Глава 5 — Глава 5

4. Отношения помолвки – Племя Айнар. Лена пулей вылетела из комнаты, где царил упорядоченный хаос: аккуратно сложенное белье соседствовало с точильными камнями для мечей, а кожаный доспех висел прямо на туалетном столике. — Ох, проспала! Хмель уже выветрился, и утренний воздух казался колким. Вчера Лена засиделась допоздна, потягивая пиво вместе с Лео. Благодаря отцу, который пребывал в приподнятом настроении после долгой охоты, ей удалось незаметно умыкнуть выпивку. Мать выгнала их, мол, «детям пора спать», но Лена подговорила Лео, и они вместе приговорили припрятанное спиртное. Впрочем, проспала она не из-за хмеля. Во всём был виноват Лео. Последние пару дней он сам не свой. Ходит мрачнее тучи, ничего не рассказывает, а мечом машет как-то странно. Нельзя сказать, что он стал хуже владеть оружием. В каждом ударе чувствовалась мощь и безупречный баланс – это был всё тот же Лео, но сами связки движений стали иными. Раньше он во всём походил на аджосси Ноэля: действовал методично, давил весом, не оставлял прорех в обороне и уверенно подавлял противника. Теперь же Лео стал запредельно агрессивным. Он двигался так, словно готов был подставить кость под удар, лишь бы снести врагу голову. Логика «умрем вместе» заставляла противника переходить в глухую защиту. На первый взгляд казалось, что его техника деградировала. Такая манера боя карала за любую ошибку – цена промаха была слишком высока. Благодаря природному чувству равновесия Лео удавалось сглаживать последствия промахов, и слабого противника он побеждал мгновенно. Но встреть он равного по силе врага – и накопленный урон быстро привел бы к поражению. Уже несколько дней их спарринги заканчивались именно так, а против отца, рыцаря, Лео не мог продержаться и одного размена. Аджосси Ноэль был вне себя от таких перемен, а вот отец Лены, Дехорман, вчера подшофе скрестив мечи с парнем, лишь расхохотался и заявил, что тот наконец-то стал похож на мужчину. Лена была с ним согласна. Лео менялся. И не только в бою, но и характером. Прежде мягкий и всегда безупречно вежливый, как истинный рыцарь, он стал резким и неразговорчивым. Вчера вечером Лена капризничала, требуя еще пива. Обычно Лео, хоть и выглядел при этом сконфуженным, никогда не отказывал ей. Добрый, вежливый, хоть и немного скучноватый рыцарь. Она любила и того Лео. Но вчера он просто бросил: «Хватит лакать, иди спи», – бесцеремонно схватил её за руку, швырнул на кровать и ушел. У Лены почему-то сладко защемило в груди, из-за чего она долго не могла уснуть, так что её опоздание было целиком и полностью на совести Лео. Вспоминая вчерашнего Лео, Лена, сама того не замечая, с улыбкой на лице бежала к деревенскому пустырю. Там вовсю кипела работа: охотники притащили добычу, и воины племени суетились вокруг туш. Как обычно, те, кто был на охоте, освобождались от разделки, так что за дело взялись остальные. Великие воины, разумеется, такой чернью не занимались. Уходя из дома, Лена видела, как отец с другими важными дядьками продолжают ночное возлияние. Воины племени Айнар формировали отряды во главе с великими воинами. Раньше это были боевые единицы, но после вхождения в состав королевства междоусобицы прекратились, и теперь отряды собирались только ради охоты. Заметив Лену, воины замахали руками. — О-о, Лена! Опаздываешь, а идешь не спеша. — Ну проспала, что теперь, убиться что ли? На самом деле Лена могла и не участвовать в разделке. Это была обязанность воинов, а в племени Айнар статус воина давали только после участия в настоящей охоте, где она еще ни разу не была. Но Лена твердо решила стать воительницей, поэтому всегда помогала остальным, набираясь опыта. Мужчины в племени её обожали. Дочь великого воина, имеющая кучу привилегий, добровольно вкалывает наравне со всеми – как