Я был силён.

Настолько силён, что мог позволить себе проявлять сочувствие к другим.

И это было ошибкой.

Вон тот, что, вцепившись в меч, заливается слезами — тот, кому я отдал Священный клинок.

Вон тот, что с закрытыми глазами скрывается бегством — тот, кому я уступил Маннен Хасуо*.

И ещё бесчисленное множество таких же ничтожеств.

В результате моей нелепой жалости и милосердия к тем, кто не имел права на силу, человечество потерпело сокрушительное поражение.

Так что в этот раз…

всё будет моим.

Я был силён.

Настолько силён, что мог позволить себе проявлять сочувствие к другим.

И это было ошибкой.

Вон тот, что, вцепившись в меч, заливается слезами — тот, кому я отдал Священный клинок.

Вон тот, что с закрытыми глазами скрывается бегством — тот, кому я уступил Маннен Хасуо*.

И ещё бесчисленное множество таких же ничтожеств.

В результате моей нелепой жалости и милосердия к тем, кто не имел права на силу, человечество потерпело сокрушительное поражение.

Так что в этот раз…

всё будет моим.