Помедлив, он бросил последний взгляд на поле битвы, а затем обернулся к группе.
— Может, пойдём поедим? — спросил он. — Мне совсем не нравится то, что притягивает вся эта боль.
— Можешь забрать половину моего пайка, — предложил Турк, выуживая из кармана сухпаёк.
Хелп слегка поморщился при виде серого бруска.
— Спасибо, но, пожалуй, откажусь. Ваше командование из тех, кто забирает себе всю нормальную еду?
— Ага, — буркнул Кирк. — Но пусть уж они набивают пузо деликатесами, чем торчат рядом со мной в окопах.
Хелп нахмурился, явно расстроенный услышанным.
— Как нам тебя называть, пока мы во всём этом разбираемся? — с опаской спросил комиссар.
Юноша задумался, взвешивая вопрос.
— Настоящие имена обладают силой, мне так кажется... Пока называйте меня просто Хелп. Позже я что-нибудь придумаю.
***
Хелп шагал рядом с комиссаром, с нескрываемым восторгом разглядывая оружие в его руках.
— Можно подержать? — наконец спросил он.
— Нет, — отрезал Теллес с каменным лицом, даже не удостоив мальчика взглядом.
Услышав это, проповедник нахмурился и отцепил своё оружие от пояса.
— Вот. Можешь взглянуть на моё, Святой, — произнёс он, протягивая клинок Хелпу.
Юноша потянулся к нему, на несколько мгновений замирая в тепле, которое излучало тело священника. Поскольку выживших гвардейцев осталось совсем немного, те, кто нашёл Хелпа, решили лично сопроводить его к центральному штабу.
С ними нервно маршировал десяток уцелевших солдат; каждый раз, когда на них падал взгляд комиссара, бойцы то судорожно вытягивались, то вновь расслаблялись. Хелп осторожно коснулся зубьев цепного меча, и его улыбка стала шире.
— Какая крутая штука, — пробормотал он.
— Убери-ка руку на секунду, — попросил священник.
Хелп кивнул и заворожённо уставился на меч, когда Сигус запустил механизм. От резкого взрева мотора он вздрогнул, но так и не смог отвести взгляд, словно заворожённый.
Позади них Турк, однорукий великан-огрин, коротко хохотнул. Свою раненую подругу он нёс в единственной уцелевшей руке, а культя оторванной была наспех забинтована. Его глубокий смех разнёсся в воздухе, когда он с детским простодушием спросил:
— Ты знашь Импиратара?
Хелп замер. Остановился и проповедник, в чьём взгляде вспыхнуло любопытство. Даже Кирк, до этого болтавший с одной из гвардеек, умолк, обратившись в слух.
— Я... в каком-то смысле? Мне кажется, я чувствую Его присутствие прямо сейчас. Я видел, что Он совершил, и знаю одно: Он гордится тобой, Турк.
Смех огрина громом раскатился по равнине, его лицо так и сияло от счастья. Однако комиссар прищурился, заметив мимолётную деталь: Хелп так и не смог встретиться с Турком взглядом.
Теллес не проронил ни слова, пока они пробирались по раскисшим полям, усеянным трупами. Хелп поглядывал на раненых гвардейцев, и лица тех разглаживались, стоило ему пройти мимо.
— А здесь есть... лечебница? Как это правильно называется? — спросил он, словно подыскивая нужное слово.
— Медицинская палатка вон там, но её залило водой, — ответил кто-то из солдат.
Лицо Хелпа исказилось от сочувствия, и он тут же направился к указанному месту. Один из гвардейцев попытался его остановить, но лишь споткнулся в грязи — юноша с неожиданной силой потащил его за собой. Другой солдат вцепился в руку Хелпа, выкрикивая:
— Стой! Приказ комиссара — доставить тебя прямо в...
Обоих бойцов протащило несколько метров, прежде чем Хелп мягко высвободил руки и вошёл в палатку. Он откинул полог и замер.
На краткий миг аура надежды и вдохновения, окружавшая его, дрогнула и исчезла, сменившись глубоким отчаянием. Болезненные стоны раненых, лежавших внутри, переросли в крики, пока Хелп в ужасе озирал представшую картину.
Юноша моргнул, возвращая самообладание.
— Ох, сейчас... — выдохнул он, и аура надежды вернулась, заставляя крики стихнуть.
Один из врачей, измождённый и по локоть в крови, уставился на Хелпа.
— Ты ещё кто такой?! — крикнул он.
Следом вошёл комиссар, едва не наступив на ещё тёплое тело с развороченной грудной клеткой. Хелп закрыл глаза, делая короткий вдох.
— Псайкер? — спросил врач, глядя на руку Хелпа; в его голосе усталость мешалась с подозрением.
— Да, и, похоже, он желает помочь тебе с ранеными, — ответил Теллес, которого ничуть не смущала окружающая бойня.
