Том 7 Глава 22 — 22

All those days Watching from the windows All those years Outside looking in All that time Never even knowing Just how blind I've been Now I'm here Blinking in the starlight Now I'm here Suddenly I see Standing here It's oh so clear I'm where I'm meant to be And at last I see the light And it's like the fog has lifted And at last I see the light And it's like the sky is new And it's warm and real and bright And the world has somehow shifted… All at once Everything looks different Now that I see you* (I see the light — Tangled) ДРАКО Я сквозь вязкую дрему слышал, как она встала. Но к тому моменту, как я проснулся и смог, наконец, разлепить глаза, чтобы оглядеться, в комнате снова был я один. Я рывком поднялся на ноги, окончательно стряхивая с себя остатки сна. Куда она исчезла? Она что, намеренно пытается покончить с собой? — Клянусь, — сердито проворчал я, сжимая руки в кулаки. — Если она снова где-нибудь заблудилась, я не… Я умолк, когда моих ушей вдруг достиг чей-то голос. Он раздавался далеко и приглушенно из-за тумана, который все еще висел над полем, но, несомненно, принадлежал человеку. И мне был знаком этот голос. И знакомо то имя, которое он повторял. — Гермиона! Гермиона, где ты? Это был Поттер. Я рванулся к навесу и стремительно убрал с пути свисающие ветви. Однако из-за плотной мглы я был не в силах что-либо разглядеть. Голос Поттера раздался снова. — Гермиона? И вдруг… — Гермиона, ты здесь? Это был Уизли. Нас нашли. Я порывисто выскочил из комнаты, плечами распихивая тяжелые ветви, и погрузился в тень, нависшую над полем; я понесся в ту сторону, откуда доносились голоса. Я знал, что настанет тот момент, — уже после того, как я выберусь из этой Комнаты, — когда я буду злиться на самого себя за то, что побежал навстречу Поттеру и Уизли, но сейчас меня ни на йоту не волновало, кто именно нашел дверь. Все, что я знал наверняка — что я хочу выбраться отсюда. Я пробирался сквозь высокую траву и туман, практически вслепую следуя в том направлении, откуда доносились крики. К счастью, голоса не смолкали, а становились лишь громче и ближе, хоть я и не всегда мог различить, что именно они говорили. И вдруг я услышал ответ. — Я здесь! Гарри! Рон! Мы с Драко здесь! — Ее голос, в котором сквозило громадное облегчение, эхом пронесся по всему полю. Она обогнала меня, и теперь бежала где-то с правой стороны. Я резко повернул голову в ее сторону, однако скорость не сбавил. Туман все сгущался. Я продолжал бежать. Но тут… — Берегись, Гермиона! Не приближайся! — Закричал Поттер откуда-то из темноты. — Гермиона, остановись! — Взмолился Рон. — Это ловушка! И вдруг мгла растаяла, и я увидел, что все это время несся через лес. Я резко остановился, переводя сбитое, тяжелое дыхание. — Нет. — Хрипло выдохнул я. — Нет, нет, нет… Мой взгляд выхватил какое-то резкое движение с правой стороны. Я обернулся. Гермиона, чьи волосы развевались за спиной от порывистого ветра и стремительной скорости, неслась вниз, мимо деревьев, прямо к небольшой полянке… Где на земле, спина к спине, сидели Поттер и Уизли, чьи тела были туго переплетены черной веревкой. На лицах обоих отчетливо виднелись синяки и кровоподтеки, губа Уизли была разбита… Гермиона громко вскрикнула. — Что с вами случилось?! Как вы сюда попали? — Гермиона, на объяснения нет времени! — Выдохнул Поттер, подаваясь в ее сторону в попытках приблизиться; зеленые глаза горели лихорадочным беспокойством. — Уходи. Сейчас же. Давай, Гермиона — уходи отсюда! — Я вас не брошу! — Она бросилась к ним и вцепилась в толстую веревку, пытаясь ее ослабить. — Круцио! Вдруг в ее грудную клетку врезался невидимый кулак, и она резко отлетела назад. И тут же пронзительно закричала, скорчившись на земле. Поттер и Уизли принялись яростно извиваться и