— БАМ!
Дверь с грохотом распахнулась, разбудив крепко спавшего Ли Ванняня.
Он открыл глаза, увидел высоко висящее в небе солнце и тут же понял, что уже полдень.
Прошлой ночью ему всё же не удалось сотворить чудо.
Даже с помощью отца он сумел переписать... то есть, сделать лишь две трети домашнего задания на каникулы.
Эх, стар стал...
Хотя нет, по-другому... мал стал...
Тоже как-то не то звучит.
Не успел Ли Ваннянь додумать эту мысль, как почувствовал холодок — с него резко сдёрнули одеяло.
— Всё ещё спишь? Ты на часы-то смотрел? Быстро вставай и неси отцу обед! Даже твоя сестра расторопнее!
Его мать, Хуан Цзяли, стояла над ним в фартуке, сердито сверкая глазами.
— Мам, не злись так, а то климакс раньше времени начнётся! — сказал Ли Ваннянь, сладко потягиваясь в кровати.
— Катись отсюда!
Хотя Хуан Цзяли и не поняла, что такое «климакс», но, видя ленивый вид сына, она всё же в сердцах швырнула одеяло на кровать и вышла из спальни.
***
Спустя некоторое время Ли Ваннянь, зевая, вышел из спальни в гостиную. Там его сестра, Ли ВаньЮэ, повторяла танцевальные движения за ведущей телепередачи.
Эта его сестрёнка с детства не любила учиться и только и мечтала о том, чтобы стать большой звездой!
Но, надо признать, талант у неё был. Просто глядя в телевизор, она умудрялась танцевать на удивление складно.
Умывшись, Ли Ваннянь как раз успел к обеду.
Сегодня на обед был боцзайфань. Прозрачные рисинки, золотистые ломтики свинины чар сиу — всё это пробуждало аппетит.
Мама готовила отменно. Хотя Ли Ваннянь в прошлой жизни и привык к северной кухне, за два месяца в этом мире мамино мастерство его покорило.
После обеда Ли Ваннянь, как и в другие дни каникул, закинул за спину рюкзак, взял заранее приготовленный матерью ланч-бокс и отправился к отцу.
Завтра уже в школу, так что обед отцу придётся носить маме.
Улица Дандас уже кипела людьми. Разношёрстная толпа, проносившаяся мимо, создавала у Ли Ванняня странное ощущение, будто он стал свидетелем ожившей истории.
Но стоило свернуть в район Яу Ма Тей, как картина резко менялась. По сравнению с относительно благополучной улицей Дандас, здесь всё было иначе.
С одной стороны — высотки, с другой — ветхие, разваливающиеся дома. Словно два мира: с одной стороны — рай, с другой — ад.
***
Сегодня дядя Хэ не лежал у входа, греясь на солнце. У ворот вообще никого не было.
Ли Ваннянь вошёл прямо в цех и увидел, что машины, в отличие от вчерашнего дня, не гудели. Опять остановились?
Не успел он подняться, как со второго этажа донеслись голоса отца и дяди Хэ.
— Старина Хэ, ты же говорил, что эта манга очень хороша! Почему же она не продаётся? Мне тут несколько старых приятелей сообщили, что за всё утро продали всего с десяток экземпляров!
— С мангой всё в порядке. Думаю, дело в том, что о ней просто никто не знает! Ты не торопись, это ведь только первый день. Надо подождать, и продажи пойдут!
— Да где у меня это время? Ты же знаешь, в каком состоянии сейчас фабрика... Эх, не знаю, будет ли толк от рекламы...
Этот разговор заставил Ли Ванняня нахмуриться. Конечно, не могло всё пройти так гладко.
— Что случилось?
Дождавшись, когда наверху воцарится тишина, Ли Ваннянь поднялся на второй этаж.
Там он застал Ли Чунцзюня и дядю Хэ, сидевших с удручёнными лицами.
— А, сынок, пришёл? — Ли Чунцзюнь выдавил из себя слабую улыбку.
— Манга плохо продаётся? — Ли Ваннянь не стал ходить вокруг да около и спросил прямо.