Врач, чьё лицо избороздили глубокие морщины усталости, кивнул.
— И что ты можешь?
— Обезболивание. Это всё. У меня слишком мало опыта, чтобы пробовать что-то ещё, — тихо ответил Хелп.
Доктор указал на бьющегося в судорогах гвардейца. Хелп подошёл и занёс руку над головой мужчины. Тот перестал метаться, и на его губах заиграла блаженная улыбка.
— Есть риск передозировки? — скептически поинтересовался врач.
Хелп покачал головой, а священник благоговейно наблюдал за процессом. Доктор подвёл юношу к следующему пациенту.
— Мало опыта? Что ты имел в виду? — подал голос проповедник.
Хелп лишь пожал плечами, скорбно глядя на то, как очередной гвардеец затихает, избавленный от мук. Турк заулыбался, когда медсёстры приняли раненую женщину из его рук и уложили её на свежевымытую койку. Другая санитарка столкнула труп в сторону и принялась протирать стол окровавленной тряпкой.
Хелп поднял руку, и кровь мгновенно исчезла с поверхности. Медсёстры ошеломлённо моргнули.
— Дезинфекция, — пояснил он. — Вы не могли бы поднять этих людей? Я очищу кровати.
Гвардейцы и санитарки поспешили приподнять тех, кого можно было двигать. Золотой свет, исходящий от рук Хелпа, скользил по поверхностям, выжигая кровь и грязь.
Спустя несколько минут работы на лице Хелпа появилась мягкая улыбка, хотя глаза его по-прежнему светились печалью. Одна из медсестёр начала снимать импровизированные повязки с ран женщины; Турк стоял в стороне, не сводя с них глаз.
— Поможешь ей следующей? — спросил он с робкой надеждой.
Хелп кивнул и подошёл ближе, изучая раненую. Когда повязки были сняты, он занёс руку над её лицом, но вдруг замер. Его взгляд переместился на её плечо.
Он наклонился, осторожно коснувшись ткани. Сквозь прожжённую дыру на рубашке виднелась красная татуировка. Глаза Хелпа вспыхнули золотом, и в палатке воцарилась внезапная, гнетущая тишина.
Комиссар, не терявший бдительности, подошёл ближе.
— Турк, выйди, пожалуйста, на минутку, — мягко попросил Хелп. — Что бы ты ни услышал, оставайся снаружи, ладно?
Огрин кивнул и, всё ещё улыбаясь, покинул палатку. Хелп пробормотал:
— Слишком много сходства...
— Сходства с чем? — спросил комиссар, глядя на татуировку.
— Эта метка... Я чувствую кровь, которой она начертана. Я не понимаю символов, но чую зачатки чего-то... осквернённого.
Без малейшего колебания Теллес вскинул болт-пистолет и выстрелил женщине в голову. Но прежде чем пуля достигла цели, она замерла и смялась внутри небольшого энергетического кокона. В полной тишине Хелп аккуратно отложил осколки в сторону.
Комиссар метнул в юношу яростный взгляд, но тут же смягчился, увидев полные скорби глаза мальчика.
— Я ведь не могу так рисковать, правда? — прошептал Хелп.
— Я видел подобное раньше, парень, — ответил Теллес. — Я знаю, что она — подруга огрина, но даже если мы отправим её к священникам или в монастырь, это не поможет. Раз ты чуешь скверну, значит, она уже потеряна.
Золотое сияние в глазах Хелпа на миг усилилось. Он смотрел на женщину, которая слабо сжимала его руку. Кирк, внимательно наблюдавший за происходящим, спросил:
— Что с ней не так?
— Я отправляю её к Императору. Её разум и душа были истерзаны тиранидами, — тихо произнёс Хелп, и его голос слегка дрогнул.
Священник вознёс молитву благодарности за святое деяние, свидетелем которого ему довелось стать. Комиссар вздохнул, и в его взгляде промелькнула жалость. Золотой свет заполнил палатку, на мгновение ослепив всех присутствующих. А когда сияние угасло, женщина исчезла — не осталось ни пепла, ни крови, ничего.
Хелп поник от усталости, когда Турк заглянул обратно.
— Чо это было? — спросил огрин с невинным любопытством.
— Святой отправил твою подругу прямиком к Императору за её верную службу, Турк, — бодро ответил священник.
Турк кивнул, и его улыбка на мгновение дрогнула.
— Ох... я буду скучать. Я даже не успел сказать «пока», — пробормотал великан, шмыгая носом.
Хелп мягко похлопал его по руке.
— Она в лучшем мире, Турк. Там гораздо теплее и безопаснее, чем здесь.
Подошёл врач и предложил Хелпу проводить его в другие медицинские лагеря.
— В госпитале тебе будут рады, я уверен. Им очень не хватает такого «обезболивающего».
Обновлено: 03.02.2026