Глава 9 — Глава 9

Глава 9 **[Примечание Откровения, Императора Человечества, Большого И, Лучшего Папы, Большого Человека™: Ракель — Лучшая Тян™]** **[Примечание Имперского Задрота Дэвида Джеймса Футхилла: Это многое объясняет]** **[Примечание Откровения, Императора Человечества, Большого И, Лучшего Папы, Большого Человека™: Повторяю: сделай с этим что-нибудь, Задрот]** *** Я тяжело вздохнул и прислонился спиной к переборке каюты Ракель, решив озвучить свои внезапно всплывшие воспоминания. — Ладно, Грайя... Я знаю это название. Мир-кузница. На него должно обрушиться двойное вторжение: сначала орки, потом космодесант Хаоса. И всё это якобы предотвратят Ультра-смурфы. Ну, если быть точным, один Ультра-смурф — капитан Тит. Да, точно. Начинается с того, что Тит пробивается сквозь толпы зеленокожих, там ещё Кадианские ударные войска... Так, что дальше? Тит валит кучу орков, находит громовой молот... и встречается с этим инквизитором, вылитым Зоргом. Мутный пендехо по имени Дроган. Я на мгновение замолчал, прокручивая детали в голове. — Черт, ну очевидно же, что от парня одни неприятности. Качать права перед капитаном Астартес? В моём списке это уже весомый повод для подозрений. И ведь этот тип... он же разрывает... открывает портал в варп прямо посреди Грайи... потому что он уже мертв и одержим к моменту начала вторжения... ТВОЮ МАТЬ! Осознание ударило наотмашь. Я пулей вылетел из каюты, пытаясь отыскать Эмберли. Сбивая с ног матросов и выкрикивая извинения на ходу, я нёсся по коридорам к её покоям. В полуоткрытую переборку я ворвался как ошпаренный. — ЭМБЕРЛИ, У НАС ПРОБЛЕМА! — заорал я, проигнорировав лазерный луч, который с характерным шипением подпалил мне волосы у виска. Вейл сидела за изящным столом, погруженная в изучение дата-планшетов. Она спокойно положила лазпистолет на столешницу и вздохнула. — Похоже на то, — отозвалась она. — А теперь не соизволишь ли ты объяснить, почему носишься по моему кораблю, словно пьяный орк? — Нас стравливают либо с демонхостом в обличии урода, похожего на Зорга, — выпалил я, стараясь перевести дух, — либо, как минимум, с человеком, который вот-вот даст себя убить и позволит использовать своё тело как мясной костюм. Если уже не позволил. — Это... действительно проблема. Информация надёжна? Я мрачно кивнул. — Он откроет портал в варп на Грайе в разгар орочьего вторжения, и чтобы всё это разгрести, понадобится вмешательство второй роты Ультрамаринов. Я подтянул стул и сел напротив Эмберли. — И что будем делать? Не сочти за цинизм, но у нас тут нарисовалась отличная возможность. — Согласна. Если мы устраним Дрогана, то сможем остановить вторжение Губительных Сил ещё до того, как оно наберет обороты, — пробормотала Вейл, быстро застучав пальцами по планшету. Я откинулся на спинку стула, слегка опешив от такой оперативности. — Сразу к летальному исходу? А если он ещё не одержим? До вторжения WAAAGH! Гримскулла на Грайю ещё годы... и разве это не забота Ордо Маллеус? — спросил я, выступая в роли адвоката дьявола, за что тут же удостоился сурового взгляда. — Дроган — инквизитор Ордо Ксенос. Если он стал еретиком, наш долг разобраться с ним внутри ведомства. К тому же у тебя есть приказ от самого Императора: действуй, Дэвид. И я бы не хотела навлекать на нас Его гнев из-за неповиновения прямому указанию. Она отложила один планшет и взяла другой. — Если он ещё не одержим — это упрощает задачу. Если уже да, то депеша, которую я только что отправила в Караул Смерти, будет весьма кстати. Так что, если ты закончил паниковать как какой-то белый щит, напоминаю: мне нужен мой болтер, причем ещё вчера. Свободен. *** **Девяносто пять процентов оружейного дела — это полировка деталей, два — производство, один — модификация, один — испытания и один процент — молитва.