Глава 46 — Глава 47

«И познание, и осознание неоднозначны. Реальность одного может быть иллюзией другого». — Итачи Учиха. Дни Итачи в роли синигами текли неспешно и по большей части однообразно. Не испытывая нужды ни в еде, ни во сне, и подолгу оставаясь без поручений, боги смерти часто томились от скуки. Однако именно то, как они распоряжались этим «пустым» временем, и отличало одного синигами от другого. В вопросах личной жизни Готей 13 придерживался весьма либеральных взглядов. Пока установленные законы не нарушались, никого не заботило, чему посвящают себя бойцы вне служебных обязанностей. Итачи вернулся к привычке, которой не следовал уже много лет: он оттачивал мастерство владения своими способностями. Будучи прирожденным гением, он еще в юности в совершенстве овладел всем арсеналом навыков, необходимых высококлассному шиноби. Оказавшись предоставленным самому себе — за исключением тех редких моментов, когда он проводил время с кем-то из капитанов либо с Йоруичи и Сой Фон, — юноша посвящал досуг поиску новых способов применения своего шикая. После недавнего разговора с Цукуёми об истинной природе дзанпакто Учиха заставил себя отказаться от восприятия своих иллюзий как простых бесплотных миражей. В глубинах своего подсознания он заметил, что и он сам, и дух меча способны наделять иллюзии плотностью, превращая их в осязаемые объекты. Он сделал мягкий вдох и лениво махнул клинком, рассекая пустоту, однако его прищуренный взгляд был неотрывно прикован к отмеченному дереву в стороне. «Я требую от себя невозможного или просто еще не достиг нужного уровня?» — подумал он, нахмурившись. В этот момент его безмолвные размышления прервал звонкий голос: — Если хочешь срубить дерево, стоит бить мечом по нему, тебе не кажется? Обернувшись на звук, Итачи увидел девочку с розовыми волосами в стандартной форме синигами. Она сидела на ветке дерева, беспечно болтая ногами. «Как она здесь оказалась? — промелькнуло у него в голове, пока он изучал гостью. — Вижу лейтенантскую повязку». — Эм-м, ты ведь пытался что-то разрезать, верно? Кенни тоже любит резать всякие штуки. Ее голос, манеры и бьющая через край жизнерадостность создавали образ обычного беззаботного ребенка, но когда дело касалось духов, внешность бывала обманчива. — Лейтенант Ячиру, — медленно начал Итачи, оценивая ее реакцию, которая оставалась обезоруживающе безмятежной. — Вы, случайно, не меня ищете? В памяти всплыло давнее предостережение Йоруичи насчет этой розоволосой девчушки. — О нет, я тебя не ищу, тебя ищет Кенни. Ему в последнее время скучно, вот я и решила поискать для него тебя, эм... — Итачи. Она щелкнула пальцами, вспомнив имя: — Тачи-тачи! Точно! Кенни ищет тебя, потому что никто из капитанов не согласился с ним драться, так что он открыл охоту на лейтенантов и на тебя. — Прошу прощения, но я вынужден отказаться. Несмотря на то, что все ее поведение кричало о детской наивности, Итачи сохранял вежливость. Особенно когда вспоминал о «монстрах», которыми являлись капитаны, и о своем первом разговоре с капитаном Кьёраку. — Оу-у, как жаль... — Она недовольно надула губы, и на ее лице медленно проступило озабоченное выражение. — Не думаю, что Кенни тебя отпустит, даже если ты так скажешь. В этот момент раздался хриплый крик, и чувства Итачи буквально опалило чудовищным давлением реацу, подобным палящему солнцу. — Кенни, сюда! — крикнула она в ответ. — Я проследила, чтобы он не убежал, как ты и просил! Итачи посмотрел на Ячиру, не зная, как реагировать на ее слова. «Она настолько наивна? Или это просто характер, сформировавшийся за столетия жизни?» Какова бы ни была природа странностей вековых душ, молодой синигами принял решение немедленно отступить. Если ему и придется сразиться с капитаном Дзараки Кенпачи, он предпочтет сделать это на своих условиях. К тому же... «В его дикой и простой натуре кроется что-то по-настоящему опасное». — Кенни, поторапливайся! Кажется, он хочет сбежать! Это удивило Итачи, ведь она сказала это ровно в тот момент, когда он принял решение. Чего Учиха не знал, так это того, что Ячиру настолько привыкла к людям, убегающим от Кенпачи, что у нее выработалось на это своеобразное шестое чувство. Ощутив приближающийся всплеск реацу, который почему-то вызвал у Итачи ассоциацию с сокрушительными волнами, юноша понял: время уходить. «Его физическая сила колоссальна», — отметил он, наконец увидев бегущего к нему Кенпачи. На лице капитана играл