15. Отношения помолвки – два отца.
— Кха-а-а! Дзынь! Кха-а!
Лиса была настолько огромной, что вряд ли поместилась бы в доме. Её мех был белее снега, устилающего землю.
Ногухвахо, ступая по насту с нереальной легкостью, подкрадывалась к заманчивой добыче, когда ловушка захлопнулась.
Гигантский зверь задергался, пытаясь освободиться. В тот же миг голос Дехорманна громом раскатился по ущелью:
— Огонь! Бросайте всё, что есть! Живо!
С этим криком охотники вышли из засады.
В своей первой охоте Лена, как и прежде, обнаружила следы Ногухвахо, а Лео без промедления доложил об этом отряду. Увидев отпечатки лап, Дехорманн свернул все остальные дела и созвал всех людей.
Под его началом ущелье утыкали капканами и ловушками, выманив тварь на сочные куски мяса.
Огненная лиса подошла, не чуя подвоха, и угодила в западню. Семьдесят воинов, занявших позиции на склонах, обрушили на неё град стрел и топоров.
В прошлый раз Лео казалось, что Дехорманн излишне осторожничает.
Теперь он так не думал.
Этого монстра и такой подготовки было мало. Без Дехорманна им бы ни за что не справиться.
— Гья-а-а-а!
Ногухвахо мощно встряхнулась.
Её белоснежная шерсть взметнулась, отбивая стрелы и топоры. Некоторые вонзились в плоть, но лиса, казалось, даже не заметила боли.
Она замерла, оценивая обстановку.
Словно поняв, что мясо было приманкой, а железо на лапах – капканом, она оскалилась и принялась считать охотников.
Вдруг она издала лающий звук, похожий на издевательский хохот, и резко прыгнула.
Цепи ловушек лопнули как нитки. Ногухвахо взвилась высоко в воздух и, широко разинув пасть, камнем рухнула вниз.
Воины, на которых она метила, бросились врассыпку, рискуя сорваться с крутого склона.
— Рассредоточиться! Эта тварь хитра как истинная лиса! Бейте издали, мечите всё, что под руку попадется! Эту суку я беру на себя!
Дехорманн вскинул свой чудовищный топор.
Лео еще не встречал человека сильнее его.
Лезвие его двустороннего топора было размером с добрую дверь. Дехорманн и сам был великаном, но такая мощь явно выходила за рамки человеческой.
— У-у-у-а-а-ах!!
Его рев заставил Ногухвахо обернуться. Лиса с любопытством уставилась на него, и началась битва не на жизнь, а на смерть.
Зверь орудовал когтями и челюстями с невероятной скоростью. Дехорманн раз за разом отбивал атаки, вращая топор словно лопасти мельницы. Лиса, инстинктивно чуя угрозу от этого железа, не спешила идти напролом.
Охотники кружили вокруг, жаля тварь стрелами и копьями. Стоило лисе в ярости дернуться в сторону, как Дехорманн тут же врубался в неё, заставляя переключить внимание на себя.
Белая шерсть медленно пропитывалась кровью.
— Тяф! Тяф!
Почуяв беду, лиса заскулила. Когда она попыталась улизнуть, какая-то «жирная обезьяна» полоснула её по задней ноге, а вокруг кишели «обезьяны» поменьше.
Она недооценила этих существ.
Обычно ей хватало одного прыжка, чтобы проглотить любого из них, но сейчас…
Глаза Ногухвахо вспыхнули синим пламенем.
— Да! Давай! Ха-ха-ха! Тебе конец!
Дехорманн захохотал – он уже видел финал. Он не раз валил подобных масу. И все они в конце делали одно и то же.
В последний миг они ставят всё на свою самую сильную, привычную атаку.
А значит, эта лиса – прыгнет.
Глядя в глаза разъяренной твари, он отвел топор назад. Она обязательно прыгнет. О защите можно было не думать.
Дехорманн замер в позе для сокрушительного восходящего удара.
И Ногухвахо взлетела.
Огромная белая тень взмыла в небо и рухнула молнией, но Дехорманн встретил её ударом, рассекающим небеса.
— Хрясь!
Звук был такой, будто рухнула скала. Брызнула кровь.
Воины на мгновение затаили дыхание, но тут же ущелье взорвалось торжествующим: «Ха-ха-ха-ха!»
Все закричали от радости. Лена прыгала выше всех, вопя, что её отец – лучший в мире.
Великий воин племени Айнар снова совершил подвиг, о котором будут слагать легенды, а охотники стали его свидетелями.
Тем вечером в ущелье у костров делили скудные запасы выпивки и пировали, поедая лисье мясо.
Среди всеобщего веселья лишь Лео оставался мрачнее тучи.
* * *
С концом зимы, как по часам, пришла война. Всё шло по накатанной: ворчание Дехорманна, Лена, ставшая полноправным воином после охоты и рвущаяся в бой…
— Я тоже хочу пойти.
— …Иди.
Единственным отличием стало то, что Ноэль Декстер разрешил сыну участвовать.
Сидя в кресле-качалке, Ноэль с тяжелым сердцем перелистывал страницы, усадил сына рядом и дал ему несколько напутствий.
Казалось, он заранее знал, что сын последует за невестой, и приготовил целую лекцию.
Он объяснял, как движутся войска, какую роль играет каждое подразделение. Давал четкие инструкции, что делать в критической ситуации и как правильно обращаться к командованию.
Было видно, что он долго размышлял, как Лео и Лене вернуться домой живыми.
Советы отца затянулись на весь день, и прервала их только Лена, пришедшая узнать, почему никто не идет обедать.
