Глава 12 — Глава 5.3

Чувствуя себя взволнованной, Чу Ли позвонила в дверь с благочестивым сердцем. Звонить пришлось довольно долго. Чу Ли позвонила в дверь, пытаясь встать на цыпочки и заглянуть внутрь через большие железные ворота. Пока она с тревогой ждала, когда откроют дверь, аляскинский маламут встал по ту сторону двери, глядя на Чу Ли. Большой пёс повернулся и прижался к двери, опустив уши и виляя хвостом. Протиснувшись в щель межу железных ворот, Чу Ли дотянулась рукой до головы маламута и почесала его за ушами. Словно пёс был этому очень рад, он стал вилять хвостом намного быстрее. Наслаждаясь его реакцией, Чу Ли тихо пробормотала:  – Маленький мальчик, где твой папочка? Ты знаешь, где твой папочка? Попроси своего папочку открыть дверь! Аляскинский маламут дважды гавкнул. Затем Чу Ли услышала глубокий и хриплый мужской голос с глубокой сонливостью, доносящийся из системы голосового вызова поблизости:  – Его зовут Эр Гоу, а не маленький мальчик. Я ему не отец, а его брат. Кто стоит за дверью? Чу Ли была ошеломлена. "Чего?" Чу Ли была застигнута врасплох, а затем поняла, что не обратила внимания на домофон, а потому понятия не имела о том, когда подключился человек по ту сторону. Хриплый голос мужчины ранним утром заставил её покраснеть. Неудивительно, что некоторые люди говорили, что просто услышав этот голос, они почувствовали, что Чжоу Чуань был настоящим воплощением красоты... Это Чжоу Чуань. Это учитель Чжоу Чуань. За дверью живёт человек, и это учитель Чжоу Чуань, который разговаривает с ней в этот момент! Чу Ли не смогла скрыть волнения в своём сердце, погладил большого пса по кличке Эр Гоу по голове, откашлялась и притворилась спокойной:  – Это мистер Чжоу Чуань? Здравствуйте, я Чу Ли, новый редактор журнала "Лунный свет" Издательского дома Юань Юэ. Я здесь сегодня, чтобы доставить Вам издательский контракт на "Книгу Богов Лохэ"... После её слов по ту сторону воцарилась тишина. Долгое время Чу Ли думала, не спит ли он у двери, но спустя некоторое время услышала его спокойный голос.  – Переверни контракт на первую страницу.  – О.  – Ты открыла его?  – Да.  – Первоначальное количество копий. Прочитай мне эту строчку. В голосе мужчины, казалось, слышались сильные гнусавые нотки.  – Учитель, Вы простудились?  – Читай.  – Сорок пять тысяч.  – ...  – ...  – Эр Гоу, выпроводи гостью.  – Гав!  – ... Несколько секунд ошарашенно постояв за воротами, Чу Ли осознала, что у неё даже не было возможности получить контрактом по лицу от Чжоу Чуаня. Ей просто не стали открывать дверь! "Это не сработает! Учитель, Вы можете выйти и хлопнуть меня по лицу контрактом?!!" С решимостью умереть Чу Ли начала снова давить на кнопку звонка дома Чжоу Чуаня. Снова и снова, не сдаваясь, и Эр Гоу начал прыгать по ту сторону забора, очевидно, желая, чтобы Чу Ли вошла и почесала его за ушами. Таким образом, один человек и одна собака полностью нарушили спокойствие этого раннего утра. Когда Чу Ли позвонил в дверь в десятый раз, Эр Гоу уже яростно тряс железную дверь, отчего соседи, возможно, подняли тревогу… Дверь небольшого двухэтажного дома в западном стиле наконец с грохотом распахнулась! Чу Ли как раз собирались позвонить в дверь в одиннадцатый раз, когда увидела, что высокий мужчина в пижаме с рисунком Син-чана (1) быстро вышел из дома. Несмотря на то, что на макушке у него был настоящий курятник, под глазами были тёмные круги, кончик носа слегка покраснел от простуды, а ноги были в тапочках, несмотря на то, что у него был неопрятный вид и бледное лицо, было невозможно скрыть его небывалую привлекательность. В этот момент мужчина быстро подошёл к железным воротам, распространяя вокруг себя внушительную ауру с явственным намерением убить.  – Лао цзы писал прошлой ночью до четырёх часов утра! Сегодня утром меня разбудили в половине одиннадцатого! Даже если меня подняли с кровати, и Лао цзы вынужден это терпеть, его ещё унизили жалкой цифрой первого тиража в сорок пять тысяч экземпляров?! Сорок пять тысяч! Какое зло совершил Лао цзы?! Сорок пять тысяч! С последних тридцати двух тысяч вы расщедрились аж на тринадцать тысяч? Ваш Издательский дом Юань Юэ относится к Лао цзы как к попрошайке… Слова Чжоу Чуаня не были закончены. Веки были непроизвольно приподняты, и эти карие глаза холодно уставились на человека с ошеломлённым лицом по другую сторону железных перил. Мужчина сморщил нос, демонстрируя знакомое высокомерие и провокацию, но в этот раз его голос звучал сильно в нос из-за простуды, отчего его прежний величественный вид несколько потускнел:  – Что? Человек по другую сторону железных перил сразу сделала шаг назад... С её лицом, которое всё ещё было в трещинах от слома трёх мнений, которые постепенно обрушивались в душе. Это лис. Лис – это Чжоу Чуань. Лис – это Чжоу Чуань. Этот дядюшка Лис в пижаме с рисунком Син-чана – нежный и тёплый как нефрит, Чжоу Чуань! Извините меня!!!! Чу Ли помолчала и попыталась привести свои мысли в порядок: "Нежный и тёплый, как нефрит молодой господин Чуань действительно отличается от того, каким его себе представляют. Кроме того, что он притвора, он ещё и лис. Погоди… Ты шутишь? Мне действительно приснился весенний сон с Чжоу Чуанем?!" Среди хаоса на ветру потребовалось больше десяти секунд, чтобы осмыслить то, что она делала, поэтому она стиснула зубы и вернулась к железным воротам, чтобы с искренним выражением лица обратиться к человеку по другую сторону двери. Она решила, что человек по ту сторону закатывал истерику просто потому, что плохо себя чувствовал и едва проснулся.  – Нет, учитель, послушай меня... Чжоу Чуань с отвращением приподнял уголки губ:  – Я не буду слушать.  – ... Подождите, подождите, подождите! – Чу Ли нажала на железную калитку: – Вы не можете так обращаться с леди.  – Ни одна леди не унизила бы меня тиражом в сорок пять тысяч экземпляров.  – ... Сумасшедший лев, высокомерный лис, от Нацухико Кёгоку до Восемнадцати стилей Лун Яна… Чу Ли обнаружила, что она была очень неправа. Не все в этом кругу двуличные сумасшедшие. Сумасшедший, здесь только Чжоу Чуань, этот "Лао цзы". _______________________ 1. Персонаж японской манги Крайон Син-чан.