— Сынок, это не твоя вина. Ты нарисовал очень хорошо, это читатели ничего не понимают! — поспешил успокоить его Ли Чунцзюнь, боясь задеть его энтузиазм.
— Нет, отец. Это не моя проблема и не проблема читателей. Это твоя проблема!
— Точно, это я... хм, моя проблема? — Ли Чунцзюнь не сразу уловил мысль.
— Отец, я тебя спрошу, ты напечатал мангу и куда её отправил?
Хотя Ли Ваннянь и поставил ланч-бокс на стол, Ли Чунцзюнь сейчас был совсем не в настроении есть.
— Конечно, в газетные киоски и книжные лавки!
— А как ты думаешь, отец, кто целевая аудитория моей манги?
— Целевая... что?
— То есть, кому понравится моя манга?
— Конечно...
Ли Чунцзюнь остро почувствовал, к чему клонит сын, но из-за косноязычия не смог подобрать нужных слов.
— Дети? — подсказал со стороны дядя Хэ.
— Не совсем. Моя манга рассчитана на подростков от десяти до шестнадцати лет. Разве они пойдут за мангой в газетный киоск? Какие комиксы ты раньше продавал через свои каналы? Всякие «Городские красавицы», которые уже по названию не для детей. Их читают взрослые!
— А ведь верно! — слова Ли Ванняня словно открыли Ли Чунцзюню глаза. Он хлопнул себя по ляжке, но тут же опомнился: — Постой, а откуда ты знаешь, что «Городская красавица» — не для детей?
— Кхм-кхм... Отец, это сейчас не главное. Главное, что мы нашли проблему, а значит, нужно подобрать правильное лечение!
Увидев смущённое лицо сына, Ли Чунцзюнь бросил на него понимающий взгляд и больше ничего не сказал.
По сравнению с большинством отцов-консерваторов той эпохи, Ли Чунцзюнь был на удивление современным и не придавал таким вещам особого значения.
Подумаешь, мальчишка посмотрел на такое. Всё равно рано или поздно узнает!
— И какое же лечение ты предлагаешь? — снова подал голос дядя Хэ, идеально исполняя роль второго плана.
— Нам нужно договориться с небольшими магазинчиками и лавками возле школ! А затем устроить акцию: каждый школьник, который приведёт на автограф-сессию пятерых одноклассников, получит один экземпляр манги бесплатно...
— Погоди, погоди. Бесплатно раздавать? — услышав не про продажу, а про раздачу, Ли Чунцзюнь тут же перебил сына.
— Именно!
— Твой отец не меценат, у меня нет столько денег на подарки!
— Отец, дослушай. Двадцать бесплатных экземпляров на одну школу. Если мы охватим чуть больше сотни школ, то получится всего около двух тысяч штук. Во сколько тебе это обойдётся?
— Ну, это и вправду недорого. Всего несколько сотен долларов.
В стоимости манги сырьё и печать составляли лишь малую часть. Основные расходы уходили на гонорары, редактуру, управление и рекламу.
В конце концов, главным конкурентным преимуществом манги всегда было качество самого произведения.
— Вот именно! Мы потратим всего несколько сотен, но зато множество учеников из более чем ста школ Гонконга узнают о существовании этой манги. А если им понравится первая книга, разве они не захотят купить вторую?
— Ты хочешь сказать, первый том — в убыток ради рекламы, а на втором уже зарабатывать? — дядя Хэ тоже понял замысел Ли Ванняня.
— Совершенно верно! Как только появится известность, я уверен, многие полюбят моего «Бога Смерти»!
Говоря это, Ли Ваннянь был полон уверенности.
Ещё бы! Ведь это была одна из трёх великих манг своего времени, громкое имя в истории всей индустрии. А его эстетичный дизайн персонажей по сравнению с комиксами той эпохи был просто подавляющим превосходством — ударом из другого измерения!
— Однако, есть ещё одна проблема. Как ты собираешься проконтролировать, чтобы владельцы этих лавочек не подделывали подписи? — задал Ли Чунцзюнь убийственно точный вопрос.
Обновлено: 21.01.2026