На следующий день Лео вместе с отцом отправился во внутреннюю крепость, чтобы подать прошение.
Рыцари и солдаты, несшие службу, вытягивались в струнку и отдавали Ноэлю честь. Отец каждый раз притормаживал, перекидываясь с ними парой фраз.
Отношение рыцарей к отцу было странным.
Действующие офицеры явно робели перед отставником. В их подчеркнуто вежливых словах сквозила смесь безграничного уважения и затаенного страха.
Ноэль Декстер лишь горько усмехался и желал удачи тем, кто уходил на фронт.
На обратном пути Лео не выдержал:
— Отец, а вы сами не хотите на войну?
Любой рыцарь жаждал славы на поле боя, но отец был совершенно равнодушен.
Лео видел – он всё еще невероятно силен.
Он был не так стар, чтобы бросать службу, и причины его отставки оставались загадкой.
Ноэль покачал головой.
— …С меня хватит смертей. Если бы на нас напали, я бы первый взял меч. Но помогать в захватнической войне… нет, уволь.
Ноэль Декстер знал о войне всё.
Лет пятнадцать назад королевства Астин и Астер были единым государством.
Второй сын из древнего рыцарского рода, Ноэль родился в столице, обнаружил в себе дар к мечу и рано стал рыцарем.
Говорили, он был самым юным рыцарем своего времени – талант его был неоспорим.
Но в те годы внезапно скончался молодой король, едва взойдя на престол. Его нашли мертвым ночью в тронном зале: ни ран, ни следов яда.
Королевство забурлило. Пытки, допросы, теории заговора – убийцу так и не нашли.
Смерть монарха открыла ящик Пандоры.
У молодого короля не было наследников. Вообще.
К счастью, у покойного короля остались братья. К несчастью – их было двое.
Два дяди, когда-то уступившие трон старшему брату, теперь схватились за власть мертвой хваткой.
Это была битва не юнцов, а тертых политиков со своими армиями. Один твердил о праве старшинства, другой – о преимуществе молодости.
Этот жадный конфликт прикрыли благородной маской мести за племянника. Советники с обеих сторон строчили доносы один краше другого.
То нашептывали про дочь какого-то графа, которая якобы навела порчу через наложницу… то про гвардейца, замеченного ночью не на своем посту.
Каждый объявил другого детоубийцей и начал собирать войска.
Раскололись не только дворяне.
Рыцарские ордена, обязанные хранить нейтралитет, тоже пошли по швам.
Ноэль Декстер, служивший в 1-м рыцарском ордене, тоже был вынужден выбирать. Фактов не было, лишь слухи и собственная интуиция.
Он сделал свой выбор и молчал о нем до самого конца.
Накал страстей вылился в гражданскую войну.
Та самая Девятидневная война.
Название обманчиво: оно лишь про те девять дней в столице, когда в тенях шла резня, прежде чем армии вышли в поле.
И в той резне не было победителей.
Девятидневная война осталась в истории как самая кровавая и бессмысленная.
Война, где не было фронта.
В отличие от обычных войн, здесь враг мог сидеть за твоим столом. Подкупы, шантаж, предательства.
Рыцарские ордена, вместо того чтобы тушить пожар, стали его главным топливом. Маги Севера сбежали в свои башни, а те, кто остался, лишь множили хаос.
Тогда на Севере никто не доверял даже тени.
Дворяне улыбались союзникам, держа руку на кинжале. Рыцари убивали, скрывая лица и гербы. Горные племена просто вырезали любого чужака без разбору.
Эта междоусобица длилась три года.
Поля на замерзшей земле выгорали дотла. Бедняков убивали за то, что у них нет денег, богатых – за то, что они есть.
А закончилось всё пшиком.
Оба дяди были убиты собственными сыновьями в одну ночь. Потеряв лидеров и смысл, стороны просто остановились.
Новые вожди, кузены, объявили себя королями и поделили земли.
Так королевский дом Клаус перестал быть единым, и на карте появились королевство Астин и королевство Астер.
Ноэль, сражавшийся за Астин, выжил.
За сотни отнятых жизней он получил фамилию Декстер, груду золота и пожизненную пенсию.
Он покинул столицу – место своей славы – и уехал на родину жены, в замок Эйприл.
Там он засел за книги.
Спустя годы он понял: никто тогда не знал правды. Все просто убивали тех, кто думал иначе, искренне веря в свою правоту.
Высшая степень глупости.
Война вызывала у него тошноту.
Лео молча шел за поникшим отцом.
Ноэль скрылся в кабинете, а Лео бегом бросился на их привычный пустырь.
Лена уже разминалась.
— Лена, я с тобой.
— Сидел бы дома, чего потащился?
— Тебе что, не нравится?
— Ага. Терпеть тебя не могу.
Но губы её расплылись в широкой улыбке.
— Если ты там помрешь, я же вдовой останусь, не успев замуж выйти.
Лео расхохотался, ловя брошенный ею тренировочный меч.
— Лучше ты постарайся, чтобы я бобылем не остался.
— О как! То есть если я умру, ты больше не женишься?
— Будет зависеть от того, как ты себя вести будешь.
Они весело переругивались, беря мечи наизготовку.
У Лео на душе стало легче.
Раз войны не избежать, план минимум – вернуться живыми. Он больше не позволит ей умереть в одиночестве. Пока этого достаточно.
Мысли о том, как сделать её принцессой или как расторгнуть помолвку, он пока отбросил.
Это подождет.
Лена вызывающе качнула острием, и Лео бросился в атаку.
С неба больше не падал снег.
Обновлено: 23.01.2026