19. Брат и сестра нищие – Оседлая жизнь.
Лео методично прочесывал окрестности рынка.
«Она не должна быть далеко».
Блуждая по подворотням, он искал Кассию. Ту самую женщину, что проявила бескорыстную доброту в прошлом сценарии. Ту, что даже не вздрогнула, увидев внешность Лены.
Когда сестра заболела, Кассия привела их в какую-то обувную лавку. Точного адреса Лео не знал – он был без сознания, когда его туда несли. Но в ту ночь, провожая Кассию взглядом, он успел приметить детали: запах прогорклого жира и кожи, железная стружка под ногами. Типичное пристанище мелких ремесленников.
Пришлось заглядывать в каждую щель. Лена послушно шла следом, не жалуясь, но поиски затягивались.
— Эй, вы чего это тут вдвоем ошиваетесь?
Нищие, которых они избегали на рынке, всё же выследили их. Лена испуганно спряталась за спину брата.
— В чем дело? — Лео специально завел преследователей в узкий тупик, планируя раз и навсегда отвадить их от себя.
Пятеро бродяг преградили путь.
— Мы вас на рынке приметили. Не наглейте. Не знаем, где вы там пригрелись, но нечего приходить спозаранку и забирать лучшее. Мы тут все делимся.
Заговорил пожилой нищий. Одно его плечо было странно вывернуто – видимо, застарелый перелом, который сросся как попало.
Тут же влез парень помоложе:
— Точно! Хватаете всё самое вкусное. А нам что, объедки доедать?
На вид он был ровесником Лео, такой же костлявый и низкорослый.
— Разве мы кому-то мешаем? Что нашли, то наше. И мы всегда уходим, как только вы появляетесь.
— Ты посмотри, как он огрызается! Вы ошиваетесь у самого рынка, пока мы из других районов тащимся. Думаете, мы любим поспать? Да я вас сейчас…
Молодой сорвался на крик, но старик примиряюще вскинул руку. Его жесты, несмотря на лохмотья, казались странно благородными.
— Погоди, не кипятись.
— Да чего там! Они нарушают правила.
— Какие ещё правила?
— Ты думаешь, мы просто так не селимся у рынка? — Старик прищурился. — Если мы все туда набьемся, нас палками вышвырнут из города. Есть места, где бродягам быть положено. А вы только о своих пузах печетесь, паршивцы.
— Тише-тише. Они тут новички, могли и ошибиться. Не пугай детей.
Нищий с кривым плечом явно верховодил в этой стае.
— Но парень прав. Если хочешь тут кормиться, надо считаться с другими. Одному-двоим трудно, а вместе – оно надежнее. Что скажешь?
Он угрожающе подался вперед. Слова звучали мягко, но взгляд обещал расправу в случае отказа.
Лео, которому эти крысиные бега были совершенно не интересны, ответил сухо:
— Спасибо, но нас это не интересует. Мы уходим из этого района.
— Уходите? Куда это?
— Ищем одну знакомую. Вы не знаете, где здесь такая лавка?
Лео вкратце описал место, где находилась мастерская Кассии. Один из нищих, стоявших позади, подал голос:
— Это не там, где старик Обер живет? Кожевенный ряд, кажется.
— Где это?
— Иди по главной улице до южных ворот, а там сворачивай вправо. Это единственное место, где воняет кожей и маслом одновременно. В других местах слишком чисто для таких, как мы.
— Спасибо. Тогда мы пойдем.
— Смотри у меня! Если соврал и я тебя снова на рынке увижу – шкуру спущу!
Молодой бродяга выпучил глаза, но Лео лишь усмехнулся. Даже в этом слабом теле он мог бы раскидать этих доходяг одной левой.
— Не увидишь.
Он мог бы преподать им урок, но решил не тратить время. Какой смысл бить нищих? Вдруг еще достижение «Десять нищих» выскочит… любопытно, конечно, но не при Лене. Да и жалко их – грызутся за каждую корку.
Лео зашагал прочь под ворчание бродяг.
* * *
Нищий не обманул. Это действительно был квартал ремесленников. В крохотных мастерских кипела работа, слышался стук молотков. Лавка Кассии обнаружилась в неприметном тупике.
