Читать получается медленнее, но он не торопится.
Он не знает, сколько времени проводит так, но страниц через десять Луффи срывается со своего места и влетает в Гина, выжав из мужчины испуганный писк.
(Гин ни за что не признается утром, что издал этот звук).
— М? — Луффи поднимает голову, ерзая, чтобы найти удобное место на человеке, словно тот был просто еще одной, более бугристой частью мебели. — О, Гин, что ты тут делаешь?
Гин поднимает кулак, искренне желая, чтобы Луффи не обездвижил так удачно его свободную руку, потому что ему очень хотелось размозжить череп этому кретину прямо здесь и сейчас...
...вместо этого он вздыхает, используя свободную руку, чтобы положить книгу страницами вниз на полку. Затем он треплет Луффи по волосам, откидывая голову на спинку дивана с довольным расслаблением плеч.
Луффи переворачивается так, что оказывается лицом к потолку. По его улыбке Гин понимает, что он не спит.
Странно видеть мальчика без шляпы.
— Макино всегда говорила, что если читать в темноте, глаза вырастут в странных местах, — говорит он, нагло ухмыляясь.
Гин не знает, кто такая Макино, но не может представить ситуацию с участием Луффи, которая вообще требовала бы такого предупреждения.
Но, судя по тому, что он узнал о Луффи...
— А это плохо? — спрашивает он, и Луффи с интересом открывает глаза.
— Это было бы круто! — говорит Луффи, возбужденный одной лишь идеей.
— Ладно. Так что возвращайся в свой гамак и дай мне продолжить чтение, — Гин ерошит его волосы, указывая на гамак над ними.
Луффи мотает головой, пересаживаясь поудобнее рядом с Гином. К сожалению, капитан теперь окончательно проснулся — и, судя по тому, что Гин знает о Зоро, тот тоже. Санджи... нет, он всё ещё разговаривает во сне.
— Не хочу! Я тоже хочу попробовать вырастить ещё один глаз! — говорит Луффи, и его взгляд полон интереса. — Но я не хочу читать, так что Гин может почитать и за меня тоже!
— Я не думаю, что это так работает.
— Так это таинственный глаз?
— Эм, ага.
— Круто! — он переворачивается, глядя на книгу. — О чём она? Ты с ней весь день возишься.
Гин на секунду испытывает экзистенциальный кризис, осознав, что Луффи проявляет интерес к книге. Затем он берет книгу обратно и закрывает её как следует, загнув уголок страницы.
— Сабо всегда злился на нас, когда мы так делали.
Гин моргает. Он не спрашивает, кто такой Сабо, потому что Луффи часто бросается именами.
— Ты об этом? — он указывает на складки на предыдущих страницах, бугристые, поврежденные и уже немного потрёпанные.
— Он сказал, что ХХХ и ХХХ наши жизни до ХХХ, если мы сделаем это снова.
— У тебя, конечно, невероятная манера выражаться, — это всё, что Гин может ответить на полное недоумение. — Изумрудный город. Это о легендарном острове.
— Легендарный остров? Где он?
Гин вздыхает.
— Он не был бы легендарным, если бы мы знали, верно? Наверное, где-то на Гранд Лайн. Его кто-то открыл, но мы не знаем его имени.
Луффи хмыкает.
— Эээ, — он всё ещё смотрит на книгу, — тогда кто такой Кон- Кон- ронрон Коко Дир?
— Крон Корд... погоди, ты умеешь читать? — говорит Гин, игнорируя обиженное «конечно, умею!» Луффи; он берет книгу и проводит пальцем по имени автора. — Это тот, кто её записал. Это как ты отправляешься в путешествие, но Нами — та, кто ведет журнал.
Луффи издает звук понимания.
— Так он навигатор?
— Их вообще-то называют хроникерами.
— Но ты сказал, что он как Нами!
— Луффи, я ХХХ и ХХХ твою жизнь до ХХХ, если ты задашь еще один дурацкий вопрос, — говорит Гин без паузы, и Луффи драматично съёживается, зажав рот руками.
Ага, Гин нашел отличное оружие против Луффи. Надо будет научить этому Нами позже.
— Изумрудный город, — решает он рассказать, положив веснушчатую руку на голову Луффи. — Здания сделаны из драгоценных камней и самоцветов. И он не под контролем Небесных Драконов, Морского Дозора или даже пиратов — так что там можно жить свободно.
Луффи снова перекатывается лицом к потолку, странно удобно устроившись на коленях Гина. Он уже не уверен, как они вообще оказались в такой позе.
Однако одно слово привлекает внимание мальчика.
— Небесный Дракон?
— Люди, которые властвуют над Мировым Правительством, — говорит Гин, вспоминая, что Луффи довольно глуп в таких вещах. — Ты не знаешь, кто они? Они...
— Нет, я знаю, кто они.
Гин моргает. Луффи говорит это странно серьезным тоном и больше не расспрашивает. Гин не придает этому особого значения и продолжает рассказывать.
— Когда ты в Изумрудном городе, неважно, что ты сделал или кто ты такой, — говорит он. — Все там живут честно, справедливо и как равные, без предрассудков.
Что-то, казалось, изменилось в глазах Луффи.
(Но Гин не уверен, какая именно часть рассказа изменила этот взгляд.)
— Я жил, обворовывая трупы, убивая ради еды и используя людей ради времени. Потом Дон Крейг нашел меня... и ты знаешь остальное, — говорит ему Гин. — Вот почему я хочу найти Изумрудный город. Это моя мечта.
И пока Гин продолжает говорить, Луффи просто слушает, время от времени вставляя свои маленькие глупые вопросы.
И, находя приятным продолжать болтать об этой чепухе со своим новым капитаном, устроившимся у него на коленях, Гин думает, что что-то внутри него тоже меняется.
Когатана выбита из руки Зоро уже в третий раз за сегодня. Он начинает злиться.
Киноко каркает и поднимает левое крыло, показывая, что победителем в этом раунде стал Усопп. Она по-прежнему смотрит в другую сторону, потому что заранее знала: Зоро сегодня не выиграть.
— В нём нет веса, — стонет он. — Такое чувство, что он сломается в ту же секунду, как ударится обо что-нибудь.
Усопп разбирает Клима-Такт.
— Такими темпами ты однажды сломаешь даже Ичимонджи, Зоро. Ты обращаешься с ними как грубиян.
Глаз Зоро дергается.
Конечно, это не первое подобное предупреждение в его адрес. До этого он переломал бесчисленное количество обычных мечей, перевел кучу безымянного мусора, с трудом сохраняя в целости лишь Ичимонджи.
— Дело не в силе и мощи... хотя у тебя с этим всё в порядке, и это здорово, — говорит ему Усопп. — Но у таких людей, как я и Нами, нет ничего, кроме наших мозгов.
Зоро собирается назвать это чушью, но Усопп пренебрежительно усмехается, не давая ему начать.
Обновлено: 18.02.2026