** Янбел по большей части выступал в роли наблюдателя. Он следил за тем, как я снимаю мерки с разобранного болт-пистолета, сравнивая их с данными стандартного образца «Годвин-Де’аз», которые я затребовал ранее. — Итак, проблемы, которые нам нужно решить: слишком малое «время выдержки» и избыточное давление газов в системе, — объяснил я, откладывая штангенциркуль на верстак. — Мы увеличим длину ствола, интегрируем всенаправленный дульный тормоз вместо тех двух огромных дырок и слегка уменьшим диаметр газоотводных отверстий. Как думаешь, мой механический друг, мы справимся с этим, имея те материалы, что есть на борту? — Мануфакторум на борту «Экстерминуса» способен воспроизвести целый двигатель, если возникнет такая необходимость, квартирмейстер, — бесстрастно отозвался Янбел. Я лишь ухмыльнулся в ответ. — То есть ты не будешь ворчать, если я скажу, что хочу ствол из такого количества адамантия, чтобы он выдержал даже истерику огрина? Я посмотрел на него, наблюдая, как в его голове буквально проворачиваются шестеренки. Техножрец наклонился вперед, оперся руками о стол и встретил мой взгляд своим бионическим глазом. — Я буду счастлив исполнить волю Омниссии, квартирмейстер. И с этим заявлением мы приступили к работе. Первые несколько часов ушли на изучение дата-планшетов: мы перелопачивали техническую документацию, собиравшуюся сотни лет — размеры, материалы, требования к испытаниям и всё прочее. Настоящее веселье началось, когда пришло время мехобработки. — Мне нужно, чтобы ты выточил рампу подачи в переднем вкладыше ствольной коробки, — сказал я через респиратор, протягивая Янбелу раму пистолета без ствола. — Она должна идеально совпадать по углу с рампой патронника, иначе в ней нет смысла. А я займусь самим стволом. — Почему это необходимо, квартирмейстер? — спросил Янбел, хотя уже принялся за дело; его механодендриты зажужжали, вгрызаясь в металл. Я зажал заготовку в токарном станке — футовый кусок адамантия с уже просверленным и нарезанным каналом 75-го калибра. Его предстояло обрезать до целевой длины в пять дюймов, а затем нарезать резьбу под дульный тормоз. — Когда ты укорачиваешь механизм, который изначально проектировался под определенное пространство, автоматика начинает работать гораздо жестче. По сути, чтобы механизм работал правильно, он должен надежно выполнять две вещи: освобождать место и заполнять его снова. У стандартного болтера «Годвин» ствол восемнадцать дюймов. Обрезая его до трёх и выкидывая добрую часть деталей, чтобы подогнать под человеческую руку, ты убиваешь эту надежность. Без серьезных изменений в конструкции ничего не выйдет. Я запустил станок, проверяя резец, пока заготовка набирала обороты. — Не в обиду Годвину и его коллегам, но очевидно, что это была конверсия военного времени, которая так и не эволюционировала из принципа «ну, оно же стреляет, когда я жму на спуск?». Это и так здоровенная пушка с перетяжеленным задом, и короткий обрубок вместо ствола только усложняет работу автоматики, снижая ту самую надежность принципа «освободил-заполнил». — «Освободил-заполнил», квартирмейстер? — Смотри. При нажатии на спуск курок бьет по ударнику, тот накалывает капсюль, воспламеняя вышибной заряд болта и отправляя его в ствол. Механизм под давлением газов начинает процесс экстракции — так мы «освобождаем место». Я медленно подводил резец, обтачивая заготовку, оставив лишний дюйм под резьбу. — Экстрактор вытягивает стреляную гильзу из патронника, эжектор выбрасывает её в окно, магазин подает следующий снаряд, а затвор под давлением пружины идет вперед, загоняя болт на место. Это и есть «заполнение». Я продолжал обточку, уменьшая диаметр ствола, чтобы сбросить вес, но не жертвуя той самой прочностью «против огрина». — Если конструкция мешает хоть одной из этих функций, её нужно менять. Именно поэтому ты точишь рампу подачи. Без этой фаски снаряд может просто уткнуться при подаче, создавая лишнюю нагрузку на механизм. К тому же это позволит не царапать сам болт, что повысит точность. Отводя резец, я прошелся по поверхности ствола наждачной бумагой, убирая заусенцы. Затем начал готовить патрон для нарезки резьбы. Здесь требовалась предельная осторожность: адамантий — материал невероятно твердый, и станок уже стонал от натуги так жалобно, что в этом звуке можно было расслышать почти человеческую мольбу. Я мягко похлопал машину по корпусу.