Глава 2 — Глава: 2

Глава: 2 Сайго ненавидел обучать молодняк, а еще больше ненавидел водить их на задания. Каждый раз – словно ножом по нервам. Но приказ Главы был железным: не обсуждался и не оспаривался. И тяжесть ответственности за их неопытные жизни лежала на его плечах, как каменная плита. На задании могло случиться все, что угодно. Как сегодня: один едва не сорвался в пропасть при подходе к лагерю, а второй – тот самый торопыга – чуть не провалил все, упустив из виду охранника. Если бы Сайго в последний миг не метнул нож, когда тот потянулся к сигнальному рогу… местное отребье подняло бы тревогу, и вместо чистой операции получилась бы кровавая баня. «Что это за убийцы такие?» – мысль скользнула с горькой иронией. «Пятеро – и не могут бесшумно снять два десятка пьяных в стельку контрабандистов?» Хотя… какое ему, в сущности, дело? Он укажет все в отчете – тупость, небрежность, провалы. Решать будет Глава. Пусть сам разбирается, что делать с этим… расходным материалом. Последнее слово всплыло в памяти – холодное, циничное, как всегда, у Главы. Сайго услышал его не раз. Из ночной тишины внизу, из лабиринта каменных строений убежища, донесся внезапный скрежет стали о сталь, приглушенный крик, потом еще один. Глухой стон. «Значит, заметили. Проснулись». Сайго стоял на уступе скалы над долиной, недвижимый, как часть ночи. «Может помочь или вмешаться?» «Нет…» – ответил он себе про себя спустя пару ледяных секунд. – «Я смогу объяснить Главе свою позицию. Если их всех перебьют тут пьяные контрабандисты… это уже не вопрос квалификации поднимать надо. Это вопрос отбора». Такой исход даже избавил бы его от дальнейших мучений. Жестокая мысль, но честная. Он не был таким всегда. В нем самом когда-то разглядели искру таланта. Но что есть талант без тысяч часов пота, крови, боли? Без испытаний на грани? Правильно. Прекрасная лилия, выброшенная на жгучий мороз. Завянет, не успев распуститься. А они… лентяи. Бездельники. Тепличные растения, не знающие цены жизни – ни своей, ни чужой. Расходный материал. Сайго поднял лицо к луне, холодный свет омывал его черты. Он снял капюшон и полумаску. Обнажились густые волосы цвета пепла и кожу белую, почти фарфоровую, лишенная румянца жизни. Но главное – глаза. Они горели в темноте едва уловимым, ядовито-зеленым огнем – следствие магической адаптации, дарованной Кланом для видения во тьме. Сейчас в них читалась лишь усталость и глухое раздражение. Звуки боя стихли так же внезапно, как начались. Глубокая, гнетущая тишина накрыла долину. «Все? Значит, справились. Что-то долго». Слишком долго для элементарной зачистки. Беззвучно, как тень, Сайго сорвался со скалы. Его фигура сливалась с мраком, лишь легкий шелест ткани выдавал движение. За пару секунд он преодолел несколько десятков метров и оказался на покатой крыше самого большого склада. Отсюда, как на ладони, было видно убежище. Его подчиненные копошились внизу, как черные муравьи: стаскивали трупы в кучи, таскали хворост, лили на стены и землю липкую, черную смолу из бочонков. Вонь стояла невыносимая – смесь крови, смолы и горечи небесной травы. – Брат Сайго. – Голос позади был осторожным, держался на почтительном расстоянии. Это был тот самый парень, что проморгал охранника. Он подобрался по коньку крыши. – Информация подтвердилась. Все склады… забиты травой до потолков. К тому же нашли цех для переработки. Оборудование почти новое. Сайго не поворачивался. – Есть потери? – спросил он ледяным тоном, глядя вниз на суету. – Нет. Но… брат Шен ранен. Сломаны ребра. – Где он? – В главном доме. В столовой. «Ясно.» Сайго наконец обернулся. Его зеленые глаза-факелы уперлись в лицо юноши. Тот