дергаться, пытаясь освободиться из связывавших их пут. Отяжелевшими ногами я сделал шаг вперед. Я понятия не имел, что собираюсь делать или что вообще происходит, но… Я нахмурился и опустил взгляд. Мои ноги двигались, но сам я не мог сделать и шага. Сердце начало отсчитывать громкие удары. Я порывисто протянул вперед руку, надеясь ухватиться за дерево и таким образом переместиться, —, но я не мог до него дотянуться. Я вообще не мог двинуться вперед. — Ну же, давай! — Стиснув зубы, прорычал я. — Давай же… Нет! Мучительный крик Гермионы превратился в удушливые, захлебывающиеся рыдания. Я снова поднял взгляд. И похолодел. Прямо к лужайке направлялся чей-то высокий, темный силуэт. Он ступал очень мягко и бесшумно, постепенно приближаясь, и его шаги сопровождались звуком шелестевшей позади него мантии. В правой руке он держал узкую, длинную трость. Я бы где угодно узнал этого человека. Это был мой отец. Гермиона приподняла голову и увидела, что он подходит все ближе. Она принялась отчаянно цепляться за землю в попытках отыскать что-нибудь, что помогло бы ей подняться на ноги. Поттер и Уизли, которые все еще безуспешно сражались с веревкой, заорали, чтобы она немедленно поднималась и бежала прочь. Я почувствовал, как сдавливает грудную клетку, и резко прижал руку к сердцу. И вдруг непроглядную тьму прорезал луч света, пробивавшийся через голые дерева. И высокая фигура сделала еще один шаг, погружаясь в это сияние. Это был не мой отец. Это был я. От неожиданности я замер; лицо вытянулось от удивления. Моя точная копия была такой же высокой и так же широка в плечах, как и я, но позади нее, по земле, волочились полы черной мантии, а лицо и волосы были мертвенно бледными. Мои собственные глаза на его лице заставили мой желудок скрутиться. Они были совершенно черные. Другой вариант меня, двигавшийся с гибкой змеиной грацией, остановился в нескольких шагах от Поттера и Уизли. Его губы изогнулись в кривоватой улыбке. — Здравствуй, Грейнджер. Гермиона завизжала. Этот звук вонзался в мою кожу тысячами иголок, буквально впечатывался в мозг. Никогда прежде я не слышал ничего подобного — даже тогда, когда на нее напали змеи. Это была совершенно жуткая смесь страха, беспомощности, невероятного ужаса, которая вырывалась из ее нутра, прогрызая себе путь наружу. Но самое кошмарное заключалось в том, что причиной этому был я. Это была лишь точная копия, но все же я. Я в замешательстве задержал взгляд на ее лице. Оно было бледным, как снег, и она смотрела на другого меня так, словно пред ней была сама Смерть. Вцепившись в землю ногтями, она отползла назад, пока ее плечи не впечатались в дерево; карие глаза широко распахнулись. Мой двойник негромко рассмеялся, будто увидел что-то забавное. Он покачал головой. — Ты и представить себе не можешь, как долго я этого ждал. — Произнес он. — Схватить вас троих здесь, да еще и одних, когда никто не знает, куда вы пропали. — Отвали от нее, Малфой! — Рявкнул Уизли, изворачиваясь и изо всех сил пытаясь дотянуться до моей мрачной версии, чтобы сбить с ног или хотя бы пнуть. Мой черноглазый двойник так стремительно ударил Уизли в лицо, что я даже не успел это увидеть. Просто по жуткому лесу вдруг прокатилось эхо звонкого, резкого удара. — Нет! — Вскрикнула Гермиона, и по ее лицу потекли слезы. — Хватит, не трогай его! Моя копия тут же метнула в ее сторону плотоядный взгляд. — О, не волнуйся. Он ничего не почувствует. — Произнеся это, он резко развернулся, из-за чего полы его мантии колыхнулись следом, и упер конец своей палочки в грудь Уизли. Слегка наклонившись к рыжему, он растянул губы в ленивой полуулыбке. — Авада Кедавра. Тело Уизли моментально обволокло зеленоватое сияние. На секунду оно напряглось, будто в судороге, но уже через секунду тяжело рухнуло на землю; глаза