Пока Фань Пэн получал по шее, Линь Мо вместе с профессором Ли отправился на дом к одному из руководителей для проведения осмотра. Процедура была такой же, как и вчера: в основном говорил профессор Ли, а Линь Мо ассистировал.
Теперь он был не просто учеником, но и по совместительству ассистентом профессора традиционной китайской медицины.
Во время визита профессор Ли, прощупывая пульс и назначая лечение, попутно терпеливо обучал Линь Мо, подробно разбирая симптомы, характер пульса, какие препараты использовать для терапии, как корректировать дозировку и так далее. Всё это — тонкости, которые постигаются лишь со временем и опытом.
Даже с таким наставником, как профессор Ли, этому невозможно было научиться в одночасье. Если не прибегать к своим «читам», то, пожалуй, на этом его успехи в данной области и закончатся.
Хотя профессор и знал, что Линь Мо может диагностировать по пульсу и женщин, он всё равно не позволял ему этого делать. Сегодня одним из двух пациентов была женщина-руководитель, не говоря уже о жёнах и дочерях чиновников. Дело было не в недоверии к Линь Мо, а в элементарной вежливости.
Позволить студенту прощупывать пульс у высокопоставленного лица, пусть даже под присмотром именитого наставника, было бы проявлением неуважения. Словно на человеке просто тренируются.
Профессор Ли, как врач, который много лет имел дело с различными руководителями, прекрасно разбирался в подобных тонкостях.
Это было совсем не то, что мануальная терапия и вправление костей — в этой области Линь Мо достиг уровня эксперта. А вот его реальные навыки в диагностике по пульсу профессору были неизвестны.
Возможность обучать студента прямо во время приёма уже была пределом допустимого. Впрочем, именно благодаря этому Линь Мо и попал в поле зрения этих так называемых руководителей.
Судя по отношению профессора Ли, они поняли, что это не обычный ученик.
Тем временем, после двух дней беготни и попыток задействовать связи, Цинь Чжэньхун выглядел, мягко говоря, мрачно.
Не то чтобы у него не нашлось нужных контактов. За столько лет в Цзяннине он обзавёлся знакомствами в определённых кругах и даже обратился ко многим влиятельным людям.
Поначалу все клятвенно обещали помочь, узнать, что к чему, но от них не было ни слуху ни духу. Некоторые и вовсе перезванивали со словами, что ничего сделать не могут, а кто-то просто перестал брать трубку.
Очевидно, что, хотя для Линь Мо эти два дня и прошли спокойно и беззаботно, за кулисами уже вовсю бушевали подводные течения. Просто Цзян Цзяньго, Лю Чжэнъюань и Юань Гочэн вступили в игру и приняли весь удар на себя.
По сути, это уже был не конфликт Линь Мо с семьями Цинь и Хуан, а прямое столкновение кланов Юань и Лю против кланов Цинь и Хуан.
Всё сводилось к тому, чей бэкграунд окажется мощнее. Но Линь Мо был на правой стороне, да ещё и имел преимущество в виде отключения электричества. Чем дольше тянулось время, тем выгоднее это было для них. К тому же, если сравнивать влияние, их сторона изначально была сильнее, так что они справлялись с ситуацией играючи.
Но если им было легко, значит, кому-то другому приходилось туго.
— Пап, новостей всё нет? Мне сейчас Хаоцзы звонил, говорит, они задействовали все возможные связи, но толку почти никакого. Мы… — Цинь Тянь с горечью в голосе посмотрел на своего отца, который неопрятно развалился на диване.
За эти несколько дней он впервые в полной мере ощутил, что такое человеческое равнодушие и как переменчив мир.
Мало того, что все их связи либо не дали результата, либо перестали отвечать на звонки, так ещё и никто из коллег и начальников его матери, с которыми она годами поддерживала хорошие отношения на госслужбе, не протянул им руку помощи.
Вдобавок ко всему начались проблемы с их семейным бизнесом. Электричество отсутствовало уже неделю. Всё это время они отчаянно пытались его восстановить, но безуспешно. Пару раз свет ненадолго давали, но вскоре всё снова погружалось во тьму.
Недельный простой уже начал сказываться на их предприятиях.
Во-первых, вышло из строя оборудование на заводе стекловолокна, особенно пострадали печи. Даже после восстановления электроснабжения их придётся отстраивать заново, а это немалые расходы.
Во-вторых, они не могли вовремя отгрузить товар, что влекло за собой огромные неустойки. Прибыли не было, зато росли убытки. Ремонт и замена оборудования, зарплаты рабочим на всех предприятиях…
Даже если люди не работали, им нужно было платить хотя бы минимальную зарплату. Каждая из этих статей расходов была бездонной ямой, пожирающей деньги.
Всего за несколько дней их денежные потоки резко сократились, а несколько старых партнёров разорвали контракты.
Одна такая проблема могла нанести серьёзный удар по компании, а тут они посыпались со всех сторон одновременно.
Последние несколько дней Цинь Чжэньхун метался как белка в колесе, у него не было времени даже умыться. Он сильно сдал, и в его глазах застыла смертельная усталость.