такую не любить? Так что подколки насчет опоздания были лишь дружеской шуткой. Лена привычно отбривала остряков, пробираясь к месту, где работала молодежь. Разделка шла своим чередом: выпустить кровь, вынуть внутренности, отсечь голову, копыта и хвост, а затем снять шкуру. Потрохов уже не было – их съели сами охотники прямо в лесу. Это было исключительное право тех, кто загнал зверя. «Говорят, блюда из потрохов – это деликатес… Эх», – она облизнулась и взяла в руки тяжелый тесак. Молодым и неопытным вроде неё доверяли отсекать конечности и хвосты. Головы с туш на пустыре тоже были уже сняты. Самый важный этап – обескровливание – проводили сразу в лесу: тушу надрезали и подвешивали вниз головой на дерево, а в деревню на санях везли уже пустые «коробки». После того как хвосты и копыта были отрублены, туши нужно было ненадолго окунуть в горячую (но не кипящую!) воду – это облегчало снятие шкуры. Лена с товарищами, обливаясь потом, таскала тяжелые туши к чанам и обратно. — О? Лео! Ты чего здесь? Когда работа уже подходила к концу, появился Лео. Молодежь со своими обязанностями закончила, и Лена теперь присматривалась к более сложным процессам. Ветераны короткими ножами виртуозно снимали шкуры, а воины постарше делили мясо по сортам. Лео невесело усмехнулся: — Сбежал. Еще пара ударов от отца – и я труп. Стоило Лео встать рядом с Леной, как на него посыпались косые взгляды парней. Это была обычная мужская ревность, а не желание защитить «честь госпожи». И это понятно… Ведь в этом сценарии Лео и Лена были помолвлены. Когда Лео это осознал, он чуть не выпал в осадок. Создавалось впечатление, что игру специально делали непроходимой. Этот расклад был ничуть не лучше предыдущего. Та Лена из Демоса хотела стать жрицей, которой «нельзя замуж», а эту «уже обещанную» ему Лену нужно было как-то превратить в принцессу. Если он ничего не предпримет, то по графику женится на этой Лене Айнар и снова получит ту же бессмысленную концовку. «Это будет повторяться вечно, пока она не станет принцессой… Я не могу так жить! Мне нужно вернуться!» Он изо всех сил пытался воскресить в памяти образ Чхэха. Прошло всего несколько дней с начала сценария, а личность Минсо уже начала стираться. Если не концентрироваться на пределе сил, воспоминания о современном мире просто не всплывали. Казалось, еще пара таких циклов – и он окончательно «растворится». Чтобы не превратиться в тень, проживающую чужие обрывки жизней, он обязан был сделать Лену принцессой. «Буду вести себя с ней по-свински, чтобы она сама расторгла помолвку». Жаль её, но другого выхода нет. Хотя нет, сразу жестить нельзя. Нужно сохранять такие отношения, чтобы он мог влиять на неё и направлять. План вырисовывался такой: найти способ свести её с принцем, дождаться, пока они сблизятся, и только тогда рвать помолвку. Единственный вариант. Он искоса взглянул на Лену, увлеченно наблюдавшую за работой мясников. Видимо, под влиянием личности Лео Декстера, он чувствовал к этой девушке огромную симпатию. Лена была красавицей-мечницей с бойким языком, которой невероятно шла короткая стрижка. Видеть, как такая женщина вчера с нежностью и своей «железной» логикой – «ты какой-то странный, давай напьемся!», – приставала к нему, было выше всяких сил. Как можно бросить такую Лену? И ради чего? Чтобы выдать её за какого-то принца ради статуса принцессы! Тот псих, что создал эту игру, явно страдал социопатией вперемешку с шизофренией. Ему до боли захотелось сжать её ладонь. Лео пришлось буквально схватить свою правую руку левой, чтобы не потянуться к ней. Всё равно им суждено расстаться. Нечего и привыкать. Пока Лео терзался сомнениями, разделка закончилась. — Ну всё, народ! Я пошла со своим суженым! — …Тьфу на вас, никакой совести у людей, у которых есть пара. — У-у-у! Чтоб