Он открыл глаза орком — и увидел систему: полоски здоровья, уровни, характеристики каждого врага. Пока сородичи с воплем «WAAAGH!» прут на убой, не разбирая своих, он читает панель прокачки и вкладывает очки с холодным расчётом. Кулаки крошат броню, зубы врагов сыплются в опыт, а в черепе зреет разум, какого не было ни у одного орка. Сколько продержится тупая зелёная гора мышц с игровой системой внутри головы — против целой галактики, которая хочет её сожрать?

Он открыл глаза орком — и увидел систему: полоски здоровья, уровни, характеристики каждого врага. Пока сородичи с воплем «WAAAGH!» прут на убой, не разбирая своих, он читает панель прокачки и вкладывает очки с холодным расчётом. Кулаки крошат броню, зубы врагов сыплются в опыт, а в черепе зреет разум, какого не было ни у одного орка. Сколько продержится тупая зелёная гора мышц с игровой системой внутри головы — против целой галактики, которая хочет её сожрать?