Услышав вопрос сына, Цинь Чжэньхун порылся в кипе бумаг на журнальном столике, вытащил одну папку и протянул её Цинь Тяню:
— Пока ничего. Нам остаётся только ждать. Отвези эти документы в компанию и помоги моему секретарю со всем разобраться. Я сейчас никак не могу отлучиться. Он объяснит тебе, что нужно делать.
— Сейчас нам остаётся только заморозить несколько проектов и собрать все возможные средства, чтобы продержаться ещё какое-то время.
Цинь Тянь взглянул на документы в своих руках, и его глаза расширились.
— Пап… но мы же столько вложили в эти проекты! Просто так всё бросить?
— А что ещё делать? У нас есть свободные средства, чтобы их развивать? Давай сначала разберёмся с текущим кризисом! — Цинь Чжэньхун потёр переносицу и бессильно махнул рукой.
Цинь Тянь крепко сжал папку в руках. Помолчав, он развернулся и вышел.
В тот миг, когда дверь закрылась, на лицах отца и сына, разделённых этой дверью, мелькнуло одинаково свирепое выражение — одному богу известно, что они задумали.
В пять часов вечера Линь Мо, таща своё измученное тело, вернулся в университетский городок. Этот день стал для него настоящим испытанием как физических, так и моральных сил.
Поднявшись наверх, он вошёл в своё уютное гнёздышко и рухнул на диван, чувствуя, как его тут же клонит в сон.
Но не прошло и десяти минут, как в дверь заколотили так, что, казалось, она вот-вот слетит с петель.
— Иду, иду, хватит стучать! — вздохнул Линь Мо, поднимаясь, чтобы открыть. Как и ожидалось, на пороге в ряд стояли три его «благодетеля»: Сычуанька, Старина Ван и госпожа Юань.
— Нет, ну серьёзно, в такой холод, почему бы вам по домам не сидеть? Что вы у меня забыли?
— И вообще, откуда вы знаете, что я вернулся? — с видом мученика произнёс Линь Мо.
Его ворчание все трое проигнорировали. Госпожа Юань оттолкнула его и прошла внутрь.
— Глупый вопрос. Твоя тачка под окнами стоит, я что, слепая, по-твоему?!
— Вот именно! Слушай, ты в последние дни какой-то замученный, я тут закуски принес. Старина Ван хочет с тобой опрокинуть по стаканчику! — Сычуанька помахал пластиковым пакетом и тоже проследовал в квартиру.
Последним вошёл Старина Ван с ящиком пива, виновато улыбаясь.
— Хе-хе!
Линь Мо:
— «Хе» тебе в бороду! Заваливайся быстрее, весь холод в дом впустил!
Когда Старина Ван поставил пиво, Линь Мо обернулся и, как и ожидал, увидел, что двое его гостей уже атаковали холодильник.
Госпожа Юань выудила бутылку ледяной «Колы», а Сычуанька набросился на его запасы фруктов и снэков.
Надо сказать, эти двое с ним совершенно не церемонились, особенно госпожа Юань.
Всё-таки, если бы Лю Жуянь была дома, Сычуанька не посмел бы так разгуляться. Но госпоже Юань было всё равно — есть Лю Жуянь или нет, она вела себя как хозяйка.
«Ну и что, что Лю Жуянь — девушка Линь Мо? Я же не застала их за производством потомства. Что, даже съесть у них ничего нельзя?!»
Линь Мо, впрочем, не возражал. Они были слишком хорошо знакомы, да и продукты в холодильнике пора было съедать, пока не истёк срок годности. Как раз нашлись помощники, чтобы опустошить запасы.
С тех пор как уехала Лю Жуянь, потребление фруктов и снэков в доме резко сократилось. Особенно это касалось фруктов: бананы уже потемнели, а клубника, казалось, вот-вот испортится.
— Что сегодня за день такой? С чего это вы втроём ко мне заявились? В студии вся работа закончилась? — спросил Линь Мо, откидываясь на спинку дивана.
Раньше они часто ходили друг к другу в гости, но с тех пор, как он начал встречаться с Лю Жуянь, Сычуанька и Старина Ван стали сдерживаться и старались не приходить к нему домой.
К тому же, в последнее время у них в студии было много работы, так что теперь все собирались в основном там, а не у кого-то дома.
— Ну что за слова, мы же друзья! Разве нужен повод, чтобы с тобой выпить? — усмехнулся Сычуанька.
Линь Мо указал на Старину Вана, который как раз раскладывал закуски:
— Тебе повод не нужен, а вот ему — нужен. У него теперь девушка есть. В такое время он должен ворковать со Старостой за ужином, а не торчать у меня. Что-то тут нечисто!
— Ха-ха, тебя не проведёшь! Это Старина Ван к тебе по делу, — рассмеялся Сычуанька.
Услышав это, Линь Мо заинтересовался и посмотрел на Старину Вана.
Тот как раз ловко распаковывал принесённые закуски: завёрнутую в промасленную бумагу вяленую говядину, маринованные куриные лапки, утиные потроха, свиные уши, арахис и даже любимое блюдо старины Чжао — овощи с соусом, а для остроты — репчатый лук и чеснок.
