Люди спешили по своим делам в транзитном зале, не обращая внимания на остальных. Все события копий — рождение и смерть, радость и горе — постепенно стирались из их памяти, люди торопливо шли каждый своим путем.
— Ты всем мешаешь.
Сзади раздался знакомый мягкий голос, и на плечо Нин Гэ легла рука.
Он вышел.
Нин Гэ почувствовала огромное облегчение. Она повернулась и крепко обняла его за талию.
Пэй Хань был явно ошеломлен.
Он на секунду остолбенел, а затем обнял ее и сказал низким голосом:
— Испугалась? Угол наклона зеркала был немного неправильным, оставались считанные секунды, и я слегка подправил его. Это мой первый опыт сканирования самого себя.
Позади них появился кто-то еще.
Они стояли, обнявшись, и теперь действительно мешали проходу.
Нин Гэ пришла в себя и поняла, что поступила слишком импульсивно. Неуместно вот так обнимать кого-то, поэтому Нин Гэ отпустила мужчину и сделала несколько шагов назад, подальше от зоны прибытия.
Оуэн, который стоял в стороне и ждал их, наконец подошел.
Он со смехом сказал Пэй Ханю:
— Ты не представляешь, когда она вышла, я понял, что такое «мертвенно-бледное лицо, словно кто-то потерял родителей».
Пэй Хань потерял дар речи:
— «Потерял родителей»? Если не знаешь, как использовать идиомы, используй их пореже.
На браслет пришло сообщение:
[Очки опыта копирования: 1
Очки опыта Лямбда: 1.
Бонусные очки испытаний начислены, к переводу очков: 500 000]
Нин Гэ уже совершенно не думала об опыте и очках.
Главное, что все вернулись целыми и невредимыми.
— Давайте поднимемся и выпьем чего-нибудь горячего, — сказал Пэй Хань.
На верхнем этаже все осталось неизменным.
В ежемесячной таблице лидеров Альф, висевшей нверху, «PH» по-прежнему занимал первое место, а между ним и занимавшим второе место «L» теперь была разница на два очка больше, чем в прошлый раз.
Таблица обновлялась страница за страницей, и Нин Гэ заметила, что тот, кто с презрением взирал на все эти рейтинги, записав себя значком «–», значительно поднялся.
Когда они пришли в номер Пэй Ханя, Нин Гэ устроилась на мягком удобном диване и почувствовала себя лучше.
Пэй Хань отправился готовить кофе, а Оуэн сел рядом с ней и привычно взял в руки джойстик, включил телевизор и приготовился играть.
— Не надо так нервничать, — успокоил ее Оуэн. — Не бери на себя всю вину. В таких местах смерть — это обычное дело, разве нет? К тому же рано или поздно Пэй Хань все равно умрет.
Нин Гэ застыла.
Оуэн запустил игру, выбрал персонажа и подождал, пока она загрузится.
— Смерть — это не что-то страшное, это обязательный урок для каждого, — он замолчал, а затем внезапно сказал: — Было время, когда я каждый день думал о смерти.
Персонаж Оуэна на экране радостно подпрыгнул несколько раз, приняв эффектную позу.
— Это не то, что обычно называют «ищет смерти», это было настоящее желание умереть. Я серьезно изучал разные способы самоубийства, — продолжил он. — Но все они были довольно мучительны, в общем, не самый лучший вариант. Я четко понимал, что у меня есть мама, и хотя бы ради нее я не могу совершить этот поступок, но проблема заключалась в том, что я не мог продолжать жить.
Он помолчал.
— Я действительно не мог продолжать жить…
Нин Гэ повернула голову и посмотрела на него.
Оуэн небрежно щелкнул кнопкой джойстика:
— В те времена у меня на телефоне был документ, куда я записывал хорошие вещи, случавшиеся со мной за день: вот у этого цветка странные лепестки, а сегодня услышал, как мурлычет маленький котенок, и так далее. Я изо всех сил убеждал себя, что если бы я умер вчера, то не увидел бы всего этого.
Нин Гэ вовсе не ожидала этого.
Он выглядел таким жизнерадостным человеком.
Даже в самых опасных ситуациях в копиях, когда все остальные были напуганы до смерти, у него было веселое настроние. Он терпеливо объяснял новичкам правила и время от времени отпускал шуточки, словно был ярким лучиком.
Этот человек, который излучал теплый свет, оказывается, сам погружался в беспросветную мглу.
Обновлено: 13.02.2026