Дни перетекали один в другой, словно песчинки в магических часах. Вторник встретил Риана жестокой реальностью физической подготовки. Его мышцы горели от бега с утяжелителями, а руки дрожали после упражнений, оставляя на ладонях кровавые мозоли. Военная подготовка оказалась не лучше - тактика магических дуэлей раскрыла все его слабые места. Проиграв все спарринги, он чувствовал горечь поражения, но вечерний шпионаж неожиданно подарил надежду. Искусство маскировки магических следов давалось удивительно легко, будто он всегда знал эти приемы.
Среда началась с привычной Истории магии, но ментальная защита стала настоящим испытанием. Простейшие атаки преподавателя пробивали его оборону, оставляя головную боль и чувство беспомощности. Трансмутация добавила разочарования - монетка лишь позеленела, насмешливо поблескивая медным отливом. Зато знания о нейтрализации корня бошоры, полученные на вечернем занятии, заставили его впервые задуматься о реальной опасности магического мира.
Четверг стал днем воды и ветра. Утренние водные манипуляции сменялись послеобеденными воздушными потоками, а вечером наконец случился прорыв - гвоздь в его руках на несколько минут превратился в серебряную иглу. Эта маленькая победа согревала душу, несмотря на усталость.
Пятница показала, что ментальная защита по-прежнему остается его ахиллесовой пятой. Но зато на занятиях по обороне от существ он проявил недюжинные способности, безошибочно определяя слабые точки снежного волка, о которых он знал из своих школьных знаний биологии. Преподаватель одобрительно кивнул - такие моменты делали все трудности учебы стоящими.
Суббота подарила момент триумфа. Его доклад о том, как работают круги и какого вида они бывают вызвал одобрительный возглас преподавателя: "Неплохо, Монтеро!". Эти слова звучали в его ушах весь день.
Воскресенье. Долгожданная передышка. Риан провел его между библиотекой, где разбирал свои ошибки, и общежитием, где пытался починить обожженную рубашку. Простейшее заклинание починки никак не хотело работать правильно, оставляя смешные заплатки в виде утиных лапок. Он смирился - пусть это будет напоминанием о первой успешной, но неидеальной неделе в академии.
Три недели. Двадцать один день. Казалось, время в этом месте текло иначе - стремительно, как весенний ручей, унося с собой первые впечатления, страхи и неуверенность новичка. Риан порой ловил себя на мысли, что ощущает себя в этих древних стенах всего несколько дней, хотя разумом понимал - прошла лишь пара десятков дней.
За этот срок он успел узнать столько, сколько в прежней жизни не постиг бы и за год. Но самым удивительным открытием стали магические круги. Оказывается, это изобретение принадлежало не богам, а эльфам - тем самым, о которых профессор Лингар рассказывал на первых лекциях. Древний народ, исчезнувший со взора бога, создал совершенную систему контроля маны. Круги не просто помогали фокусировать энергию - они делали магию предсказуемой, послушной, словно дикого зверя превращали в домашнего питомца.
Риан проводил пальцами по страницам учебника, разглядывая эльфийские символы. Они казались такими изящными, таинственными... и немного печальными.
В общежитии, засыпая под мерный храп соседей, он иногда думал: а что еще скрывает этот мир? Какие тайны ждут своего часа в пыльных фолиантах библиотеки или в рассказах странствующих магов?
В воскресный вечер "Пьяный единорог" - самый шумный трактир у академических стен - принимал необычных гостей. Риан, Ребекка, Изабель и Крис устроились в углу за массивным дубовым столом, который сразу же заставили звенеть кружками с медовухой.
"За первую стипендию мага!" - провозгласила Ребекка, чей кинжал уже торчал из столешницы, на радость хозяину заведения. Изабель звонко чокнулась с Рианом, расплескав пенистый эль, а Крис, покраснев после первого же глотка, начал нести чушь.
