**Глава 5. Свинцовый урожай**
— Коробка патронов для дробовика, коробка 9-миллиметровых… В моем пистолете вроде тоже девятый калибр?
Танг Пин, не будучи экспертом, просто вынул магазин и приложил патрон. Подошел идеально. Он тут же принялся снаряжать обоймы. В игре такая пачка содержала бы всего пять-шесть штук, но суровая реальность одарила его полноценной коробкой на двадцать патронов. Если не стрелять «в белый свет, как в копеечку», этого хватит, чтобы разнести небольшую стоянку дикарей.
А что на дне контейнера?
— Серьезно? Один мусор…
Перепутанные провода, ржавые болты, покусанная кем-то батарейка, песок и осколки лампочек. Танг Пин даже не знал, как к этому подступиться. Впрочем, выход нашелся быстро — он просто с размаху пнул контейнер, вываливая содержимое на песок.
О загрязнении окружающей среды он пообещал подумать как-нибудь потом. Перед смертью.
— Труба, проволока, изолента, опилки… голова черепахи? Нахрена тебе голова черепахи? — Танг Пин брезгливо зашвырнул черепашью запчасть в океан.
Но, как ни странно, в этой куче хлама нашлись детали для творчества. Пошаманив немного с изолентой и обломками, он соорудил нечто, отдаленно напоминающее холодное оружие.
Стальная труба, насаженная на длинную палку и намертво примотанная скотчем. Длина — больше метра. На конце он закрепил головку от тросомета (нашел в соседнем ящике). Остроты никакой, зато прочность запредельная. А если обмотать верхушку колючей проволокой, которую он тоже выудил из мусора… Получилось нечто среднее между булавой апокалипсиса и копьем карателя.
Стиль выбивался из общей канвы острова. Не примитив и не хай-тек, а чистый Fallout.
— Хе-хе-хе… Если приложить этим по кумполу, синяком дело явно не ограничится, — Танг Пин с хищной улыбкой взвесил «артефакт» в руке.
Стоит признать, покойному коллеге с припасами повезло куда больше, чем Танг Пину в начале пути. Энергетики, снеки, сухпайки и даже спиртное. После ревизии выяснилось, что провизии хватит на пару дней плотного жора.
Самым ценным приобретением, пожалуй, был брезент. В игре из него делали временные убежища и точки сохранения. Танг Пин хмыкнул: «сохраняться» ему было не нужно (жизнь одна, до следующего мира), но комфорт лишним не бывает.
Правда, натянуть брезент на палках — это не отель «Хилтон». От дождя спасет, но спина на камнях спасибо не скажет. С другой стороны, если подстелить красную ткань… Ноль, умноженный на два, всё равно остается нулем. Комфортнее не станет.
Главное — теперь у него был рюкзак. Танг Пин забил его до отказа: еда, напитки, скрученный брезент, изолента. По бокам он заткнул пару крепких веток, а самодельное копье просунул между спиной и лямками.
— Тяжеловато… — прохряхтел он, но шаг его остался легким.
Четыре года странствий не сделали его мастером боевых искусств, его стиль оставался стилем «уличного подлеца» — эффективно, грязно и без правил. Но вот выносливости у него мог бы позавидовать любой атлет. Его тело было жилистым и крепким — не гора мышц, но и не мешок с костями. В африканской саванне он, конечно, не завалил бы прайд львов, но пару гиен перед смертью прихватил бы с собой.
Гиены сдохнут насовсем. Танг Пин просто переродится. Итого — выгодный обмен.
— За горами, за лесами… я иду за чудесами! — загорланил он на весь лес, коверкая мотив какой-то старой песенки. Рифма была так себе, но для поднятия духа сойдет.
Он шел по лесу, размахивая своей чудо-палицей, словно вел за собой невидимую армию. Кусты, имевшие неосторожность встать на пути, получали безжалостный удар, и из них — точь-в-точь как в игре — выпадали идеально прямые ветки.
Танг Пин подбирал их. Даже без «бездонного инвентаря» он мог нести связку дров. А когда руки занимались — просто втыкал их в землю. Магия этого мира работала безотказно: ветка входила в любую поверхность, будь то песок, камень или русло ручья, и замирала там, будто приклеенная. Пнешь — не упадет. Только если специально вытащить.
Используя эту фишку, можно было за пару минут соорудить непреодолимый частокол вокруг стоянки.
По пути он не забывал собирать ягоды и грибы. В фитотерапии Танг Пин немного смыслил: ядовитое растение или нет, он определял безошибочно — просто пробовал на вкус. Раз это игра, здесь должен быть «хил». Трава плюс алоэ равно лечебная смесь. Рецепт он помнил смутно, но алоэ и в Африке алоэ — даже в чистом виде оно немного восстанавливало здоровье. Лучше иметь запас, чем подыхать в муках. Смерть — штука болезненная, особенно если она затягивается на часы.
— О-у-у-ва!
— Твою ж налево! — подпрыгнул Танг Пин.
Он как раз со всей дури охаживал очередной куст, когда оттуда с истошным воплем вылетело нечто. Существо, похожее на человека, но двигающееся на четвереньках, как обезьяна, получило палицей прямо по хребту и теперь улепетывало со всех ног.
Танг Пин, чьё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, разразился отборной бранью. Смелости ему было не занимать, но когда из травы прямо под ногами с визгом вылетает такая дрянь, вздрогнул бы и сам бог войны.
Быстро придя в себя, он уже занес оружие для удара, но «нечто» оказалось быстрее. Это тоже был дикарь, но другого вида — «грязнуля», который предпочел бегство честной драке.
Обновлено: 02.02.2026