безумный оскал, а каждый его шаг оставлял трещины в земле. Никакой техники. Никакого контроля реацу. Хаотичная природа силы капитана произвела бы на любой опытный глаз впечатление дилетантства. Помимо реацу капитанского уровня — одной из величайших в Сейрейтее — ничто в Кенпачи не доказывало, что он заслуживает свой пост. Но именно это делало его в глазах Итачи еще более опасным противником. — А, сопляк, мы снова встретились! Давай драться! — проревел Кенпачи с маниакальной ухмылкой, приближаясь к Итачи и уже занося меч для мощного удара. — Боюсь, я вынужден почтительно отказаться, капитан Дзараки. Тело Итачи начало распадаться на ворон, но Кенпачи было плевать — его меч рассек воздух там, где только что стоял юноша. К его замешательству и последующему раздражению, тело противника взорвалось стаей черных птиц, стоило клинку коснуться его. — Какого чёрта, Ячиру? Куда он делся? — спросил Кенпачи девочку, которая теперь висела у него на плече. — О нет, он убежал, Кенни. Ну почему все продолжают убегать от нас, когда Кенни просто хочет подраться? — В ее голосе звучала неподдельная печаль. Она действительно расстроилась, видя, как Кенни упустил очередного потенциального соперника — тем более того, кто, по слухам, мог сражаться на равных с капитанами. Кенпачи фыркнул. Его раздражение медленно угасало: бегство синигами при одном упоминании о драке было делом обыденным. — Не волнуйся, Кенни, я снова его найду. А пока пошли навестим Сисястую, раз уж он из ее отряда, — предложила она, имея в виду Йоруичи. Кенпачи хмыкнул, охотно соглашаясь с ее планом. — А как насчет того, из Двенадцатого? — Капитан Лохматый? Угу, можем проверить, вдруг он свободен и поиграет с Кенни. — Она кивнула сама себе, довольная логичностью своих слов, и, балансируя на плече гиганта, указала пальцем вперед: — Вперед, Кенни! Поскольку тренировка была так бесцеремонно прервана лейтенантом Ячиру и ее безумным капитаном, Итачи решил не возвращаться в казармы Второго отряда, на случай если они станут искать его там. Зная Йоруичи — пусть и не так долго, — он был абсолютно уверен: она с радостью выдаст его местонахождение, если парочка заявится к ней с вопросами. К сожалению, помимо казарм Второго отряда, внутреннего двора капитана Кьёраку и тихой обители Четвертого отряда под началом капитана Уноханы, у него не было безопасного укрытия в Сейрейтее. В итоге он решил просто пройтись по улицам, стараясь не привлекать внимания, чтобы избежать встречи с диким капитаном и заодно поразмыслить над своей недавней неудачей в попытке использовать иллюзии нестандартным способом. Во время прогулки он заметил группу синигами, сопровождавшую большую толпу студентов Академии Синъо. Судя по оживленным разговорам учеников, намечалось какое-то боевое мероприятие. Мысли Итачи вернулись к Дзюнпею и мечте юноши поступить в Академию. Вспомнив, что вступительные экзамены уже не за горами, он решил последовать за группой и понаблюдать за происходящим, чтобы скоротать время. Беспрепятственно войдя на территорию Академии, он оказался на тренировочном поле, где собрались студенты. У каждого на поясе висел дзанпакто. Некоторые из них уже пробудили свои шикаи, но, судя по тому, как их распределяли по группам, предстоящее занятие не ограничивалось только владением мечом. По униформе инструкторов Итачи опознал членов Второго, Четвертого и Двенадцатого отрядов, а также затворников из отряда Кидо — подразделения, сосредоточенного исключительно на искусстве демонической магии. Они отвечали за барьеры Сейрейтея и систему наблюдения за Руконгаем, а также, в прошлом, за инструменты для миссий, хотя сейчас эта сфера перешла в ведение Двенадцатого отряда. — Это распределение, если вам интересно. Подобные мероприятия помогают определить, к какой области у студентов есть талант. Итачи лишь мельком взглянул на говорившего — мужчину с каштановыми волосами и в очках, который наблюдал за процессом вместе с ним, — и снова перевел взгляд на студентов. — О, прошу прощения. Я Соске Айзен, лейтенант Пятого отряда, — мягко представился мужчина, вежливо кивнув. Итачи ответил кивком и уже собирался представиться в ответ, но Айзен опередил его: — Итачи Учиха, я полагаю. ... Заметив немой вопрос в глазах Итачи, он тихо рассмеялся и смущенно почесал затылок. — Все лейтенанты знают, что вы победили лейтенанта Восьмого отряда Лизу Ядомару в тот же день, когда прибыли в Сейрейтей. Так что, разумеется, нам было любопытно.