К утру Риан понял три вещи: Эльфийская медовуха бьет в голову сильнее, чем учебник по трансмутации. Ребекка пьет, как дозорный на границе миров. Его собственная голова теперь - идеальный полигон для занятий по ментальной атаке. Солнце врывалось в окно общежития, как разъяренный преподаватель боевой магии. Риан, прикрывая глаза от света, совершил подвиг - дошел до душа, где холодная вода помогла хоть немного прийти в себя. В столовой он лишь ковырял ложкой в тарелке овсянки, которая нагло напоминала вчерашнюю пену на эле. Измучав свой желудок попытками поесть он прибрал за собой со стола и отправился на занятие.
Риан едва успел занять свое привычное место у окна, как дверь аудитории распахнулась, и в помещение вошел профессор Лингар. Его потрёпанная мантия развевалась за ним, словно тень усталого странника, а в руках он держал увесистый фолиант с потрескавшимся корешком.
Аудитория замерла, когда профессор Лингар тяжело ступил к кафедре, его потрёпанная мантия шуршала по каменному полу. Он молча взял мел и вывел на доске: "Гэрн: от раздробленности к величию".
— Хочу всем напомнить, что у нас здесь курс истории магии, но ее нельзя повествовать без знания истории нашей страны. Поэтому сегодня будет краткий курс важных событий. — Начал Лингар спокойным тоном
— Три тысячи сто восемьдесят шесть лет назад, — его голос, теперь звучал почти торжественно — на этих землях бушевала бесконечная война. Двенадцать враждующих провинций. Реалис, Вальдрия, Эльсмир и другие — рвали друг друга на части. —
Он щёлкнул пальцами, и над кафедрой всплыла голографическая карта древнего Гэрна.
— Альмгрон Нёриёси из Реалиса первым осознал: единство — сила. Посмотрите, как его послы несли пергаменты с предложениями мира, а его воины... — Лингар усмехнулся, — несли мечи тем, кто отказывался. Да кроваво, но разве по-другому история писалась бы? —
Карта ожила, показывая, как провинции одна за другой присоединялись к Реалису. Риан заворожённо наблюдал, как маленькая точка Реалиса разрасталась в огромное королевство.
— Так родился Гэрн. Но настоящее испытание ждало впереди." Профессор провёл рукой, и изображение сменилось панорамой Меруаза. "Столица, жемчужина королевства. Здесь смешались все расы, все культуры. И здесь же," — его голос стал жестче, — "родилась наша академия, ставшая мостом между прошлым и будущим."
Изображение снова изменилось, показывая Флард с его бесконечными доками. "Кровь торговли и дыхание океана. Каждый корабль, покидающий Флард, несёт частичку Гэрна в мир."
Лингар неожиданно улыбнулся, показывая Эльбриан: "А здесь учатся ценить простые радости. Рыбалка, хорошее вино... и отсутствие столичной суеты."
"Но истинное чудо Гэрна — здесь." Карта показала Мориноку, скрытую в древнем лесу. "Город эльфов, где даже воздух пропитан магией. Именно они подарили нам магические круги — ключ к могуществу королевства."
Профессор Лингар замер у окна, его профиль резко вырисовывался на фоне клубящихся магических голограмм.
"Кровавая война 1773-1828 годов новой эры," — его голос теперь звучал жестко, словно лезвие, — была тем горнилом, в котором закалилась наша современная государственность. —
Он провел рукой, и воздух наполнился багровыми всполохами, изобразившими поле боя.
— Эссенская империя, наш извечный противник, решила, что их земли недостаточно обширны. Они хотели сделать Гэрн своей провинцией. И знаете что? — Лингар оскалился, показывая кривые зубы. — У них почти получилось. —
Голограмма показала горящие города, беженцев на дорогах, магические барьеры, трещащие под ударами вражеских заклинаний.
— Пятьдесят пять лет войны. Пятьдесят пять лет крови. Войска Эссена дошли до стен Меруаза. Именно тогда, — профессор понизил голос до шепота, —"король Эльгрон VII совершил то, что до сих пор обсуждают шепотом. —
Изображение сменилось: теперь над головами студентов парил огромный магический круг невиданной сложности.
