На следующее утро Ши Мяо рассчитывала выспаться без будильника, однако в семь сорок ее разбудил звонок матери.
Чжао Моян, уже полностью собравшись и готовясь выйти из дома, решила уточнить, действительно ли дочь сегодня отдыхает.
— Сегодня же выходной? Ты сдала смену и ждешь в больнице? Я заеду за тобой.
— Я дома, — пробормотала Ши Мао.
Чжао Моян по сонному голосу дочери поняла, что разбудила ее, и смягчила тон:
— Спи дальше.
— Мам, ты собираешься приехать?
— Не спеши, я буду около одиннадцати. Спи.
Она поспешно положила трубку.
Отложив сумку, Чжао Моян почувствовала, как веки наливаются свинцом — после командировки, с которой она вернулась лишь глубокой ночью, она поспала всего несколько часов.
Не желая портить макияж, она не стала возвращаться в постель, а прилегла вздремнуть на диване.
Дремота затянулась до десяти утра.
Когда Е Шо спустился в гостиную, мать как раз проснулась после дополнительного сна на диване.
— Мама, когда ты вернулась?
— Под утро.
— Почему не легла в кровать? Опять в офис?
Он лениво направился на кухню и вернулся со стаканом теплой воды.
— Не в офис, — Чжао Моян сделала несколько глотков, чтобы окончательно прогнать дремоту, и лишь затем спросила. — У тебя сегодня нет дел?
— М-м, — Е Шо вяло плюхнулся на противоположный диван и уткнулся в телефон.
Если бы не ожидание свадьбы Е Сицуня, он бы уже давно вернулся в университет — совместный проект с однокурсниками вступил в решающую фазу, да и клиент с нетерпением ждал приемки.
Чжао Моян поставила стакан на стол:
— Тогда поедем вместе навестить твою сестру.
Е Шо тут же пожалел, что сказал, будто не занят. Ши Мяо была одновременно тем, кого он больше всего и меньше всего хотел видеть. В душе он сопротивлялся этой поездке, но отказать матери не решался.
Помолчав несколько секунд, он встал, схватил ключи от машины и направился во двор.
Чжао Моян не выносила кричаще-яркий спорткар сына, а Е Шо не желал слушать материнские нравоучения. Руководствуясь принципом «живи и дай жить другим», мать и сын пользовались разными автомобилями.
Е Шо никогда не бывал в районе, где снимала квартиру Ши Мяо. Узнав у матери название жилого комплекса — незнакомое ему — он вынужден был включить навигатор.
Из-за незнания местных дорог он прибыл на пять-шесть минут позже матери.
Чжао Моян, держа в руках подарочный пакет, ждала сына у подъезда, чтобы подняться вместе.
Е Шо припарковался за пределами квартала и теперь медленно брел под палящим обеденным солнцем. Лучи буквально прожигали кожу, он задыхался от жары, закатав рукава футболки до плеч.
— Если жарко, иди быстрее, — подгоняла его мать.
Е Шо еле передвигал ноги, ощущая, как обезвоживание сковывает тело.
В подъезде наконец стало немного прохладнее.
Он скосил взгляд на роскошный пакет в руках матери:
— Это для сестры?
— Угу, — Чжао Моян специально заказала для дочери вечернее платье. — На свадьбе Сицуня будут родственники твоего зятя, нужно выглядеть соответствующе.
— Сестра согласилась пойти на свадьбу нашего брата?
Чжао Моян достала из сумки пропуск, открыла лифт и нажала кнопку этажа, параллельно интересуясь:
— А почему она должна не согласиться?
«Потому что никто не хочет присутствовать на свадьбе того, кого любит», — подумал парень, но вместо этого он выдумал отговорку:
— Разве Ши Мяо не слишком занята? Она готова взять отгул?
— Какая бы загрузка ни была, на такое событие нужно выкроить время.
Выйдя из лифта, Е Шо неотступно следовал за матерью, озираясь по сторонам. Его взгляд скользил по облупившейся краске на стенах коридора — он не ожидал, что дом окажется настолько старый.
Чжао Моян позвонила дочери еще внизу, поэтому стоило ей лишь раз постучать, как из-за двери тут же раздался ответ:
— Сейчас!
Дверь распахнулась изнутри.
Ши Мяо уже знала из телефонного разговора, что Е Шо приедет вместе с матерью, поэтому его появление не вызвало у нее ни малейшего удивления. Она кивнула в знак приветствия и, заметив капли пота на его лбу и закатанные до плеч рукава, указала на стол:
— Возьми охлажденный арбуз.
Е Шо не стал церемониться. Переступив порог, он сразу схватил дольку, чтобы утолить жажду.
Поедая сочную мякоть, он осматривал квартиру. Однокомнатная, но достаточно просторная, с хорошим естественным освещением, не создававшим ощущения тесноты.
Мебель явно была прежней, видавшей виды.
Чжао Моян протянула дочери пакет:
— Для свадьбы Сицуня. Примерь, посмотрим, как сидит.
Не желая омрачать материнский энтузиазм, Ши Мао согласилась, и они удалились в спальню.
Е Шо, уничтожив две дольки холодного арбуза, освежил лицо прохладной водой в ванной и наконец почувствовал себя человеком.
Оставшись один, он от нечего делать направился на балкон. Хозяин, стремясь максимально использовать пространство, превратил часть балкона в крохотный кабинет площадью около двух квадратных метров — помимо сушки белья.
Судя по всему, до их приезда Ши Мяо занималась — компьютер был включен, учебник лежал вверх ногами на столе. Вдруг его взгляд застыл — ручка рядом с ноутбуком показалась подозрительно знакомой, и неприятные воспоминания мгновенно нахлынули на него.
Оказывается, она все это время пользовалась той самой ручкой.
Тогда она не могла представить, что он коллекционирует ручки стоимостью в миллионы, а он — что ей приходится копить на модель за несколько тысяч.
За всю жизнь он ни о чем не сожалел. Кроме этой ручки.
Е Шо взял ее, рассмотрел и аккуратно вернул на место.
Женщины еще не вышли из спальни. Он вернулся в гостиную, чинно устроился на потрепанном жестком диване, достал телефон и замер — пальцы застыли над экраном, не зная, что открыть.
В спальне Ши Мяо примерила и сняла платье. Размер сидел идеально, фасон подчеркивал достоинства фигуры — ни единого изъяна.
Чжао Моян аккуратно повесила наряд в шкаф:
— Как планируешь провести тот день?
— Уточню у Мин Тиня.
В тот вечер она передала ему свадебное приглашение, но не спросила, пойдет ли он вместе с ней.
Теперь она написала: [Свадьба Е Сицуня. Ты свободен?]
Мин Тин ответил мгновенно: [Свободен.]
Не дожидаясь ее вопроса, он поинтересовался первым: [Ты будешь сидеть за столом родственников жениха или со мной?]
Ши Мяо набрала без колебаний: [С тобой.]
Обновлено: 03.02.2026