Дом семьи Бакуго оказался ровно таким, каким я его ожидал, и абсолютно не таким, к какому я готовился.
Снаружи он выглядел как стандартный дом японского среднего класса — опрятный, ухоженный, с маленьким садом, который демонстрировал признаки либо тщательной культивации, либо взрывного ландшафтного дизайна. Трудно сказать наверняка.
Внутри же это была зона боевых действий.
— КАЦУКИ, ТАЩИ СВОЮ ЗАДНИЦУ СЮДА И ПОМОГИ НАКРЫТЬ НА СТОЛ!
— Я ЗАНЯТ! ВЕДЬМА!
— ЧЕМ ЗАНЯТ? ПЯЛИШЬСЯ НА СЕБЯ В ЗЕРКАЛО?
— ЗАТКНИСЬ!
— САМ ЗАТКНИСЬ!
Ага — громко, хаотично и каким-то образом теплее, чем имело право быть.
— Масару, иди познакомься с Реем! — крикнула Мицуки, заталкивая нас через парадную дверь. — Помнишь сына Акиры?
Мягкий мужчина в очках и с пепельно-блондинистыми волосами появился из комнаты, которую я определил как гостиную. Он выглядел как более мягкая, приглушенная версия Бакуго, если бы Бакуго когда-либо выучил значение словосочетания «голос для помещений».
— Рей? — его лицо озарилось искренним удивлением и радостью. — Боже мой, посмотри, как ты вырос. Мы скучали по тебе.
— Спасибо, мистер Бакуго, — сказал я, слегка кланяясь. — Простите, я вас не помню.
— Пожалуйста, брось эту формальную чепуху. Раньше ты звал меня дядя Масару. — Он тепло улыбнулся. — И не беспокойся о памяти. Главное, что ты в безопасности.
— Пап, хватит быть странным, — пробормотал Бакуго у нас за спиной, хотя его обычная взрывная энергия казалась приглушенной в присутствии родителей.
— Кацуки, иди помой руки и помоги накрыть на стол, — скомандовала Мицуки, суетясь в сторону кухни. — Акира, садись и расслабься. Ты выглядишь измотанной.
— Я в порядке, правда...
— Ты сидишь, — заявила Мицуки с тем видом авторитета, который не допускал возражений. — У тебя было достаточно стресса на сегодня.
Я обнаружил себя в гостиной семьи Бакуго, окруженным фотоальбомами, которые Масару, по всей видимости, хранил именно для такого случая. Стены были увешаны фотографиями Бакуго в разном возрасте: от удивительно милого карапуза до его текущей взрывоопасной подростковой версии.
— Вот, — сказал Масару, открывая альбом и указывая на снимок. — Это было снято на твоем пятом дне рождения.
Я наклонился, чтобы рассмотреть. На фото были два мальчика — один с колючими светлыми волосами и самодовольной ухмылкой, другой с серовато-тёмными волосами и более мягкой улыбкой. Они обнимали друг друга за плечи, и оба были перепачканы чем-то похожим на кремовую глазурь.
— Это я? — спросил я, изучая лицо мальчика. Должен признать, это действительно выглядело как я. Как я выглядел бы, будучи младше.
— Это ты, — подтвердила моя мама, присаживаясь рядом со мной. — Вы с Кацуки устроили битву едой. Мне было так неловко, но Мицуки просто рассмеялась и сказала, что мальчишки всегда остаются мальчишками.
— Тц, он первый начал, — сказал Бакуго из дверного проема, в его голосе не хватало обычной агрессии.
— А? — я опешил. — Повтори-ка. Ты помнишь это?
— Я не запоминаю Массовку, — прозвучал его высокомерный голос.
— ...
— Это его способ сказать, что фотки вызывают смутные воспоминания, — добавил мистер Масару.
Я снова посмотрел на фото, пытаясь найти хоть искру узнавания.
— Вы двое были неразлучны, — мягко сказал Масару, переворачивая страницу, чтобы показать больше фотографий. — Вечно вместе влезали в неприятности. Рей был единственным, кто мог убедить Кацуки извиниться, когда тот что-то ломал.
Я посмотрел на другое фото — на нём было несколько мальчишек за двумя противоборствующими снежными баррикадами, кидающих друг в друга снежки и дико орущих, словно на войне.
Одну сторону возглавлял Бакуго, а другую — моя альтернативная версия. На стороне Бакуго также была зеленая голова, чью личность я мог безошибочно угадать.
Мидория Изуку.
— У нас были снежные битвы? — спросил я.