— Договор с лесными эльфами Мутсуру. В обмен на контракт, делающий их основным поставщиком трав, они дали нам знания, позволившие создать это. — Лингар коснулся голограммы, и круг вспыхнул ослепительным светом. — Щит Столицы. То, что спасло Меруаз от падения. —
Риан почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
— Но война закончилась не победой, — продолжил профессор, — а Миром Арканума. Первым в истории равноправным договором между всеми расами. И именно тогда, — он щелкнул пальцами, и изображение сменилось видом академии "Эридан", — Наша alma mater стала открытой для всего мира. —
В аудитории повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием магических голограмм. — Гэрн стоит на трех китах: традиции, магии и... компромиссах. Да-да, — Лингар усмехнулся, видя недоуменные взгляды, — иногда согнуться — значит выжить. Как наш договор с эльфами. Как мир после Кровавой войны. —
Звонок на перемену прозвучал неожиданно громко.
На следующей лекции — профессор уже сворачивал пергаменты, — мы поговорим о темных страницах: о Шельмгаре и том, почему королевство предпочитает делать вид, что этого города не существует. Приходите — будет... познавательно. —
Когда дверь за Лингаром закрылась, аудитория взорвалась обсуждениями. Риан же продолжал смотреть на медленно гаснущую голограмму Мориноки, города в котором он провел первый месяц своей жизни в этом мире.
Риан только вышел из аудитории, размышляя о лекции Лингара, когда в коридоре перед ним возникла стройная фигура с седыми волосами, собранными в тугой узел.
— Монтеро.
Голос Натали Йорг прозвучал как удар хлыста. Её пронзительный взгляд заставил Риана непроизвольно выпрямиться.
— Директриса Вейнхарт желает вас видеть. Немедленно.
Он почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
— Я... что-то натворил?
Натали лишь приподняла бровь, и серебряный кинжал у её пояса блеснул в свете солнца.
— Если бы это было о нарушении, то вас бы уже выперли из академии. Идёмте.
Её каблуки отстукивали чёткий ритм по каменному полу, пока Риан, сжимая в потных ладонях учебник, следовал за ней через лабиринт коридоров.
Кабинет директора встретил их уютным теплом и запахом старых книг. За массивным дубовым столом, освещённая лучами утреннего солнца, сидела Кейтлин Вейнхарт. Её тёмно-синие глаза, напоминающие океанские глубины, сразу же устремились на Риана.
— А, наш маленький феномен. — Её голос звучал мягко, но в нём явно читались стальные нотки. — Присаживайся. Не бойся, я не кусаюсь... если только не спровоцируешь.
Когда Риан опустился в кресло, его внимание привлекло магическое зеркало, в котором мелькнуло его собственное бледное отражение.
— Твои результаты на последнем экзамене... — Кейтлин достала пергамент, — интересны. Особенно для того, кто три недели назад доказывал, что его обучали эльфы. Для того, кто вырос в деревне эльфов результаты освоения нашей программы весьма посредственны, да ваши показатели контроля маны и практические навыки стали лучше, чем на экзамене, но всё же.
Натали, стоявшая у двери, скрестила руки на груди.
— Либо ты очень глупый эльф, либо кто-то нас обманывает. И у меня есть способ это проверить.
Кейтлин подняла руку, и воздух перед ней вспыхнул сложным узором.
— Покажи мне круг "Шимаруи". Но не тот, что учат в учебниках. — Её глаза сузились. — Покажи мне настоящий эльфийский вариант.
В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем старинных часов.
Риан почувствовал, как его ладони стали влажными. "Откуда она знает?.."
— Ну что, Монтеро? — Кейтлин откинулась в кресле. — Время доказать, кто ты на самом деле.
Риан сжал подлокотники кресла так, что костяшки пальцев побелели. Капли пота скатывались по вискам, а сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно даже Натали, стоявшей у двери.
— Я... — голос сорвался, слова застряли в горле, будто перекрытые невидимой рукой.
Кейтлин не сводила с него ледяных глаз, а Натали скрестила руки, ожидая.