Лео заглянул внутрь. Кассия сидела за столом с отсутствующим видом, словно сонная муха.
Странная женщина. Она была довольно привлекательна – по меркам этого мира даже молода, лет двадцати пяти. Опущенные уголки глаз, гладкие прямые волосы, тонкие брови и губы придавали ей какой-то печальный шарм.
«Что она тут делает? Ни шьет, ни продает».
Захолустная лавчонка. Обувь на полках покрылась толстым слоем пыли, казалось, покупатели не заходили сюда годами.
В этот момент Кассия, не оборачиваясь, махнула рукой.
— Заходите уже. Хватит там маячить.
— Простите за беспокойство.
Лена и Лео, обутые в разные ботинки, переступили порог. Кассия лениво окинула их взглядом.
— Какое там беспокойство… Купить чего пришли? Вид у вас такой, что обувь явно нужна, а вот денег, похоже, ни гроша.
Её голос был совершенно лишен эмоций.
— Сразу скажу: милостыню не подаю.
— Простите, но не могли бы вы приютить нас на пару дней? Мы заплатим.
Лео выложил на стол остатки своего «капитала».
Серебро негромко звякнуло, но лицо Кассии осталось непроницаемым.
— Не знаю, где вы это стянули, но мне это ни к чему.
Она даже не убрала руку от подбородка, другой лениво выстраивая из монет башенку.
— И нянчиться с детьми я не нанималась.
Лео немного замялся.
— Т-тогда… можно хотя бы воды, чтобы сестра умылась?
— Сестра, значит? Вся в какой-то саже. Вода там, полотенце рядом. Одну медяшку заберу. И чтобы после вас было чисто.
Кассия указала на ведро – оно стояло на том же месте, что и в прошлом сценарии. Лео принялся отмывать лицо сестры, и вскоре под слоем грязи проступила фарфоровая кожа и нежные черты.
Вода капала на пол, летела на ботинки, но Кассия даже не поморщилась, пристально разглядывая Лену.
Лео предпринял еще одну попытку:
— Пожалуйста… нам очень нужно место. Моя сестра… с такой внешностью нам опасно на улице.
Только тогда Кассия наконец выпрямилась.
— Хм-м… А девчушка-то красавица. Разговаривать умеешь?
— …Да, — тихо ответила Лена.
— Скромница. Красивая и, кажется, послушная.
Женщина снова подперла голову рукой и склонила её набок, глядя на Лео.
— Значит, хочешь оставить её здесь, потому что таскать с собой тяжело?
Лена резко обернулась к брату. На её лице застыл ужас – она решила, что её бросают. Лео твердо покачал голвой.
— Нет! Нам просто опасно жить на улице. Лена, я тебя не брошу. Мне нужно найти работу, а для этого нужно привести себя в порядок.
Он обнял едва не расплакавшуюся сестру и взмолился:
— Мне бы только место, где поспать и помыться. Позвольте хотя бы Лене остаться здесь.
— Это еще зачем?
— …Помогите нам. Прошу вас.
— Помочь? Помощь, значит… М-да.
Кассия задумчиво накрутила прядь волос на палец.
— Ладно. Все равно кровать пустует.
— Спасибо! Мы этого не забудем.
— Но это я забираю. Буду брать по одной, так что копите дальше.
Она смахнула одну серебряную монету в жестяную банку и поднялась.
— Еда в том ларе, берите сколько влезет. Воду привозит водовоз по утрам, так что не экономьте. Что еще… Ах да, кровать внутри – ваша. Я всё равно привыкла спать здесь.
За прилавком стояла узкая тахта. Именно на ней Лео когда-то пришел в себя. Судя по разбросанному одеялу, хозяйка действительно спала прямо в лавке. Видимо, покупателей здесь и впрямь не ждали.
Кассия кратко показала им нехитрый быт и снова уселась за стол. Появление жильцов ничуть не изменило её заторможенного поведения.
— Ка… то есть, госпожа. Спасибо вам. А как нам к вам обращаться?
— Что?
— Как ваше имя?
— Кассия. Просто Кассия.
— Госпожа Кассия, спасибо.
— Фу! — Она скривилась, впервые проявив живую эмоцию. — Не называй меня так. Просто Кассия.