— Каждую зиму, — крикнула Мицуки с кухни. — Ты и соседские дети проводили там часы, планируя сложные снежные баталии, играя в героев и злодеев. Рей, ты всегда настаивал на постройке путей отхода и запасных планах. Твоя группа выигрывала почти каждый раз.
— Невозможно!
Кацуки заорал мгновенно.
— Как я мог не выигрывать у беспричудного лузера?
— Потому что перед лицом моего превосходного интеллекта, планирования и навыков наблюдения твои маленькие искорки в том возрасте, вероятно, давали тебе нулевое преимущество.
Небрежно подколол я.
Было приятно осознавать, что несмотря на статус «беспричудный», мой предыдущая версия не уступала популярному шонен-персонажу.
Просто надеюсь, что он деспаунился до того, как взрывы Бакуго стали реально опасными, и блондин получил свой реванш. А теперь, когда я здесь и продолжаю цикл, статистика побед останется безупречной. Flawless Victory.
Нет, это не нарциссизм.
— Судя по инциденту с грязевым злодеем, патчи баланса не завозили. Похоже, ничего не изменилось, — закончил я мысль вслух.
БУМ!
Постоянные мелкие взрывы срывались с рук Бакуго — этакий эквивалент человеческого нервного тика, пока он сверлил меня взглядом, который нанёс бы критический урон, если бы взгляды могли убивать.
— Что это должно значить?
— Ничего, ничего. Просто ты всё ещё зациклен на спецэффектах.
— Мои взрывы офигенны!
— Как скажешь, Спарки.
— ХВАТИТ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ...
— УЖИН! — Голос Мицуки разрезал протест Бакуго, как катана бумагу.
Столовая была уютной, со столом, который, казалось, повидал тысячи семейных трапез. Мицуки превзошла саму себя: кацу-карри, рис, мисо-суп, маринованные овощи — еды хватило бы, чтобы прокормить небольшую армию.
— Мицуки, это оверкилл, — запротестовала мама, когда мы садились.
— Чепуха, — отмахнулась Мицуки. — Это праздник. Кроме того, растущим организмам нужно топливо.
Должен признать, еда была божественной. Кацу было идеально хрустящим, в карри было ровно столько специй, сколько нужно. После трех недель на подножном корме из комбини и всего, что удавалось налутать, это было похоже на премиум-подписку на жизнь.
— Рей, я хочу поблагодарить тебя лично. Знаешь, за спасение Бакуго, несмотря на то, что ты его даже не помнил.
— За это? Тебе не нужно меня благодарить.
— Нет, нужно, — сказал Масару, усаживаясь на стул и жестом приглашая меня сделать то же самое. — Мицуки упомянула, что ты спас Кацуки от грязевого злодея. Это серьёзное достижение. У большинства про-героев возникли проблемы с этим боссом.
— Мне просто повезло, — сказал я, что технически было правдой. — Нужное место, нужное время, подходящий софт для задачи.
— В любом случае, спасибо. И хотя он может этого не показывать, Кацуки очень благодарен.
— БЛАГОДАРЕН?! — Вопль последовал мгновенно. — Я НЕ БЫЛ БЛАГОДАРЕН! Я БЫЛ РАЗДРАЖЕН!
— ТОГДА ПОЧЕМУ ТЫ ПОСЛЕДНИЙ ЧАС ГУГЛИЛ ЕГО ПРИЧУДУ? — парировала Мицуки.
Тишина. Затем:
— ЗАТКНИСЬ, ВЕДЬМА!
Масару вздохнул.
— Он пытается реверс-инжинирить твою причуду с тех пор, как вернулся домой. Думаю, ты стал его новой фиксацией.
— Это... тревожно.
— О, для него это ужасно, — весело согласился Масару. — Но это самый высокий уровень интеллектуальной активности, что я видел у него за годы. Обычно его алгоритм решения проблем сводится к «взрывать, пока проблема не исчезнет».
— СПРАВЕДЛИВОСТИ РАДИ, ВЗРЫВЫ РАБОТАЮТ В БОЛЬШИНСТВЕ СЛУЧАЕВ! — огрызнулся Кацуки.
— Аргумент не принят, сын!
— Едем дальше. Рей, какие планы на текущую сессию?
— Ну... Синхронизироваться с реальностью. Может, попробовать восстановить данные памяти. А ещё я хочу поступить в Юэй.
Семья Бакуго зависла.
— Юэй?
Я кивнул, проглатывая еду.
— Ага. Хочу стать героем.
— НЕТ! — Бакуго ударил по столу, вызвав небольшие взрывы, от которых звякнула посуда. — Ни за что! Я не позволю какому-то рандомному НПС с комплексом бога явиться в МОЮ школу!
