Нью-Йорк
10 августа, 08:40 EDT
Двадцать минут в утренних пробках — и отец с сыном прибыли к месту назначения.
Перед ними возвышался «Уэйн Биотек» — инженерное и архитектурное чудо для любого местного жителя. Но для Питера это был просто наглый плагиат.
Основной несущий каркас здания представлял собой массивную спираль из мутно-серого металла, обвивающую заднюю часть и бока башни, устремляясь ввысь к шпилю в левом углу. Справа гордо сиял огромный логотип «Wayne». Фасад же, свободный от металлического панциря, состоял из тысяч окон, укрытых шестиугольной сеткой.
«Надо бы найти архитектора и проверить, не попаданец ли он часом. Иначе это какое-то космическое совпадение: "Уэйн Биотек" выглядит один в один как башня "Озкорп" из фильмов с Гарфилдом. Правда, пониже ростом, но это логично — всё-таки лишь дочернее предприятие», — размышлял Питер, задрав голову.
— Красавица, а? — Ричард тоже любовался зданием, ожидая зеленого сигнала светофора. — Этот Брюс Уэйн определенно знает толк в архитектуре.
— Сомневаюсь, что Брюс сам сидел с линейкой и чертил проект, пап, — усмехнулся Питер.
— Я разве не рассказывал тебе историю этого здания? Был уверен, что упоминал пару раз, — Ричард тронул машину, направляясь к въезду на подземную парковку.
— Какую историю? — заинтересовался Питер.
— Говорят — хотя дели на два, богачи любят приукрасить, — что когда Брюсу Уэйну было лет пять, он услышал, что его отец, покойный Томас Уэйн, хочет построить небоскреб для своего биотех-подразделения здесь, в Нью-Йорке.
Ричард притормозил, чтобы приложить пропуск к сканеру, и продолжил:
— Чтобы впечатлить отца, мелкий Брюс нарисовал какую-то футуристичную башню. Томас был так горд сыном и настолько впечатлен эскизом, что отнес его в архитектурное бюро и приказал построить здание именно таким.
— И это... оно? — недоверчиво переспросил Питер.
— Так гласит легенда. Как я и сказал, поди разбери, правда это или нет, — Ричард загнал машину на свое парковочное место и повернулся к сыну. — Хочешь знать точно — спроси у самого Брюса Уэйна.
— Принято, — кивнул Питер, делая мысленную зарубку на будущее: при встрече с Бэтменом обязательно уточнить этот нюанс. — Богатые люди живут в какой-то параллельной вселенной, да?
— Ты даже не представляешь. При том, что мы с тобой тоже не бедствуем. Но это, сынок, совсем другая лига.
— Знаешь, я в детстве тоже рисовал крутые штуки. Где мой небоскреб?
— А то, что я позволил тебе превратить бомбоубежище в лабораторию профессора Фринка, тебе уже мало? Теперь тебе целое здание подавай? — рассмеялся отец.
— Актуальная отсылочка, пап, — усмехнулся Питер, вылезая из машины.
— А что? «Симпсоны» — это классика, и они всё еще выходят. Значит, актуально.
— Туше.
— Не суди меня по седине, сынок, это всего лишь генетика. Твой батя все еще на хайпе, — Ричард подмигнул и выстрелил в сына из «пальцев-пистолетов».
— Пап, с такой сединой мне стоит волноваться, как бы ты не сломал шейку бедра, пытаясь быть «на хайпе», — съязвил Питер.
— Слушай сюда, — Ричард закинул руку сыну на плечо, и они направились к лифтам. — Ранняя седина — это наше семейное проклятие. Она у дяди Бена, она была у моего отца, а у его отца волосы побелели в двадцать пять. Так что смейся-смейся, но она придет и за тобой. Вопрос времени.
— Во мне есть и мамины гены, а у нее ни одного седого волоса, — парировал Питер, нервно проведя рукой по своей шевелюре, словно проверяя её цвет.
— Это потому что она красится, — отмахнулся отец.
— Серьезно? — расплылся в улыбке Питер.
Ричард осекся, поняв, что сболтнул лишнего.
— Не говори ей, что я это сказал.
— Это зависит от обстоятельств, — Питер по-дружески приобнял отца. — Так когда там начнут строить мой небоскреб?
— Ах ты мелкий шантажист, — рассмеялся Ричард, пихнув сына в бок.
~
Стоило дверям лифта открыться, как они уперлись в стену из людей, ожидающих кабину.
— Идем. Мне нужно оформить тебе пропуск на ресепшене, — Ричард уверенно шагнул вперед, и толпа расступилась, пропуская его и Питера.
Следуя за отцом от лифтового холла, Питер заметил столики, за которыми сотрудники пили кофе и перекусывали. Эскалаторы вели вверх и вниз — значит, они сейчас на втором этаже.
Спускаясь ниже, он убедился: лобби было точной копией того, что он видел в кино. Огромный трехуровневый атриум: первый этаж отведен под ресепшен, эскалаторы по бокам ведут на второй уровень с рестораном и лифтами, а оттуда можно подняться еще выше, в лаунж-зону третьего этажа.
Единственное вопиющее отличие — отсутствие гигантского голографического экрана, вещающего о том, как Брюс Уэйн собирается изменить мир к лучшему. В фильме он был.
— Впечатляет, да? — голос Ричарда вырвал его из созерцания.
