Глава 4 — Лао Чжан и А-Ся

Гунъянь холодно фыркнул. – Чэнсян, а ваша подвеска? Едва я успела обрадоваться, как вспомнила, что бесцеремонно вломившись сюда, разбила нефритовую подвеску чэнсяна. Мне конец, точно конец. Это же старинная вещь, она должна стоить целое состояние. С другой стороны, понемногу приходила уверенность, что это действительно «путешествие во времени». В кавычках, потому что мои мысли смешались, и я уже сама не понимала, где нахожусь и что реально. Слуги подобрали осколки подвески и отдали Гунъяню. Держа их в руке, он опять холодно взглянул на меня. – Скажи, что же следует сделать? – Я заплачу… А, забудь, мне нечем, – окончательно приуныла я. В моей сумочке лежало несколько сотен юаней и телефон, но я понятия не имела, где она теперь. И всё равно тут нет Alipay… – Пока оставим это, – сказал чэнсян, скользнув по мне взглядом и воздев руку. – В качестве наказания уберёшь снег во дворе. Лао Чжан, найди ей место. Из толпы вышел молодой человек, поименованный лао Чжаном, и почтительно произнёс: – Слушаюсь. – Он крепко схватил меня за руку и потянул прочь. – Иди за мной. – Только посмотри на свою одежду. – Меня облил его невероятно презрительный взгляд. –Тебе сегодня очень повезло. Если бы кто-то другой появился тут и заявил, что хочет убить чэнсяна, он уже был бы мёртв. – Не верю, – покачала головой я. – По-моему, чэнсян добрый человек. – Наш чэнсян очень добрый, а вот ты – нет. Тебя может простить он, но не я. – Лао Чжан явно намеревался открутить мне руку. – Ай! – Я остановилась. – Молодой человек, вы ведёте себя грубо… Никаких манер. – С простолюдинами манеры ни к чему, – резко ответил лао Чжан. – Я же сказал, что вижу скрытые намерения, не заставляй повторять. Не надо. Его слова пугали. – Не злись, брат Чжан, – ответила я с улыбкой, надеясь, что на приятного человека рука не поднимется. Хотя бы временно. Лао Чжан отвёл меня в крохотную комнатку. – Будешь жить здесь. – И позвал: – А-Ся! Дверь скрипнула, открываясь. – Да, господин Чжан, – тихий голос вызывал сочувствие. На человека в дверях лёг лунный свет. Это была девушка примерно моего возраста, с маленькими глазками, бледной кожей и кое-как заколотым узлом волос. Она выглядела сонной, только что разбуженной. – Устрой её, она поживёт у тебя. Есть чистая одежда? Дай ей переодеться. Сегодня уже поздно, завтра разберёмся с остальным, – коротко сообщил лао Чжан девушке по имени А-Ся. Она ответила «ага», а когда он ушёл, вежливо поклонилась и пригласила меня: – Входи, сестрица, присаживайся. Подожди немного, я дам одежду. О, как мило. Она мне нравилась. – Мою одежду посчитали странной, а что скажешь ты? – спросила я, осматривая комнатку. – Если с сестрицей нас свела судьба, так какое мне дело до странностей? По-моему, ничего странного, просто необычно, – мило, и даже весело, улыбнулась А-Ся. А потом добавила: – Быстрее переодевайся, сестрица, зимние ночи холодны, можно простыть. Она заботливо протянула сложенную одежду. Я не сдержала улыбки, глядя на неё – красавицы древности были очень хороши. Хех… – Сестрица? – она смотрела на меня удивлённо. – А… да, хорошо. – Я взяла одежду: тёмно-красную цюйцзюй со складками на юбке, с простой вышивкой из мелких цветов на манжетах – простая и безыскусная, очень похожая на одежду, какую я рассматривала в музеях Чанши и Цзинчжоу, восхищаясь узором. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь мне в руки попадёт такая же, и я даже смогу надеть её на себя? Конечно, мечты прекрасны, но вот когда их достигаешь, оказывается… что надеть такую одежду не получается. Заметив затруднения, А-Ся поспешила ко мне. – Я помогу. Ловкими руками она быстро меня одела и, взяв бронзовое зеркало, поднесла его мне. В тусклом свете я наконец увидела себя в цюйцзюй и от радости немного повертелась. – Очень красиво, – похвалила я. – Хорошо, что старшей сестрице нравится, – скромно улыбнулась А-Ся. – Я так одеваюсь впервые, – вздохнула я. – Теперь будешь так одеваться каждый день, – рассмеялась А-Ся. – Почему ты зовёшь меня старшей сестрицей? Вдруг ты старше? – пошутила я. – Сколько тебе лет? При этом вопросе её настроение вдруг изменилось. А-Ся положила бронзовое зеркальце обратно и как будто слегка расстроилась. – Не обращай внимания, не отвечай, если не хочешь, – поспешно сказала я, увидев её лицо. – Прошу прощения, я знаю, что в прошлом возраст был секретом, – Ничего страшного. В этом году мне… двадцать шесть. – А-Ся произнесла это как-то неуверенно. – Ага, ты и впрямь старше меня! – радостно сказала я. – Мне двадцать пять. Это я должна звать тебя старшей сестрицей. Казалось, А-Ся на миг потеряла дар речи и только остолбенело смотрела на меня. – У тебя есть парень? – спросила я. – Что? – А, ну… хм, ты замужем? – Вопрос был перефразирован. Как-никак к своему возрасту в древности я уже обзавелась бы несколькими детьми, а А-Ся была ещё и старше на год. – Нет, – покачала головой А-Ся. Кажется, при этих словах она побледнела. – Я дочь преступного подданного… – пробормотала она совсем тихо. – И не могу ничего ожидать. – О, да ничего страшного. – Я не стала задумываться над её словами и постаралась утешить. – Держись увереннее. Уверенные в себе девушки очень привлекательны. Если беспокоишься из-за этих пустяков, то не стоит! Там, где я жила, люди твоего возраста стремятся самореализоваться и радуются жизни. Стоит ли выходить замуж? Нет уж. У нас там много одиноких людей – и мужчин, и женщин. Ничего не поделаешь, в личных отношениях много разногласий. Зачем жениться, только чтобы развестись? Лучше уж загибаться в одиночку. Я улеглась, закинула руки за голову и вспомнила, что нахожусь далеко от современности. Без притворной вежливости и уступчивости ощущалась небывалая лёгкость. – Загибаться? – смотрела на меня А-Ся. – Что значит, «загибаться»? ------------ Alipay – электронная платёжная система Китая.Лао – вежливое обращение. Цюйцзюй – традиционный костюм династий Цинь и Хань. Плотно охватывает фигуру, юбка обычно имеет форму трубы и не позволяет широко шагать.