— На самом деле, я был в Мариноке, но... я не оттуда. Я... — он сглотнул, чувствуя, как последняя крупица сопротивления уходит. — Я из другого мира. Не знаю, как это объяснить...
Тишина.
Потом Кейтлин медленно откинулась в кресле, и её губы дрогнули в странной полуулыбке.
— Я так и знала.
Риан моргнул.
— ...Что?
— Прости за допрос, но это было необходимо. — Она перевела взгляд на Натали, которая, казалось, тоже расслабилась. — Ты использовал магию без слов. Без кругов. Как будто она... просто слушалась тебя. Так не умеют даже эльфы.
Тишина в кабинете повисла густая, как дым от только что погасшего светильника. Кейтлин склонила голову, изучая Риана своим проницательным взглядом, в котором читалось не только понимание, но и тень разочарования.
— Почему ты не сказал правду сразу? — спросила она, пальцы медленно постукивая по столу.
Риан сжал кулаки, чувствуя, как предательская дрожь снова подкрадывается к его рукам.
— Эльфы... они сказали, что так будет безопаснее. Для меня. — Он проглотил ком в горле. — Что если я скажу, что я из их деревни, из Мориноки, то... у меня будет хоть какая-то защита. А если узнают, что я... откуда я на самом деле...то могут изучать или вообще запереть в подвале.
Его голос сорвался, и он замолчал, будто боялся, что следующие слова принесут беду.
Кейтлин обменялась взглядом с Натали, стоявшей у двери. В глазах завуча мелькнуло что-то похожее на... одобрение?
— Разумно, — сухо заметила Натали, скрестив руки. — Глупо, но разумно.
Кейтлин вздохнула и отставила кубок в сторону.
— Эльфы Мориноки редко ошибаются в таких вещах, — сказала она, и в её голосе впервые за весь разговор прозвучала нота уважения. — Но теперь ты под нашей защитой. И, поверь, академия Эридан умеет хранить секреты куда лучше, чем кто-либо другой.
Риан опустил голову, его пальцы нервно сжимали край мантии. В кабинете повисла тягостная пауза, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов.
— Значит... вы не... не выгоните меня? — голос его дрожал, словно у ребенка, ожидающего наказания.
Кейтлин рассмеялась — звонко, почти по-дружески, но в ее смехе слышались нотки чего-то большего.
— Выгнать? — она покачала головой, каштановая коса мягко колыхнулась за спиной. — Нет, мы не можем тебя выгнать. Ты иномирец, а значит тебе некуда идти. Академия Эридан заботится о тех, кто потерял свою прошлую жизнь, даже больше, чем о тех, кто ничего не терял.
Она откинулась в кресле, и в этот момент в ее глазах Риан увидел не директора, а что-то другое — Человека, который знает о чем говорит и который верит в свои слова.
— Остается только один вопрос, — продолжила Кейтлин, ее голос стал мягче, но не потерял проницательности. — Как и каким образом ты попал в наш мир?
Риан замер, его взгляд блуждал по кабинету, цепляясь за детали — магическое зеркало, старые фолианты, серебряный кубок с гравировкой. Он развел руками в беспомощном жесте.
— Если честно... я понятия не имею. Как, почему и зачем. — Он сглотнул, пытаясь собрать мысли. — Был выходной день... я собирался на встречу к друзьям. Вышел из дома... потом мне стало плохо, и я упал. А очнулся... — его голос дрогнул, — в поле рядом с Лесом Теней. Там меня нашли два эльфа. Они-то и привели меня в Мориноку, где я... учился основам.
Кейтлин внимательно наблюдала за ним, ее пальцы сложились в замок перед лицом.
— Лес Теней... — она задумчиво произнесла. — Интересно. Очень интересно.