вы по дороге споткнулись! Лена, шутливо огрызаясь на воинов, прижалась к боку Лео. Тот лишь судорожно сглотнул. * * * Спустя несколько недель отряд Дехормана снова отправился на охоту. На этот раз Лена и Лео пошли с ними. Недавно, с наступлением нового года, они оба достигли совершеннолетия. Взрослым разрешалось участвовать в промысле, и Лена не упустила свой шанс. Лео, не будучи членом племени, права на охоту не имел, но как жених Лены и с личного позволения Дехормана был включен в отряд. Охотники поднялись в горы, разбили лагерь и разошлись группами. Лена, сначала полная энтузиазма, быстро сникла. Оказалось, что охота – это куда сложнее, чем она думала. Надув губы, она спросила: — Лео. Когда ты успел так натаскаться? Почему у тебя всё так ловко выходит? Для Лены, впервые вышедшей на промысел, всё было в новинку. А вот Лео, для которого это тоже формально был первый раз, работал наравне с опытными воинами. Охота – это ведь не только умение махать железкой. Навыки боя тут почти не роляли; куда важнее было знать местность, читать тропы, уметь ставить капканы и выслеживать зверя. Лена-то воображала, как она будет героически сражаться с огромным хищником, но до такого почти никогда не доходило. Если зверя не удавалось взять ловушкой или стрелой, и приходилось вступать в ближний бой, великий воин просто вел отряд, и они забивали добычу толпой. — Просто смотрю и повторяю за остальными, — Лео прикинулся простачком и пожал плечами. Сказался опыт, полученный от отца в прошлом сценарии. До мастерства того охотника ему было далеко, но базу он усвоил, а полученный после концовки бонус к навыку {Охота} заметно прибавил мастерства. Он уверенно вязал узлы и ставил силки в самых удачных местах. Один раз он даже первым заметил след зверя, чем немало удивил остальных. — Ха-ха-ха! Видал, какого я зятя выбрал? Ноэль в охоте ни в зуб ногой, а у сына глаз алмаз, — Дехорман довольно хохотал, и остальные воины перестали смотреть на Лео свысока. Лена из вредности старалась еще усерднее, но до настоящего мастерства ей было как до луны. Наблюдая за ней эти недели, Лео понял, что эта Лена порой бывала ужасно рассеянной. Она могла искать вещь, которая лежит прямо перед носом, или перепутать дни рождения друзей и подарить подарок не тому человеку. Вот и сейчас: она ставила капкан задом наперед. Видимо, решила поймать не зверя, а охотника. Лео, посмеиваясь про себя, втихую переставил ловушку как надо. Если туда кто-то попадется, она и не вспомнит, что поставила её криво, и будет прыгать от радости. На обратном пути Лео запустил ей снежком в затылок, о чем тут же пожалел. В снежки Лена играла просто виртуозно. Однажды утром, подкрепившись супом из потрохов, Лена и Лео отправились проверять силки. Лео уже настолько доверяли, что разрешали ему возглавлять двойку вместе с Леной. — О? Кажется, там внизу что-то есть! — Лена, стой! Не ходи туда, жди. Лена нашла следы. Крупные отпечатки вели вниз по склону. — Ух ты! Это я нашла. Давай спустимся и глянем? Лео осадил разгоряченную девушку. Следы, которые она нашла, не имели характерного скольжения, хотя вели круто вниз. Значит, зверь либо был очень легким для своего размера лап, либо это был крайне опасный хищник. Рисковать и спускаться наобум было чистым самоубийством, так что Лео решил доложить основным силам. И это было единственно верным решением. Тварь, которую они в итоге завалили всем отрядом, называлась «Ногухвахо», – гигантская лиса, скорее монстр, чем обычное животное. Для своих габаритов она двигалась невероятно стремительно, и по одним следам было невозможно понять её истинную мощь. Если бы они сунулись туда вдвоем – им бы пришел конец. Лео догадался, что это было своего рода {Событие}. Тогда он еще гадал, к чему бы это, но ответ пришел в конце зимы. Началась война.