Будучи наследником Империи, Майкл был чрезвычайно умным: его с детства обучали сильнейшие мехи-одиночки империи. Честно ли в таком случае сражаться с Цяоцяо?
Имперский чиновник сказал:
— Я предлагаю это потому, что считаю, что студентка Линь достаточно сильна. Но если она не согласится, тогда давайте забудем об этом, — ни один мускул на его лице не дрогнул.
Цяоцяо была очень популярна в звёздной сети, и от этих слов создавалось впечатление, что Империя не нападает на неё, а скорее избегает сражения.
После того как Майкл узнал, что Цяоцяо — боец высшего уровня, его глаза загорелись и он тут же пылко произнёс:
— Давай сразимся!
Трижды проиграв Цяоцяо, Майкл не мог успокоиться. Люди ненадёжны, он не мог контролировать человеческий фактор, но, когда речь шла о бое один на один, Майкл был абсолютно уверен в себе, поэтому не мог дождаться начала реванша.
Лу Янь встал перед Цяоцяо:
— С каждым годом твои навыки, Майкл, становятся всё лучше и лучше. Неужели победа над тем, кто младше тебя на три года, принесёт тебе удовлетворение? Ты больше не можешь осмелиться соревноваться со мной?
Конечно, он знал, что Цяоцяо была сильна, но он также понимал, что она действительно редко использовала мехи вне сети. У неё ещё слишком мало опыта, она не умеет грамотно настраивать мех под себя, и последствия могут быть непоправимы. Даже если у неё были шансы на победу, Лу Янь не хотел, чтобы Цяоцяо участвовала в таком нечестном соревновании.
Имперский чиновник криво улыбнулся и сказал:
— Хорошо, если ученица Линь согласится, то противники смогут настроить свои мехи перед сражением. Вы согласны?
— Это будет проигрыш для нас, Цяоцяо, — Лу Янь категорически отказался.
Цяоцяо потянула его за рукав, высунулась из-за его спины и спросила:
— Что я получу за победу?
В её глазах Майкл был беспечным толстосумом. Если он собирался разбрасываться деньгами, как она могла такое пропустить? Цяоцяо не любила деньги — ей просто нравился сам процесс дружеского спарринга. Дружба на первом месте, а соперничество — на втором.
Майкл тут же оправдал ожидания Цяоцяо, сказав:
— Тебе нравятся аметисты? У меня есть ещё пятьдесят. Если выиграешь — забирай все.
Имперские чиновники рядом с ним засуетились, чувствуя, что их принц зашёл слишком далеко. Аметист — очень хороший материал. Что, если он потеряет его весь? Империя бы не хотела расставаться с ним вот так! Всё-таки Майкл был ребёнком. Он мог принимать решения в долгосрочной перспективе и брать на себя ответственность, но стоило ему увлечься, никто уже не мог его остановить.
Глаза Цяоцяо загорелись.
— Договорились! Я сражусь с тобой.
Лу Янь желал лишь одного: чтобы Цяоцяо приняла то решение, которое подсказывает ей сердце. Посмотрев на неё, он сразу понял, что здесь не было и намёка на давление. Её глаза сияли от радости. По какой-то причине он даже проникся симпатией к своей бывшей сопернице.
Когда выяснилось, что бой состоится, Цяоцяо и Рори занялись настройкой своих мехов.
Рори был настроен очень серьёзно. Он жаждал доказать, что имперские воины на самом деле очень сильны, а та ошибка была простой случайностью.
Что касается Цяоцяо, то она уже давно думала над тем, чтобы смастерить собственный мех. Она долго размышляла, как сделать его наиболее эффективным, и собирала материалы, но до сборки её руки так и не дошли. И сейчас, благодаря Майклу, она могла попробовать свои силы.
«Хотя этот принц немного грубоват, он хороший человек», — заключила Цяоцяо.
Она уже мысленно причислила его к «хорошим парням». Хорошо, что Майкл не знал об этом, иначе его психика была бы окончательно сломана.
Обновлено: 02.02.2026