— Ого, а закуска сегодня что надо! Чисто под выпивку! — удивлённо присвистнул Линь Мо.
Такой набор был не из простых. Любой алкаш пришёл бы в восторг, да и ему, хоть он и не был большим любителем выпить, захотелось пропустить стаканчик-другой.
— Хе-хе, ну… угощайтесь, угощайтесь, не стесняйтесь! — засуетился Старина Ван.
В следующую секунду к ним подскочила госпожа Юань, открыла бутылку пива и начала его хлестать.
Линь Мо и Сычуанька не стали отставать. Все пили прямо из бутылок, без стаканов.
Осушив одну, Линь Мо наконец спросил:
— Ну, выкладывайте, что стряслось? Не праздник, не день рождения, а ты с таким угощением. Кстати, а где Староста и Сяо Юэ? Позвали бы их тоже, вместе бы посидели!
При этих словах Старина Ван смутился и промямлил:
— Эт-то… Старина Мо, научи, а? Как обычно мирятся с девушкой, если она обиделась?
Линь Мо: «??»
— Постойте, вы что, со Старостой поссорились? Вы же только недавно начали встречаться!
— Нет-нет, не ссорились, — поспешно замахал руками Старина Ван.
Сидевший рядом Сычуанька усмехнулся:
— Да где ему смелости набраться, чтобы со Старостой ссориться? Он перед ней на цыпочках ходит.
— Просто в последние дни Старина Ван расслабился, начал много есть, лениться, забросил тренировки и набрал обратно килограммов пять. Староста ему несколько раз выговаривала, а сегодня днём он её вообще до слёз довёл.
Линь Мо:
— Брат, я тебе так скажу: похудеть — это для твоего же блага. Староста о тебе заботится. К тому же, если не тренироваться, тело ослабнет. Ты с таким трудом сбросил вес, а если сейчас распустишься, то рискуешь снова перевалить за сотню.
Старина Ван сбросил вес благодаря диете и упражнениям. Если сейчас он не будет себя контролировать, то набрать всё обратно — проще простого.
— Я знаю. Завтра же начну тренироваться и следить за питанием. Но Староста сейчас обижена, на звонки и сообщения не отвечает. В женское общежитие мне идти неловко, а Сяо Юэ говорит, что Староста там сидит и плачет, — понуро произнёс Старина Ван.
Линь Мо опешил:
— Погоди, твоя девушка плачет, а ты ко мне пришёл? Какая мне от этого польза? Это же не моя девушка рыдает! Тебе бы лучше пойти под окна женского общежития, взять мегафон и извиниться. Может, Староста постесняется позора и сама к тебе выйдет!
— Вот видишь! Я же говорила, что способ отличный! Даже Мо-цзы одобряет! — услышав это, госпожа Юань хлопнула по столу.
Старина Ван смущённо кашлянул:
— Кхм-кхм, а нет ли способа поделикатнее? Желательно, чтобы мы вдвоём, наедине всё решили.
— Ещё и выбирает! Постой, а с чего ты вообще решил, что у меня есть какие-то способы? — с любопытством спросил Линь Мо.
Сычуанька хмыкнул:
— Не притворяйся, Старина Мо. Из всех нас, кроме Старины Вана, только у тебя есть девушка. Если не ты дашь совет, то кто?
Старина Ван согласно закивал:
— Точно-точно! Старина Мо, как ты обычно миришься со своей девушкой? Есть какой-нибудь убойный приём? Такой, чтобы она сразу стала шёлковой?
От таких слов Линь Мо чуть не рассмеялся. Но вместо ответа Старине Вану он посмотрел на двух других гостей:
— Старина Ван — это понятно, он пришёл за советом. А вы двое что тут делаете? Неужели просто пришли поглазеть на представление?
— Почему это поглазеть? Мы пришли помочь брату в беде! — Сычуанька поднял бутылку пива.
Госпожа Юань кивнула:
— Именно! К тому же, если бы мы не пришли, Старине Вану и в голову бы не пришло к тебе обратиться!
С этими словами они чокнулись бутылками. Вся их солидарность была на дне.
Глядя на эту троицу — тугодума Старину Вана, прожорливую сплетницу госпожу Юань и уже почти не трапа Сычуаньку, — Линь Мо холодно фыркнул:
— Хех… блин, я вот одного не понимаю: почему вы трое, стоя вместе, до сих пор не исчезли?
Старина Ван:
— А? В смысле?
Сычуанька: →_→
— Он сказал, что мы три идиота, и если встанем в один ряд, то должны исчезнуть!
Услышав это, госпожа Юань выпучила глаза и хлопнула себя по ляжке:
— А-а-а, как в игре «три в ряд»!
Сычуанька:
— Сестрица Юань, разве это главное? Старина Мо нас сейчас оскорбляет, а вы это так просто проглотите?
Госпожа Юань:
— А я-то думала, что три однозвёздочных могут слиться в одного двухзвёздочного!
Все:
Обновлено: 21.01.2026