Глава 27 — Глава 27. Персона нон грата

**Глава 27. Персона нон грата** Разумеется, в школьные годы Мэн Фань не раз срывал попытки Чэнь Синя признаться в любви, действуя то хитростью, то грубой силой. Лин Ложань поступила в институт кинематографии, но, по слухам, даже после выпуска её карьера не задалась — она перебивалась эпизодическими ролями. Странно, учитывая её потрясающие внешние данные. Неужели в шоу-бизнесе стало так сложно пробиться без покровителей? — Нини, братику нужно спуститься на встречу с одноклассниками, — сказал Мэн Фань, поворачиваясь к девочке. — Поиграй пока с сестрицей Чэнь Синьжань, будь умницей. — Не хочу! — Нини котенком прыгнула на него, вцепившись в шею. — Хочу с братиком! Я боюсь, вдруг старый нищий вернется! — Нини, послушай, — мягко отстранил её Мэн Фань. — Здесь абсолютно безопасно. Никто тебя больше не обидит. Только после долгих уговоров девочка неохотно разжала объятия. Мэн Фань собрался выходить, но его остановил голос Чэнь Синьжань: — Пред... Председатель, я взяла на себя смелость купить и вам пару комплектов одежды. Примерьте, пожалуйста. На ваших брюках... кажется, грязь. Мэн Фань посмотрел вниз. Действительно, на штанине остались грязные следы от маленьких ручек Нини, когда она в панике цеплялась за него при первой встрече. Девочка тоже это заметила и, залившись краской, закрыла лицо ладошками: «Я в домике, меня нет, я ничего не видела...» Переодевшись в новенький костюм от Армани, Мэн Фань покрутился перед зеркалом. Надо отдать должное Чэнь Синьжань — глаз у неё был алмаз. Костюм сидел как влитой, подчеркивая ширину плеч и скрывая недостатки. — Дворецкий Чэнь, вы просто волшебница! — искренне восхитился Мэн Фань, выходя из гардеробной. — Как будто с меня мерки снимали. — Дизайн одежды — это моё хобби... — застенчиво улыбнулась девушка, опустив глаза. В университете у неё не было парня, и она до сих пор смущалась от мужских комплиментов. Мэн Фань вышел из президентского люкса и зашагал по широкому коридору. В голове всё еще не укладывалось: он только что купил «Цзиньчэнь Гранд Отель». Пусть «Система Божественного Богатства» исчезнет, но этот актив — реальный, осязаемый — останется с ним. Он огляделся. На тридцать пятом этаже располагалось всего три таких люкса, как у него. Отделка коридоров, выбор мебели, ковры, поглощающие звук шагов — всё кричало о безумной роскоши. Оставшись один, он провел рукой по фактурным обоям, подошел к панорамному окну у лифта. С высоты тридцать пятого этажа весь город Бэйнин лежал как на ладони. Люди внизу казались суетливыми муравьями, на школьном стадионе вдалеке виднелись крошечные фигурки бегунов, а гигантское колесо обозрения в парке развлечений выглядело игрушечным. *Дзынь!* Двери лифта разъехались. Мэн Фань вошел в кабину и нажал кнопку четвертого этажа. ... Четвертый этаж, VIP-зал 7777. Время шло, и в просторном помещении собралось уже двенадцать человек. — Дорогие мои! — вещал с председательского места мужчина в возрасте, отхлебывая чай. — Как же приятно видеть, что вы все выбились в люди. Сердце учителя радуется! Это был Лю Цинчэн, их школьный классный руководитель. — Ваше здоровье всё такое же крепкое, учитель Лю! Мы искренне рады за вас! — поддакнула Чжао Линь. В школьные годы Лю Цинчэна, мягко говоря, недолюбливали. Кроме старосты, который был его верным подпевалой, остальные ученики терпеть не могли этого лицемера. За глаза его звали «Белолицым Буддой» — и вовсе не за доброту, а за то, что он любил читать морали, а Мэн Фаня, главного бунтаря класса, величал «дикой обезьяной», намекая на Сунь Укуна, которого Будда усмирил. Впрочем, детские обиды забылись. Теперь все они были взрослыми людьми, и мало кто хотел ворошить прошлое. — А где этот ваш хулиган, Мэн Фань? — спросил Лю Цинчэн, закидывая в рот арахис. — Как он, всё такой же бестолковый? — Он? Да он до сих пор работу найти не может, — охотно отозвался кто-то из одноклассников. — Чжан Синьсинь говорила, что видела его на четвертом курсе — его тогда девушка бросила, жалкое зрелище! Лю Цинчэн довольно причмокнул, словно получил подтверждение своей правоты: — Я же говорил! Мэн Фань парень не глупый, раз в хороший вуз поступил, но характер... Слишком наглый, слишком дерзкий! В школе — вечные драки, разборки, скандалы. И вот итог: диплом есть, а толку нет. Полное ничтожество! Один из парней, худой очкарик, сидевший в углу, открыл было рот, чтобы возразить, но его опередил Чэнь Синь: — Верно, учитель Лю зрит в корень! Мэн Фань — гнилой человек. В школе он даже меня бил, своего одноклассника! А ведь я его пальцем не тронул! Слова Чэнь Синя стали сигналом для остальных. Девушки защебетали, наперебой вспоминая «грехи» Мэн Фаня: — Точно! Он у меня ручку отобрал как-то! (Хотя на самом деле Мэн Фань просто одолжил её, чтобы быстро дописать тест, и потом вернул, но в её памяти это превратилось в грабеж). — А мне он юбку задирал! — И меня он бил! Половина присутствующих просто поддалась стадному чувству, а вторая половина откровенно лизала задницу Чэнь Синю. Все знали: семья Чэнь Синя владеет компанией «Тяньду Медиа», а сам он после выпуска занял кресло вице-президента. У него было 5% акций, подаренных отцом, и годовой доход за двадцать миллионов. Чэнь Синь с самодовольной ухмылкой наблюдал за этим спектаклем. Почти все, кроме того молчаливого очкарика, поливали Мэн Фаня грязью. Чжан Ци, сидевший рядом, наклонился к его уху: — Молодой господин Чэнь, да куда этому нищеброду до вас? Сейчас придет Лин Ложань, вы сделаете ей предложение прямо у него на глазах, и он лопнет от зависти! Ха-ха! В школе весь класс знал, что Мэн Фань сохнет по Лин Ложань — все, кроме самой Лин Ложань, разумеется. А Чэнь Синь, будучи его соперником и не раз получавший от него по шее, затаил злобу на долгие годы. Этот вечер должен был стать его триумфом. — Ваш класс... — продолжал распинаться Лю Цинчэн, — я с первого дня знал, что далеко пойдет именно Чэнь Синь. И не ошибся! Сразу после вуза — в топ-менеджмент «Тяньду Медиа»! А теперь — целый вице-президент! Давай-ка, учитель выпьет чаю за твой успех вместо вина! Лю Цинчэн с пафосом поднял чашку. Чэнь Синь, внутренне ликуя, притворно замахал руками: — Ну что вы, что вы, учитель! Один день учител — всю жизнь отец! Вы наш наставник, это я должен вам кланяться! — Эх, вот это воспитание! — умилился Лю Цинчэн. — Не то что этот Мэн Фань, который чуть ли не с кулаками на учителей кидался! ... Лифт мягко остановился на четвертом этаже. Мэн Фань шагнул в холл и нос к носу столкнулся с парой, выходившей из соседней кабины. Он присмотрелся и замер.