Триллион призрачных монет — и ни капли жалости: пока одноклассники рыдают над кровавыми повестками Полуночной Столовой, он один улыбается смерти в лицо. Пять лет этого кошмара за плечами — и он точно знает, кто умрёт следующим и от чьей руки. Красотка молит спасти её взглядом, полным слёз, — а он видит лишь марионетку, дёргающую за нити чужого сострадания. Здесь официанты подают гниющим гостям не только блюда, но и собственную жизнь — только на этой кухне правила диктует он.

Триллион призрачных монет — и ни капли жалости: пока одноклассники рыдают над кровавыми повестками Полуночной Столовой, он один улыбается смерти в лицо. Пять лет этого кошмара за плечами — и он точно знает, кто умрёт следующим и от чьей руки. Красотка молит спасти её взглядом, полным слёз, — а он видит лишь марионетку, дёргающую за нити чужого сострадания. Здесь официанты подают гниющим гостям не только блюда, но и собственную жизнь — только на этой кухне правила диктует он.