Натали, до сих пор бесшумно наблюдавшая у двери, резко шагнула вперед. Её серебряный кинжал блеснул в свете магических светильников. — Значит, переход был спонтанным? Не ритуал, не артефакт... —
Риан нервно провёл рукой по лицу. — В моём мире... магии не существовало. Вообще. Была просто... наука. Технологии. Никаких порталов, никаких артефактов. —
Кейтлин резко подняла руку, и Риан замолчал на полуслове. — Риан — её голос приобрёл металлический оттенок, — Ты утверждаешь, что сразу понимал наш язык? Без магии перевода? Без каких-либо... подготовок? —
Она сделала паузу, её взгляд стал пронзительным.
— А физика? Ты чувствовал разницу? Воздух, гравитацию, само течение времени? — Её пальцы сжались в кулак. — Опиши свои первые ощущения. Детально. —
Риан почувствовал, как его ладони стали влажными. — Я... дышал тяжелее. Как будто воздух был гуще. —
— Это всё? — спросила Директриса.
Риан молча кивнул.
— А что насчет вопросов? Ты хотя бы сам думал о том почему ты здесь? Возможно, какие-то теории, хоть что-то? — Тон Натали давил на Риана словно она устраивала жесткий допрос
—Я думал об этом, но ответов пока не даже близко не нашел. — Риан прогнулся и ответил на вопросы
— Хорошо, — Директриса слегка разжала пальцы. — Спасибо за откровенность. Я попытаюсь разобраться. Но пока — придерживайся своей версии. И, как прежде, не используй магию без слов и символов.
Она задержала взгляд на нём, словно взвешивая каждое следующее слово.
— До тебя такие маги были. Но редко. Последний из них умер несколько месяцев назад. И я считаю, что это не может быть просто обычное совпадение. Умер единственный маг, который мог использовать магию без вербальной или символьной основы и появляешься ты. Хоть это и выглядит подозрительно, но пока... я склонна тебе верить. —
Кейтлин откинулась в кресле, пальцы сложив домиком перед лицом. Её тёмно-синие глаза, холодные, как глубины северного моря, ещё секунду изучали Риана.
— Хорошо, Риан, — голос её звучал ровно, но в нём чудилась тень чего-то недоговорённого. — Ты можешь быть свободен. Спасибо, что пришёл.
Он кивнул, ощущая, как напряжение медленно спадает с плеч. Дверь кабинета закрылась за ним с тихим щелчком, оставив за спиной тяжёлый воздух невысказанных вопросов.
Занятия прошли в том же ритме, что и последние три недели — ярком, но уже менее активном, словно кто-то перелистывал страницы учебника, не вникая в смысл. Сузуми бубнила заклинания, студенты перешёптывались на задних рядах, а солнце за окнами медленно двигалось к закату, окрашивая аудитории в золотистые тона.
Вечерняя столовая встретила его привычным шумом и гулом голосов. Риан уже собирался присоединиться к компании, когда его окликнул знакомый голос.
— Эй, мечтатель! — Изабель махнула рукой, приглашая за стол, где уже сидели Крис, Ребекка и Эндрю. — Ты сегодня какой-то задумчивый. Опять заснул на лекции по заклинаниям?
Риан фыркнул, стараясь выглядеть непринужденно, и плюхнулся на свободный стул.
— Да нет, просто… мысли.
— Опасный признак, — с едва заметной усмешкой пробормотал Эндрю, отодвигая тарелку с грибами в сторону.
— Может, влюбился? — Ребекка игриво подняла бровь, подбрасывая монетку и ловя ее в воздухе.
— В кого? В привидение из библиотеки? — Риан ухмыльнулся, наконец расслабляясь.
Крис, не отрываясь от книги, вяло поинтересовался:
— А оно хотя бы симпатичное?
Стол взорвался смехом. Даже Эндрю не удержался и слегка усмехнулся.
— Так, хватит болтать о скучном! — Её глаза сверкнули, как отточенные лезвия. — В субботу в Меруазе будут «Хроники Искаженных Струн». И мы все идём.
Крис моргнул, медленно закрывая книгу.
— Это… те самые, что поют про «ветер и путь»?
— Да, гений, — Ребекка закатила глаза. — Только теперь у них магические резонаторы — звук будет пронизывать до костей. Представь: гитары, от которых дрожит земля, и голос, проникающий прямо в мозг.