— Хорошо. Кассия, спасибо.
— Угу.
— Я Лео, а это моя сестра Лена.
— Ясно.
— …
Да, она определенно со странностями. Кассия снова уставилась в окно, за которым была лишь глухая кирпичная стена соседнего здания.
* * *
— Лена, давай мыться.
Лео затащил ведро в комнату. Обернувшись, он так и замер: Лена уже вовсю стягивала с себя лохмотья.
Несмотря на худобу, её фигура уже начала… стоп! О чем он думает? Почему она раздевается прямо при нем?!
— Лена! Ты чего творишь?
Лео в панике отвернулся.
— А что? Ой!
Сестра аккуратно сложила грязную одежду на пол.
— Нет, я не об этом…
— А о чем?
— …Я выйду. Мойся.
…??
Он пулей выскочил за дверь. Видимо, они так долго жили на улице, что всякая стыдливость стерлась – в грязи и холоде не до приличий.
«Надо срочно её чему-то учить. Интересно, учителя объясняют такие вещи?»
Лене сейчас был нужен не столько учитель, сколько родители. Он покосился на Кассию… нет, эта особа сама как ребенок, на нее полагаться нельзя.
— Братик, я всё.
Войдя, он увидел, что Лена только собирается поднять одежду с пола. Лео от неловкости прикрыл глаза ладонью.
— Лена.
— Да? Теперь ты мойся.
— Послушай, впредь не раздевайся так при мне.
— Почему?
— Показывать свое тело другим – это стыдно.
— Но ты же не «другой», ты брат.
— И всё равно. Теперь у нас есть комната, так что переодевайся и мойся только когда никого нет. Поняла?
— Поняла.
— …А теперь выйди, мне тоже надо помыться.
— …Ну ладно.
Лена, надувшись, вышла. Лео гадал, сколько же времени они провели в таком диком состоянии. Он как-то спрашивал её о возрасте – через год ей исполнится восемнадцать. Удивительно, она была всего на год младше Лены из прошлого сценария. Разница в условиях жизни была просто колоссальной.
Закончив с водными процедурами, Лео вышел в лавку. Весь остаток дня он провел в поисках работы, оставив сестру под присмотром Кассии, но удача ему не улыбнулась.
Этот Лео лицом походил на своих предшественников, но был куда привлекательнее. Видимо, гены. Высокий, прямой нос, густые брови и копна волос придавали ему мужественности, а мягкий овал лица и ямочки на щеках располагали к себе.
Но толку от красоты было мало: ни мышц, ни навыков ремесла. С такой внешностью его бы с радостью взяли зазывалой в кабак за гроши, но на это не купишь образование для сестры. Торговаться с купцами тоже не выходило – те считали, что еды и крыши над головой для такого оборвыша более чем достаточно.
Чтобы нанять учителя, нужны были настоящие деньги. Даже если его целью был просто «хэппи-энд», он не мог позволить Лене прозябать в этой пыльной лавке годами. Если дать ей воспитание, её можно будет выдать замуж за сына какого-нибудь богатея или мелкого дворянина. С её красотой это будет проще простого – любой влюбится с первого взгляда.
Лео почувствовал облегчение. Нужно просто заработать денег. Не нужно спасать мир или воевать. Когда планка требований падает, жить становится намного легче.
«Но как их заработать?»
Вот в чем вопрос. Тело было совершенно бесполезным в плане труда. В «Друге детства» он был мастером на все руки, а здесь ремесленники выгоняли его через пять минут, увидев его неуклюжесть. Руки-крюки.
Единственное, что он умел – {Охота} и {Меч}. Но в окрестностях Орвиля не было лесов, так что охота отпадала.
«В наемники тоже нельзя».
Даже в таком юном теле он мог бы пройти отбор благодаря навыку фехтования. В дуэли один на один он был уверен в себе – техника позволяла найти брешь в защите любого здоровяка. Один точный укол – и враг труп.
Но наемники уходят с караванами на недели и месяцы. Он не мог оставить Лену одну. Охрана поместий? Туда брали только людей с безупречной репутацией и поручителями. У нищего без роду и племени шансов не было.
«Неужели остается только это?»
Выбор сузился до одного-единственного варианта.
Обновлено: 23.01.2026