На мгновение воцарилась мёртвая тишина.
Жители деревни с бычьими масками холодно уставились на Се Сюя.
— В чём дело?
Се Сюй медленно перевёл взгляд на человека в толпе.
Он допускал, что здесь может найтись кто-то, кто знал Сюй Чжи Юаня, но вероятность этого была крайне мала.
Этот человек стоял в задних рядах, и, судя по всему, его звали Ли Ваньсань.
Ли Ваньсань указал пальцем на Се Сюя и разразился громким смехом.
— Твоё лицо! Ты выдаёшь себя за Сюй Чжи Юаня? Ты самозванец!
Но в тот же миг Люй Янь, находившаяся рядом с этим человеком, заметила мелькнувшую на его лице едва уловимую эмоцию.
«Он лжёт!»
Люй Янь мгновенно всё поняла и тут же повернулась к Се Сюю.
К сожалению, он стоял слишком далеко, и она не могла предупредить его. Девушка Люй невольно нахмурилась.
— Отвечай, — житель деревни с бычьей маской настойчиво повторил вопрос. — Кто ты?
Се Сюй вдруг тихо усмехнулся, и этот звук показался окружающим странным и непонятным. Житель деревни пристально смотрел на него, словно решил, что тот сошёл с ума.
— Вы что, решили таким способом избавляться от людей?
Лицо Се Сюя вдруг стало ледяным. Он посмотрел на жителя деревни, затем медленно обвёл взглядом толпу и наконец остановился на Ли Ваньсане, который выступил против него.
— Ты утверждаешь, что я выдаю себя за Сюй Чжи Юаня? Какие у тебя доказательства?
Се Сюй провёл долгие годы в Столичном Управлении, и его манера держаться неизбежно впитала в себя привычки следователя. Теперь он смотрел на Ли Ваньсаня так, будто допрашивал преступника.
Ли Ваньсань явно не ожидал, что Се Сюй осмелится сопротивляться, и на пару секунд остолбенел, после чего опомнился и выпрямился.
— Доказательство в том, что я знаю Сюй Чжи Юаня, и он выглядит совсем не так, как ты!
— Ты знаешь меня?
Се Сюй сделал вид, что удивлён, и с любопытством оглядел Ли Ваньсаня с ног до головы.
— Кто ты такой? Я тебя не знаю.
Реакция Се Сюя полностью соответствовала поведению человека, который искренне не понимает, в чём дело. Он даже не проронил что-то вроде «Ты знаешь Сюй Чжи Юаня?», а спросил: «Ты знаешь меня?»
Разница между этими двумя фразами была огромной.
Если бы Се Сюй произнёс первую, жители деревни тут же заподозрили бы обман.
Но его ответ был безупречен.
Более того, он устремил на Ли Ваньсаня ещё более холодный взгляд.
«Неплохо, командующий», — подумала Люй Янь.
Похоже, командующий не так уж слаб. В подобной ситуации только хладнокровие даёт шанс выжить.
— Я не знаком с человеком по имени Ли Ваньсань, — продолжал Се Сюй. — Как тогда ты мог меня знать? Где и когда мы встречались?
Вопросы следовали один за другим, и, кажется, оппонент начал теряться.
— Я… конечно, знаю тебя! — Уголки губ Ли Ваньсаня дёргались. — Мы же вместе пили в публичном доме! Хватит притворяться!
Се Сюй вдруг закашлялся так сильно, что у него на глазах выступили слёзы.
— Ты утверждаешь, что человек в моём состоянии ходил пить?
«Из всех возможных отговорок он выбрал именно это», — мысленно усмехнулась Люй Янь.
Се Сюй с недоверием посмотрел на Ли Ваньсаня.
— Ты ведь тоже пришёл сюда из-за болезни, разве нет? Разве ты в таком состоянии мог посещать подобные места? От чего ты лечишься?
Эти слова вызвали волну возмущения в толпе.
— Грязный тип! Держись от меня подальше! — Одна из женщин в страхе отпрянула.
Неужели у Ли Ваньсаня была венерическая болезнь?
В мгновение ока даже мужчины поспешили отойти от него подальше.
«…»
Ли Ваньсань понял, что ситуация вышла из-под контроля. Почему всё пошло не так, как планировалось?
Человек всегда выдаёт себя неосознанными действиями.
Люй Янь заметила, как он украдкой взглянул на одного из жителей деревни.
Теперь ей всё стало ясно. Всё это был спектакль, устроенный, чтобы заставить Се Сюя раскрыть себя.
Се Сюй, делая вид, что кашляет, тоже заметил этот жест.
Внешне он не подал виду, но внутренне успокоился.
Теперь он мог действовать без опаски.
Раз уж спектакль начался, надо довести его до конца.
— Это что, новый способ избавляться от неугодных?
Се Сюй перестал кашлять, и его взгляд стал холодным, как лёд.
Эти слова мгновенно утихомирили шумную толпу.
Все уставились на жителей деревни с бычьими масками, в глазах читались страх и недоверие.
— Неужели это правда? — кто-то дрожащим голосом спросил. — Вы намеренно так поступаете?
— Замолчите! — рявкнул житель деревни.
Но люди уже начали паниковать. Если таким образом можно исключить кого угодно, значит, никто не находится в безопасности.
Один из жителей деревни мрачно произнёс:
— Мы не станем прибегать к подобным низким методам. Гости могут не беспокоиться.
В любой игре есть правила, и в этих правилах всегда есть лазейка. Таков закон, установленный тем самым божеством.
Даже если жители деревни хотели бы избавиться от кого-то, они не могут действовать по своему усмотрению. Хотя некоторые участники действительно вызывают у них отвращение.
— Если это не ваших рук дело, откуда взялся этот человек?
Толпа указывала на Ли Ваньсаня. Как и вчера, когда они объединились против Люй Янь, теперь, чувствуя угрозу, люди сплотились.
Разве это не подстроено жителями деревни?
Ли Ваньсань, похоже, тоже не ожидал такого развития событий и теперь был в панике.
— Вы… вы идиоты! Я не вру! Он не Сюй Чжи Юань!
Но его упорство только разозлило толпу ещё больше.
— Если утверждаешь, что он не Сюй Чжи Юань, предъяви доказательства.
Какие могут быть доказательства в таком месте?
«Доказательством здесь служат лишь слова», — подумала Люй Янь.
В отчаянии Ли Ваньсань взглянул на жителей деревни. И все это заметили.
— Ты на кого смотришь?
— Он… он только что смотрел на них!
— Я видел! Он просил у них помощи!
Житель деревни, стоявший рядом с Ли Ваньсанем, непроизвольно отступил назад. Это только ухудшило ситуацию.
— Подстава! Это подстава! — Толпа бушевала, лица людей пылали гневом.
Они рисковали жизнью, участвуя в Пиршестве Долголетия, а теперь оказалось, что всё нечестно? Неужели здесь есть подтасовки?
Житель деревни с бычьей маской злобно посмотрел на Ли Ваньсаня. Будь у того хоть капля ума, ситуация не зашла бы так далеко.
— Мы не имеем к нему никакого отношения.
Жители деревни сжали копья и переглянулись.
Трое из них внезапно шагнули вперёд, один закрыл Ли Ваньсаню рот, а двое других потащили его прочь.
— Этот человек нарушил порядок и правила. Он изгоняется с Пиршества Долголетия.
Ли Ваньсань вытаращил глаза, уставившись на одного из жителей деревни, и что-то безуспешно пытался сказать сквозь зажатый рот.
Обновлено: 21.01.2026