— НПС? Твою школу? — Я приподнял бровь.
— Юэй, — гордо сказал он. — Я буду первым из моей школы, кто туда поступит. И я буду лучшим студентом, который у них когда-либо был.
— Хе-хе, — я усмехнулся. — Ты так уверен насчет поступления в самую престижную школу страны, в которую почти невозможно попасть?
— Почти невозможно для массовки вроде тебя, — ухмыльнулся Бакуго. — Я порву вступительный экзамен.
— Хм. — Я сделал вид, что обрабатываю данные. — Знаешь, с такой причудой, как у меня, я, вероятно, смогу пройти. Особенно если продемонстрирую то практическое применение, что показал сегодня...
Ухмылка Бакуго исчезла.
— Ты не посмеешь.
— Ну, я особо не рассматривал этот вариант раньше, но раз уж ты упомянул...
— Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ!
— Кацуки! — рявкнула Мицуки. — Прекрати угрожать нашему гостю!
— Он не гость, он угроза обществу!
— Он герой, который спас твою жизнь!
— Мне не нужно было...
— Да нужно было! — Голос Мицуки достиг громкости, которая, вероятно, нарушала городские постановления о шуме. — Тебя вот-вот собиралась превратить в мясную марионетку ходячая куча соплей, а этот парень спас твою задницу! Прояви немного благодарности!
Бакуго открыл рот, чтобы возразить, затем закрыл его, свирепо глядя на меня, будто это как-то было моей виной. Что, честно говоря, отчасти так и было.
— Это смехотворно, — пробормотал он наконец. — Ладно. Спасибо за сейв, наверное. Но если ты думаешь, что это значит, что я тебе чем-то обязан...
— Не думаю, — сказал я. — Но если ты собираешься в Юэй, я, возможно, тоже рассмотрю этот вариант. Звучит как неплохое место, чтобы разобраться, что я хочу делать со своей жизнью.
— ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП!
— Кацуки, — тихо сказал Масару, — возможно, тебе стоит подумать о том, что иметь одноклассника, который уже доказал свою компетентность в реальной боевой ситуации, может быть скорее активом, чем угрозой.
— Мне не нужны активы! Мне нужно быть лучшим!
— Это большая цель, — Масару задумчиво проигнорировал вопли сына.
Если Мицуки была оголенным проводом, а Кацуки — ручной гранатой, то этот парень был огнетушителем — тихо компетентным и, вероятно, очень хорошим в уборке после катастроф.
— У Юэй одни из самых конкурентных вступительных экзаменов в стране.
— Я в курсе. Но думаю, я справлюсь.
Бакуго фыркнул.
— Думаешь, справишься с Юэй? Ты хоть представляешь, насколько сложно туда попасть?
— Сложнее, чем завалить злодея, который поставил в тупик всех профи? — мягко спросил я.
Его глаз дернулся.
— Это была удача.
— Разве?
— Мальчики, — предупредила Мицуки, — ешьте ужин, пока не остыл.
Мы ели в относительном спокойствии несколько минут, но я чувствовал, как нарастает напряжение. Бакуго продолжал поглядывать на меня, словно пытался решить сложное уравнение, и я практически видел, как шестерни вращаются в его голове.
— Что ж, Рей, если ты собираешься в Юэй, тебе предстоит много наверстать. В Юэй два экзамена: письменный и практический. Если хочешь пройти, тебе нужно преуспеть в обоих, а это значит, что тебе нужно наверстать годы учебы за десять месяцев. Но самое важное — это практический экзамен. Тебе нужно быть очень хорошо знакомым с использованием своей причуды через множество тренировок.
— Так какой у тебя план тренировок? — спросила Мицуки. — Вступительный экзамен в Юэй через десять месяцев. Это не так уж много времени на подготовку.
— Я что-нибудь придумаю. Может, найду зал, который выдержит мои уровни силы, поработаю над техникой со стержнями.
Кацуки молча обдумывал что-то. Наконец он положил палочки и посмотрел на меня прямо.
— Ты мог бы тренироваться со мной.
За столом воцарилась тишина. Даже Мицуки перестала жевать, уставившись на сына.
— С тобой? — переспросил я, приподняв бровь.
— Да! — Бакуго ударил кулаками друг о друга, между ладонями затрещали маленькие взрывы. — Как ты и сказал, ты завалил того грязевого злодея.
Его лицо расплылось в широкой, почти безумной ухмылке.
— Для меня это значит, что победа над тобой — мой первый реальный шаг к становлению Про-Героем. Это лучше, чем побеждать всю остальную массовку в школе. Плюс, я хочу сам увидеть, насколько ты крут. Будет приятно устроить тебе взбучку.