— Ага. Если так выглядит дочерняя компания, страшно представить, что там в головном офисе «Уэйн Энтерпрайзис».
— Он старше и выше. Очень внушительный, — кивнул Ричард, приветственно махнув рукой кому-то из коллег. — Жаль только, что он в Готэме. Тот еще городок... со своей атмосферой.
— Могу себе представить, — согласился Питер, припоминая «колоритный» паноптикум злодеев Бэтмена.
Спустившись на первый этаж, они подошли к стойке регистрации, где сидела симпатичная брюнетка — живое воплощение образа идеального секретаря.
— Доктор Паркер! — её лицо озарилось улыбкой, стоило заметить приближающегося Ричарда.
— Доброе утро, Пенни. Как собака?
— Уже лучше, спасибо. Чем могу помочь? — она перевела взгляд на Питера.
— Знакомься, это Питер. Мой сын, — гордо представил он, подтягивая парня ближе. — Питер, это Пенни.
— Приятно познакомиться, — вежливо улыбнулся Питер.
— Какой красавец! Весь в отца, — проворковала Пенни, заставив Ричарда довольно хохотнуть.
— Он не только внешность от меня унаследовал. Голова на плечах тоже имеется, хочет у нас стажироваться. Но сначала — экскурсия, так что нам нужен гостевой пропуск.
— Без проблем, — она открыла ящик, достала бейдж и протянула его через стойку. — Держи. Хорошо вам провести время, и добро пожаловать в «Уэйн Биотек».
— Спасибо, — Питер прицепил пропуск на куртку.
— До свидания, Пенни.
— Хорошего дня, доктор Паркер.
Они развернулись и направились обратно к эскалаторам, ведущим на второй этаж.
— А она... дружелюбная, — с намеком протянул Питер.
Он знал, что отец никогда не изменит матери, но даже у великих людей бывают минуты слабости.
— Боже, сама деликатность, — фыркнул Ричард, оглянувшись на сына. — Я никогда не изменю твоей маме. Она моя единственная.
— Извини, — смутился Питер, жалея, что вообще заикнулся об этом.
— Не извиняйся. Если вдруг случится невозможное, и я оступлюсь, я хочу, чтобы ты пришел и врезал мне правду-матку в лицо. Твой долг — защищать её.
Ричард ободряюще сжал плечо сына.
— Будем надеяться, до этого никогда не дойдет.
— Не дойдет, — твердо сказал он.
— Я знаю.
— Ну а теперь — за дело. У нас впереди целое здание и куча интересного. Погнали!
~
В отличие от «Озкорп Тауэр», служившей штаб-квартирой целой корпорации и насчитывавшей сто этажей, «Уэйн Биотек» был лишь филиалом и занимал вдвое меньше места.
Первые пятнадцать этажей над лобби были отданы под офисы: бесконечные лабиринты кубиклов и кабинетов. Сама по себе прогулка по ним заняла бы немного времени, но Ричард оказался на редкость общительным парнем. Он знал, кажется, каждого встречного и с каждым считал долгом перекинуться парой слов, из-за чего экскурсия безбожно затянулась.
Спустя, как показалось Питеру, целую вечность, они миновали офисный планктон и добрались до «мяса» — исследовательских лабораторий.
— А теперь осторожнее, — лицо Ричарда стало серьезным. — Здесь люди работают над важными вещами, нам нельзя им мешать.
— Над чем? — глаза Питера загорелись, мозг начал генерировать варианты. — Лекарство от рака? Стволовые клетки?
— Круче.
— Межвидовая генетика?! — выпалил Питер, едва не подпрыгивая от возбуждения.
— Как сохранить мороженое холодным подольше, — с невозмутимой улыбкой выдал Ричард. — И они, кажется, на пороге прорыва.
Энтузиазм Питера мгновенно улетучился, сменившись выражением лица, на котором читалось абсолютное "ты сейчас серьезно?".
— А ты думал, это просто? — подмигнул Ричард, прикладывая пропуск к считывателю. — Чтобы добиться такого прорыва, нужны годы исследований, человеческие ресурсы и адский труд.
Дверь лаборатории открылась, и Питер с кислой миной проследовал за отцом.
— Я уверен, что это непросто, но я-то надеялся увидеть что-то реально крутое.
— Не волнуйся. Доберемся. Рано или поздно.
Лаборатория выглядела ровно так, как и положено месту с таким названием. Ряды лабораторных столов, люди в белых халатах, суета. Оборудование варьировалось от прозаичных пробирок и мензурок до серьезных зверей вроде высокоэффективного жидкостного хроматографа. Учитывая специфику исследований, по углам громоздились внушительные дьюары с жидким азотом.
— Потрясающе, — выдохнул Питер, оглядываясь.
— И не говори, — раздался женский голос.
Обернувшись, Питер увидел молодую шатенку в очках. Полосатая рубашка под черной жилеткой, строгие брюки и неизменный белый халат.
— Питер, познакомься, это доктор Кристал Фрост. Наш штатный криобиолог и ведущий исследователь, — представил её Ричард. — Доктор Фрост, это мой сын, Питер.
— А, так это тот самый Питер, о котором гудит все здание! Приятно наконец увидеть легенду воочию, — улыбнулась она, пожимая парню руку.
— Взаимно, доктор Фрост.
— Твой отец уже рассказал, над чем мы тут колдуем? Весьма любопытные вещи, — она сунула руки в карманы халата.
Обновлено: 19.01.2026