Перед самым входом на базу, безумная женщина не забыла напомнить:
— Не дайте этим мутировавшим зверям пропасть даром. Их мясо ещё долго не испортится, пригодится надолго.
И правда, из-за холода туши этих тварей – огромных, порой до десятков метров высотой, – ещё не начали разлагаться.
И вовремя: они уже успели до тошноты насытиться мясом мутировавших сороконожек и теперь могли, наконец, поменять рацион.
Сянь Вэньжуй и Фань Цзянь сразу принялись перетаскивать добычу в морозильную камеру.
Когда склад наполнился мясом под потолок, на душе у всех появилось какое-то странное спокойствие – оказывается, когда есть запасы, уже не так страшно за будущее.
Когда всё перенесли, людей тоже впустили в базу.
Оказавшись внутри, безумная женщина выдохнула почти с благоговением:
— Вот это… вот это место по-настоящему для людей.
Но, несмотря на кажущуюся искренность, Сянь Вэньжуй не спешил снимать настороженность и осторожно спросил:
— А где ты раньше жила?
Она усмехнулась и, указав на свой белый халат, насквозь пропитанный кровью, произнесла:
— Видишь это? Настоящий больничный халат. Ну, угадай, откуда я взялась?
— Из психушки сбежала? — выпалил ошарашенный Фань Цзянь.
От его слов она громко расхохоталась. И если бы не раны, её смех, наверное, катился бы по всей базе.
— Что смешного-то… так смеёшься, аж мурашки пошли, – пробормотал Фань Цзянь, потирая руки.
Когда смех утих, глаза женщины оставались мёртвыми и потускневшими. Она уставилась на окровавленный халат, и губы снова исказила зловещая усмешка.
— Вы ведь спрашивали, откуда я знаю про те нечеловеческие эксперименты?
Шэн Сюэ внутренне вздрогнула, видя, как та улыбается уголками губ, но в глазах плещется ненависть.
— Потому что я, как и моя сестра, была частью этих экспериментов.
Нас с ней держали в морге под видом лабораторных образцов. Вливали вирус зомби и наблюдали, как разрушается тело, – как будто мы были не люди, а подопытные животные.
Уловив в глазах собеседников жалость, женщина с видом беззаботного наблюдателя опёрлась подбородком на ладонь и кивнула в сторону своей мутировавшей собаки, которая в это время лениво лизала раны.
— Сяобай тоже был подопытным. Мы все были. Только мы, в отличие от других, оказались живучими. Мы выжили.
— А всех, кто проводил эксперименты, мы убили. Сяобай их пожрал заживо, перемалывая зубами их плоть…
По мере того как она говорила, черты её лица становились всё более искажёнными. Возбуждение, словно яд, проступало сквозь каждое слово.
Стоило ей вспомнить картины расправы – и тело начинало дрожать от безудержного возбуждения, как будто она сама желала обратиться в зомби и рвать тех людей на куски.
Лу Ицзэ, который презирал всё, что было связано с подобными экспериментами, слушал, не выказывая доверия. Кто знает, говорит она правду или нет.
Но знания этой женщины о Силе и о зомби явно не вызывали сомнений. Лу Ицзэ взглядом велел Шэн Сюэ оказать ей и мутировавшей собаке простейшее лечение.
Главное – чтобы не умерли.
Когда Сила Исцеления коснулась её тела, женщина мгновенно просияла от радости.
— Сила Исцеления? — ахнула она. — Любая группировка ради такого специалиста устроила бы бойню. Вы, похоже, собрание талантов, не меньше.
Но Шэн Сюэ не радовала перспектива стать «ценным ресурсом». Ей было гораздо спокойнее жить вдали от всех этих сил и союзов.
— А как тебя зовут? — спросила она, переводя разговор. — Я Шэн Сюэ. Тебе придётся восстанавливаться довольно долго.
Безумная женщина поняла, что её осторожно выспрашивают, но и не подумала скрывать.
— Чжан Вэньцзин. Меня зовут Чжан Вэньцзин.
