди, я что-нибудь сделаю! – с этими словами Виконтесса убежала из особняка, как сумасшедшая. * * * Виконтесса приехала к Маркизе, что встретила её дневной улыбкой. — Добро пожаловать. Сегодня я как раз собиралась... — Герцогиня сказала нам отдать все средства, вложенные в наш бизнес, – перебила её Виконтесса, словно дикий зверь. Лицо женщины ожесточилось: — Что это значит? Она попросила вернуть деньги? — Да! Сказала вернуть все в течение недели! Или она принудит нас! – женщина повысила голос, в конце концов не в силах контролировать себя. Слёзы текли по её бледному лицу. — Теперь, Маркиза... Вы должны пощадить меня. — Виконтесса. — Да? Я старалась изо всех сил, так что... Маркиза слышала ужасный и дикий крик. Глаза её сузились. Во многих отношениях Виконтесса была полезным человеком: женщина, что вырастила множество знатных дам. И до сих пор они поддерживали хорошие и тёплые отношения. Среди них были дамы, которые теперь стали хозяйками семьи. Так что разочаровывает такое развитие событий. По слухам Анриш – злодейка в социальном мире. И обычно, когда Маркиза приезжала к дочери и надавливала на неё, та делала шаг назад. Но в последнее время Анриш во многих отношениях проявляла неуважение, демонстрируя свою независимость от семьи. — Не волнуйтесь слишком сильно, – произведя расчёты, Маркиза кивнула. — Я же говорила раньше, что как раз собираюсь встретиться с ней. Виконтесса вернулась домой, а Маркиза медленно встала со своего места. — Думаю, нам стоит поговорить прямо сейчас. * * * Вся семья собралась вместе спустя долгое время. Это крайне редкий момент для Алексея, когда он мог провести тихих обед с ними. И это было чем-то особенным. Хороший, тёплый день. Серебряный солнечный свет. — Думаю, неплохо пообедать в саду? Пятицветные цветы, лёгкий ветерок. — Верно, – Анриш с удовлетворением на лице ухмыльнулась. — Выглядит, как пикник? — Верно, мама! – Лилиана посмотрела на стол, а глаза её сверкнули. У Эллиота тоже на лице сверкало любопытство. Круглый обеденный стол, застелённый красной клетчатой скатертью, выглядел мило, словно игрушка. Сверху было много разнообразной еды, что восхитительно пахла. С гордым выражением лица Анриш взглянула на мужа. — Герцог, если вам не нравится... — Вовсе нет, – с улыбкой он покачал головой, — это замечательно. Действительно, кажется, будто мы вышли на пикник. — Но это ничто в сравнении с настоящим пикником, – Анриш хотела игриво улыбнуться, но вдруг посмотрела на детей, — значит, в следующий раз мы вместе сходим на пикник. Кто согласен? — Я, я! — Мне нравится! Дети радостно защебетали, словно цыплята. И даже Алексей улыбнулся: — Хорошая идея. Мягкая атмосфера не могла ничем нарушиться. Лилиана с лёгкостью передвинула посуду. Стол, за которым ты можешь есть сколько угодно, и тебя не будут ругаться, даже если допустить небольшую ошибку. Но один человек делал её крайне счастливой... — Лилиана, попробуй ещё, – на тарелке девочки появилось мягкое картофельное пюре с маслом. — Спасибо, – сунув в рот вилку, она слегка покраснела. Насыщенный маслянистый вкус и текстура воздушного картофеля, обёрнутого вокруг языка. Анриш, наблюдавшая за ней счастливыми глазами, внезапно сузила брови и взглянула на сына: — Эллиот, тебе следует есть помидоры. Мальчик. который тщательно избегал их, посмотрел на маму с суровым выражением на лице: — Но мама... — Хм, Лилиана говорила, что не любит приверед? — Хорошо, я понял! – закрыв глаза, Эллиот сунул в рот помидор. Мой сын такой милый! Алексей еле сдерживал смех. И в тот момент его взгляд встретился с Анриш. — Герцог, вы хотели что-то сказать? — Нет, ничего, – на мгновение он заколебался, а затем подтолкнул ей тарелку с поджаренными сосисками, — заботиться о детях – важно. Но жена не должна забывать и о себе. — Ах, спасибо! Чувствую, что её сердце тронуто, Анриш поспешно опустила взгляд на тарелку. Это был первый раз, когда кто-то позаботился о ней за столом. Герцогиня нарезала сосиску на меленькие кусочки и положила в рот. Пикантный вкус оставался на кончике языка. Стол погрузился в идиллию, словно эта семья проводила так каждый день. — Папа, мама! Я съел помидоры! – громко позвал Эллиот родителей. Анриш, не задумываясь, посмотрела на тарелку, которую сын гордо поднял. Та действительно была пустой. Герцогиня широко улыбнулась: — Ты правда съел их все, отличная работа, Эллиот! — Молодец, ты впервые съел помидоры. Оба родителя тут же выразили свои комплименты. Тогда Эллиот с гордым видом повернулся к Лилиане: — Видишь? Я съел их! — Угу, молодец, – Лилиана кивнула с озадаченным видом. И в разгар такой дружелюбной атмосферы к Анриш подошла служанка. Понизив голос, она сказала: — Леди... К нам приехала Маркиза. В одно мгновение взгляд Анриш сузился, а брови Алексея нахмурились. — Я привела её в гостиную... – горничная выглядела так, словно действительно не знала, что делать. — Пойдём, – с коротким вздохом ответил Герцог. — Нет, тебе не нужно идти сейчас, – Анриш покачала головой, а Алексей удивлённо посмотрел на неё. — Это ведь Маркиза, не лучше ли поскорее пойти к ней? — Нет, я прошу тебя подождать, – твёрдо ответила она, сев поудобнее в кресло. — Я уже несколько раз говорила маме, чтобы она, прежде чем посетить нас, предупреждала заранее. — Анриш... — Но мама никогда не слушает меня, – фиолетовые глаза были холодными. — Я должна относиться к ней так, как она заслуживает. Алексей с любопытством посмотрел на жену. После того, как она перестала давать родителям и семье деньги, она была полна решимости проучить Маркизу. Раньше Анриш с бледным лицом уже бежала к матери. Но не сейчас. — Поэтому нам не нужно идти. Пожалуйста, сядьте, – сказала Анриш с улыбкой. Сам того не осознавая, Алексей сел обратно. От его жены исходила странная сила.