Изабель присвистнула, играя ножом между пальцев:
— Звучит как повод устроить драку в толпе.
— Только попробуй, — Ребекка оскалилась. — Я лично оторву тебе руки, если испортишь мне концерт.
Риан заинтересованно наклонился:
— Магическое оборудование, говоришь? Это как… усилители, но с рунами?
— Лучше. — Она щёлкнула пальцами. — Звуковые иллюзии, трёхмерные эффекты, даже физический вибрационный удар. В прошлый раз у парня в первом ряду зубы затряслись.
Эндрю, до этого молча ковырявший вилкой в еде, вдруг произнёс:
— Билеты уже куплены?
Все замерли. Даже Крис поднял брови.
— Что, — Изабель фыркнула, — неужели наш угрюмый сладкоежка сам предложил выйти куда-то, кроме библиотеки?
— Я… интересуюсь технологиями, — он пробормотал, но кончики его ушей порозовели.
Ребекка рассмеялась и швырнула в него хлебной коркой:
— Значит, идём. И да — дресс-код: никаких академических мантий.
И пока у одних было обсуждение концерта, другие копались в книгах. Кейтлин Вейнхарт в своем кабинете вместе с Натали Йорг изучали литературу и записи в поисках какой-либо информации на счет таких случаев.
Тишину кабинета нарушал лишь шелест пергаментов и мерное постукивание пальцев Кейтлин по дубовому столу. За окном уже сгущались сумерки, но свечи в магических светильниках горели ровно, отбрасывая дрожащие тени на стопки древних фолиантов. Тяжелые занавески колыхались от ночного ветра, когда Кейтлин Вейнхарт перелистывала страницы древнего фолианта. Чернильные пятна на пергаменте расплывались, словно кровь.
— Ничего, — пробормотала она, проводя рукой по записям. — Ни одного выжившего.
Натали Йорг, сидевшая напротив, отложила очередную папку. Ее седые волосы, собранные в тугой узел, казались почти серебряными в свете магических светильников.
— Последний зарегистрированный случай — двадцать лет назад. Логан д'Аррен.
Кейтлин замерла. В ее темно-синих глазах мелькнуло что-то неуловимое.
— Он был... другом семьи, — сказала она наконец, голос звучал ровно, но Натали заметила, как сжались пальцы Директрисы.
— Согласно отчетам, это был несчастный случай.
— Да. Случай.
Тень скользнула по лицу Кейтлин. Она встала и подошла к окну, за которым уже разгорались огни вечернего Меруаза.
— Риан Монтеро — первый за двадцать лет, кто с такими способностями появился в академии.
Натали аккуратно закрыла папку с отчётом, её пальцы на мгновение задержались на потрёпанной обложке.
— Что будешь делать? — спросила она, изучая выражение лица Кейтлин.
Директриса вздохнула, её пальцы нервно постукивали по столу.— Я поеду в ту деревню... туда, где умер последний человек, способный колдовать без слов. — В её голосе слышались сомнения, но и решимость тоже. — Официально последний случай был двадцать лет назад, но этот... несколько месяцев назад... Он не был зарегистрирован. Мне нужно узнать о нём больше. И о тех, кто жил рядом с ним.
Натали внимательно посмотрела на Кейтлин, затем неожиданно подошла ближе и поправила ей воротник мантии — жест, который сохранился у неё ещё с тех времён, когда Кейтлин была юной ученицей.
— Кейтлин, — её голос звучал мягче обычного, — я знаю тебя с тех пор, как твой отец управлял академией. Ты сомневаешься в этом решении. — Она сделала паузу. — Ты хотя бы знаешь, куда именно тебе нужно ехать?
Кейтлин отвела взгляд к окну, где уже сгущались вечерние тени.— У меня есть... намёки. Обрывки информации. Но не точное место.
— Тогда, может, стоит сначала проверить архивы ещё раз? Или поговорить с теми, кто мог что-то слышать? — Натали скрестила руки на груди. — Бросаться в дорогу без подготовки — не в твоём стиле.