Произнося имя, она будто на миг замерла, осознав, как давно уже его не говорила. С тех пор как в лаборатории каждому из подопытных присвоили холодный номер, она почти забыла, что у неё есть имя.
Боль в пояснице всё ещё жгла, как шрам, впитавшийся в кости. И всё же, когда исцеляющая сила Шэн Сюэ коснулась сломанного ребра, впервые за долгое время Чжан Вэньцзин ощутила лёгкость и даже взглянула на Шэн Сюэ с каким-то жадным восторгом – будто хотела забрать её с собой.
— После побега из лаборатории… где вы жили? — спросила Шэн Сюэ, немного смутившись от пристального взгляда.
Чжан Вэньцзин провела рукой по шее своей Изначальной Гончей, и в её глазах на секунду мелькнула тень умиротворения.
— Мы прятались среди руин. Когда холодало – грелись, прижимаясь друг к другу. Когда хотелось есть – я убивала и ела мутировавших животных. А Сяобай питался людьми, ставшими зомби.
Произнося это, она чуть прищурилась, и на её лице промелькнуло что-то вроде злого удовлетворения – будто она насмехалась над людьми, привыкшими считать себя вершиной пищевой цепи, но оказавшимися обедом для других.
Она говорила скупо, но за короткими словами скрывалось тяжёлое, почти нечеловеческое выживание. Чего стоила хотя бы морозная стужа под сорок ниже нуля, длившаяся неделями, когда голод сводил с ума и людей, и тварей.
Она перевела взгляд на свои раны:
— Я хотела найти сестру, но нигде её не было. Хотя теперь… я знаю, где искать.
Стоит чуть подлечиться – и она заберёт её обратно.
Ирония в том, что найти путь помочь ей удалось лишь благодаря тем, кто пришёл сюда с боем и не вернулся обратно.
Чжан Вэньцзин усмехнулась:
— Странно, но выходит, спасибо тем, кто пришёл вас грабить. Не будь их, я бы и не узнала о вашем убежище.
Сянь Вэньжуй нахмурился:
— С чего это им вообще понадобилось нападать на нас? Мы же на краю света, никому не мешаем.
— Без понятия. Видимо, не с теми пересеклись. Знаю только, что среди них была пара – мужчина и женщина. Та, женщина, немая, ещё и покалеченная: без ноги и руки.
— Она, должна сказать, с характером. Ради дела выложила всё, что знала. А её напарник, похоже, был любимцем дочери главы базы. По дороге к вам две эти бабы чуть не поубивали друг друга из‑за него.
Лу Ицзэ слушал спокойно. Всё сходилось: Ли Аньчан и дочь главы базы всё-таки остались вместе, а между ними вклинилась Цуй Инъин. Видно, продолжали мучить друг друга, как и прежде.
Фань Цзянь помнил Цуй Инъин ещё со школы. Потом Сянь Вэньжуй рассказывал ему, как Лу Ицзэ собственноручно лишил её рук и ног. И теперь, услышав, что она снова всплыла, его любопытство просто распухло.
— Ну-ка, расскажи всё! Что дальше-то?
В постапокалиптическом мире любая сплетня могла заменить шоу. Чжан Вэньцзин, кажется, не прочь была поразвлечься.
— Кажется, история такая. Мужчина этот когда-то был с той самой покалеченной женщиной. Но после того как у него проснулась Изначальная Сила, его приметила дочь главы базы – и он её бросил.
— Родня старой возлюбленной не только отвернулась, но и вышвырнула её из дома, а вместо неё признала приёмную «дочку» – сироту, и отдала её в угоду главе базы.
— Брошенная решила доказать, что тоже может быть полезна, вот и выдала ваше убежище. А пошла она с ними только ради доли добычи.
— Но перед походом новая любовница приказала избавиться от той сироты, которую отец собирался ей навязать в мачехи. Да и всю семью старой возлюбленной убрали заодно. Так что теперь между ними ненависть до самой смерти.
Она на миг оборвала рассказ, криво улыбнувшись.
— Ну а дальше… — протянула она, явно дразня слушателей.
— Что дальше? — не выдержал Фань Цзянь. — Говори уже!
Обновлено: 16.02.2026