Я удивленно приподнял бровь.
— Ты? Мне?
Затем я вернулся к еде.
— Ты даже того грязевого монстра победить не смог.
— Эй! Это было другое. На меня напали исподтишка, у меня не было времени подготовиться.
— Это то, что говорят лузеры.
— Ах ты!..
— Кацуки! — в голосе Мицуки прозвучали предупреждающие нотки.
— Всё в порядке, миссис Мицуки, — отозвался я, прежде чем она успела отчитать его. — Факты таковы: я был тем, кто победил грязевого монстра. И ты тоже довольно раздражающий. Если бы я использовал ту же технику, что и на нем, ты бы, вероятно, закончил с тяжелыми травмами. К счастью, мне даже не нужно выкладываться на полную, чтобы победить тебя.
— Ха? Что это должно значить?
Я улыбнулся в ответ. Затем, поместив руку под стол, я полностью поднял его.
Стол ощущался легким. Невероятно легким.
Я мог поднять всю эту конструкцию одной рукой — посуду, еду и всё остальное — словно это был просто лист бумаги с нарисованными текстурами, лишённый физического веса. Но, судя по выражениям их лиц, для них это был критический баг реальности.
Миски слегка звякнули, но ничего не пролилось. Весь стол, загруженный едой и посудой, завис в воздухе, удерживаемый одной моей рукой.
— Какого хрена... — выдохнул Бакуго, его глаза расширились.
— Следи за языком, — машинально сказал Масару, но его голос был слабым от шока.
Я аккуратно опустил стол обратно, убедившись, что коллизии всех объектов встали на места, прежде чем отпустить его.
— Видишь? Никаких взрывов не требуется.
— Как... — начала мама, но осеклась. — Рей, насколько ты силен?
— Не уверен на сто процентов, — признался я. — Я еще не проводил стресс-тесты своих лимитов. Но я знаю, что мои статы выше, чем кажутся.
— Это... — Масару поправил очки, явно пытаясь обработать увиденное. — Это невероятно мощная причуда усиления.
— Причуда усиления? — Бакуго подался вперед, его соревновательные инстинкты явно перезаписали шок. — Так ты просто перекачанный?
— Среди прочего, — туманно ответил я. — Черные приемники — это одна функция. Сила — другая. Может быть и еще функционал, но я все еще разбираюсь с документацией.
— Всё еще разбираешься? — эхом отозвалась Мицуки. — Милый, причуды обычно так не работают. Большинство людей знают свои спецификации с момента манифестации.
— Ну да, большинство людей не просыпаются с амнезией и таинственными баффами, — заметил я. — Я, по сути, пишу код прямо на продакшене.
Бакуго смотрел на меня с выражением, которое я не мог расшифровать.
— Так когда ты сказал, что тебе не нужно выкладываться на полную...
— Я это и имел в виду. — Я спокойно встретил его взгляд. — Грязевой злодей был нейтрализован одним Черным приемником.
— Что еще ты умеешь? — спросил он, и в его голосе прозвучало что-то, напомнившее мне того восторженного мальчика с фотографий.
— Ну, есть еще фишка с барьером, — сказал я, демонстрируя это: потянулся к стакану с водой и остановил руку, не касаясь его. — Ничто не может коснуться меня, пока я не внесу это в белый список.
— Что? Это невозможно.
— Разве? — Я придвинул руку ближе к стеклу, пока не стало казаться, что я держу его, но между кожей и поверхностью оставался микроскопический зазор. — Хочешь попробовать ударить меня?
— Кацуки, нет, — быстро сказал Масару.
— Я не собираюсь его калечить, пап. Просто хочу проверить... — Бакуго потянулся и попытался ткнуть меня в плечо. Его палец замер примерно в дюйме, встретив невидимое сопротивление. — Какого хрена?
— Язык! — сказали оба родителя одновременно.
— Как это вообще работает? — спросил Бакуго, пытаясь надавить сильнее. Его палец не сдвинулся ни на пиксель.
— Честно? Без понятия. Я просто... прописал в конфиге, что это должно работать, и оно работает.
— Причуды так не работают, — настоял он.
— Может, нормальные причуды и нет, — пожал плечами я. — Но опять же, не думаю, что у меня заводские настройки.
Комната погрузилась в тишину, пока все обрабатывали информацию. Наконец, Мицуки подала голос.
— Ну, — сказала она подчеркнуто нейтральным голосом, — это определенно объясняет, как ты смог так легко хакнуть того злодея.
Обновлено: 20.01.2026