Директриса нахмурилась, но в её глазах мелькнуло понимание.— Возможно, ты права. Но времени мало... Если такие случаи были раньше, есть сейчас, то будут и в будущем. Мне нужно понять, как действовать.
Натали кивнула:— Тогда давай действовать разумно. Сначала — информация. Потом — деревня.
Кейтлин наконец улыбнулась, хотя и устало:— Как всегда, ты меня останавливаешь в нужный момент.
— Кто-то же должен, — Натали пожала плечами, но в её глазах читалась лёгкая усмешка. — Иначе ты бы уже скакала куда-то в ночь на первой попавшейся лошади.
Директриса рассмеялась, и на мгновение в кабинете стало немного светлее. Но за окном ночь уже вступала в свои права, напоминая, что вопросы остались, а ответы — где-то впереди.
Натали покинула кабинет, и тяжелая дверь с глухим стуком закрылась за ней. Кейтлин уже собиралась уходить, когда её внимание привлекла массивная полка с архивными документами поступающих. Что-то необъяснимое заставило её остановиться.
Она провела пальцами по корешкам папок, смахнув слой пыли. Начала с недавних записей — двухмесячной давности, затем месяц, три... Чем дальше углублялась в прошлое, тем сильнее сжималось её сердце.
Когда часы пробили полночь, её руки уже листали пожелтевшие страницы архивной книги 1854 года.
"Четырнадцать лет назад..." — прошептала она, задерживаясь на записи о студенте, чьи результаты выделялись странным дисбалансом.
Отличные теоретические знания. Практика — катастрофически слабая. На экзамене смогла показать лишь несколько заклинаний, да и те... будто выдуманные на ходу.
Кейтлин резко выпрямилась.
Такого не бывает. Ни один абитуриент не смог бы обмануть экзаменаторов выдуманными заклинаниями. Если только...
Она лихорадочно перевернула страницу в поисках имени.
"Мериам Торрен. 17 лет. Раса: человек. Пол: женский. Не принята в связи с недостаточными магическими способностями. Место происхождения: деревня Артдер."
Она замерла. Артдер - ничем не примечательное поселение в двух днях пути от Меруаза. Никаких особых происшествий, никаких упоминаний в архивах. Совершенно обычная деревня, каких сотни в округе.
Но почему тогда эта запись заставила её сердце биться чаще? Кейтлин провела пальцем по строчкам, будто пытаясь найти скрытый смысл. Мериам... Почему это имя казалось знакомым?
Она откинулась в кресле, закрыв глаза. В памяти всплыли обрывки разговоров двенадцатилетней давности. Кто-то упоминал девушку из Артдера... Кто-то говорил о необычных способностях... Но детали ускользали.
Странное совпадение: ещё одна "неспособная" ученица, ещё один случай из прошлого. И снова - никаких официальных записей, никаких следов.
Кейтлин стояла среди разбросанных архивных папок, её пальцы сжимали единственную зацепку — пожелтевший лист с лаконичной записью которую сделала она:
"Маг, практиковавший безмолвное колдовство. Погиб. 2 месяца назад. Место: неизвестно. Личность: не установлена."
Всё. Ни имени, ни конкретного места. Только туманные слухи, дошедшие до академии через цепочку торговцев и странствующих магов.
Она провела рукой по лицу, чувствуя, как усталость давит на виски. Даже архивы академии, хранящие сведения о каждом значимом маге за последние три столетия, не давали ответов. Как будто кто-то специально стёр все следы.
— Не может быть, чтобы не осталось никого, — прошептала она, глядя на карту, разложенную на столе.
Деревня Артдер. Мериам Торрен. "Неспособная" ученица, чьё имя теперь казалось зловеще значимым.
Возможно, это и была разгадка. Если Мериам действительно имела отношение к безмолвной магии... Если её "неспособность" была прикрытием...
Кейтлин свернула карту и потушила свечи. Завтра на рассвете она отправится в Артдер. Пусть даже это последнее, что ей удалось выяснить. Пусть даже шансы ничтожны.
Обновлено: 19.01.2026