невольно отступил на шаг. – Готовьте все к уничтожению. Соберите ценности – деньги, ценности. Траву не трогать. Она хорошо горит. Не дожидаясь ответа, Сайго шагнул с крыши вниз, в узкий дворик. Его приземление было бесшумным. Он вошел в зияющий дверной проем столовой. Воздух был спертым, пахло прокисшей едой и… страхом. У дальней стены, поджав ноги и сжимая бок, сидел в черном Шен. Лицо под капюшоном было серым от боли, пот стекал по вискам. Рядом с ним возился другой убийца, пытаясь наложить импровизированную шину из обломка стола. – Как? – Сайго остановился перед раненым. Его голос был ровным, но каждый слог резал как лезвие. Шен лишь застонал, не в силах говорить. Его напарник, Кунл, нервно ткнул пальцем в угол. Там, среди опрокинутых скамеек, лежал груда мяса и костей – огромный верзила в грязной кожанке. В его мертвой руке все еще сжимался увесистый деревянный молот, обмотанный ржавой цепью. Горло громилы было перерезано аккуратно, одним движением, но порез оказался недостаточно глубоким. – Противник был слаб, – процедил Сайго, его взгляд скользнул с мертвого громилы на Шена. – Никакой магии. Никаких усилений. Только тупая сила. И ты умудрился подставиться под его удар? Под холодным взглядом наставника у Шена побежали мурашки, он съежился. Сайго тяжело, почти раздраженно вздохнул. Его рука скользнула за пазуху черного одеяния, извлекла маленький глиняный пузырек с кроваво-красной жидкостью. Он бросил его раненому. Тот едва поймал. – Выпей. Тебе еще спускаться. Если, конечно, ты хочешь жить? – в голосе Сайго звучал невысказанный укор: Ты и так уже стоил нам времени и риска. Шен радостно, сквозь боль, кивнул и жадно отхлебнул из пузырька. Цвет сразу начал возвращаться к его лицу. Сайго развернулся и вышел обратно во двор. Вонь смолы и горящей травы стала еще сильнее. Черная, зловонная жидкость почти хлюпала под ногами. Трупы контрабандистов исчезли – их скинули в здания, которые должны были стать их погребальными кострами. По его свисту, резкому и короткому, словно крик ночной птицы, к нему тут же метнулись остальные. Шен вышел следом, опираясь на Кунла, но держался – эликсир работал. Старший группы – тот самый нерасторопный парень с крыши – почтительно протянул Сайго факел, густо обмазанный смолой. Куратор лишь презрительно отмахнулся. Он наклонился, подобрал с земли обычный, кулак величиной, булыжник. Сжал его в ладони. Мускулы на предплечьях напряглись под тканью. Камень затрещал, по его поверхности поползла сеть тонких, светящихся изнутри трещин. Из них повалил едкий дымок, и вдруг… Пиуу! – камень устремился в воздух. Яркая, бело-желтая искра, видимая невооруженным глазом, вырвалась наружу и устремилась вниз, к ближайшей луже смолы у входа в главный склад. Мгновение – и убежище вспыхнуло. Не постепенно, а сразу, яростно. Огненные языки взметнулись к небу, пожирая смолу, сухое дерево и тонны запретной небесной травы, с громким шипением и треском. Жар волной ударил в лицо стоящим на отдалении. Оранжевое зарево осветило каменные лица убийц и бесстрастное лицо Сайго. Его зеленые глаза отражали пляшущее пламя, но в них не было ни тепла, ни удовлетворения. Только завершенная работа. Он повернулся спиной к костру апокалиптических масштабов. Его тень, гигантская и черная, легла на испуганные лица молодых убийц. – Миссия завершена, – его голос перекрыл гул огня, холодный и четкий. –Возвращаемся домой. Шен, если отстанешь – мы тебя оставим. – Раненный опустил глаза в пол, с мертвецким выражением лица. И он шагнул в ночь, не оглядываясь, не проверяя, идут ли за ним остальные. Они были расходным материалом. Но пока они были живы – то должны приносить пользу.