стали совершенно пусты. Поттер протяжно и громко взвыл — так, словно кто-то вырвал ему ребро. Гермиона бросилась на землю и, рухнув на колени, отчаянно завопила, то и дело повторяя имя Уизли. Я моргнул. Это неправда. Все это неправда! Неужели она не понимает? — Грейнджер. — Глухо проговорил я, повышая голос. — Грейнджер, не надо… Но никто не замечал меня. Как будто я снова превратился в невидимку. — Перестань, хватит! — Взмолилась Гермиона, бившаяся в истерике и давившаяся рыданиями. — Умоляю, не трогай Гарри! Что тебе нужно? Скажи, чего ты хочешь, и я сделаю все, о чем ты попросишь… — Но ты уже это сделала! — Моя темная версия издала довольный смешок.- Разве ты не видишь? Я завел тебя в эту Комнату и все это время ждал своего часа, — ждал, когда твои безмозглые дружки помчатся тебе на помощь. — Мой клон с дьявольскими глазами убрал свою палочку и выудил из складок своей мантии длинный нож. О, нет — нет, она не должна это видеть. Даже если я и ненастоящий — я отказываюсь на это смотреть. — Сейчас же прекрати, ублюдок. — Прорычал я. — Я не знаю, что ты за тварь, но ты не посмеешь сделать что-нибудь… — Нет! — Гермиона издала пронзительный вопль. — Нет, не делай этого! — После всех этих лет, после всех тех мучений, которые мне пришлось из-за вас вынести. — Произнес двойник в черной мантии, грубо хватая Поттера за волосы правой рукой. — Единственное, что терзает меня теперь — оставить ли свой ценный нож между его ребер, или же потрудиться и стереть с лезвия его грязную, паршивую кровь. — И вдруг этот призрак, так похожий на меня, одним резким движением вонзил лезвие прямо в сердце Поттера. Гермиона рухнула и уткнулась лицом в землю, безудержно, надрывно вопя. — Гермиона! — Проревел я, отчаянно пытаясь сдвинуться хоть на сантиметр. — Гермиона, не верь ему! Поттер, захлебываясь своей кровью, повалился на бок, цепляясь за Уизли. Мой темный двойник, даже не вынув нож из его груди, медленно и плавно, словно хищная кошка, направился к Гермионе. Никогда прежде я не видел таких черных глаз — глаз, в которых сквозила еще большая ненависть, чем в глазах моего отца. Он медленно двигался к ней, опустив голову и ледяным взглядом пригвождая к тому месту, где она лежала. Совершенно ошеломленный происходящим, я продолжал стоять на том же самом месте. Неужели в ее сознании я был именно таким? Неужели она действительно верит, что это я? — Это чушь! — Закричал я, но стоял слишком далеко. — Отвали от нее — ты слышишь? — Великолепная идея, признай. — Торжествующе проговорил двойник, нависая над Гермионой. Повысив голос, он поднял взгляд и обвел взглядом лес. — Комната? Мне нужно место, где я мог бы спрятать три тела… — он кровожадно ухмыльнулся, снова переводя взгляд на нее. — Где их никогда не найдут. Я рвано втянул носом воздух и стиснул зубы, когда другой я грубо пнул ее ногой, подталкивая. — Встань, грязнокровка. Сейчас же поднимайся и смотри мне прямо в глаза, пока я буду убивать тебя. Гермиона не подняла голову. Она лежала, скорчившись, и ее тело содрогалось от рыданий. Мой двойник нагнулся, с силой схватил ее за волосы, впиваясь ногтями в кожу ее головы, и резко потянул вверх. Она прижала ладони к груди, и ее лицо скривилось от резкой боли где-то в затылке. Она заскулила и сжалась в его руках. Он склонился к ее заплаканному лицу, вперив конец волшебной палочки в ее подбородок. Мое сердце стремительно ухнуло вниз — я зажмурился и вытянул вперед обе руки. Глубоко вдохнув, я открыл глаза и произнес единственное заклинание, которое пришло мне в голову. — Фините Инкантатем! Из моего тела вдруг выскользнула пульсирующая, колеблющаяся энергия, из-за чего все вокруг задрожало и покрылось волнистой рябью. Мои ноги тут же почувствовали твердость земли. Я сделал тяжелый шаг вперед. Было ощущение, будто я пробираюсь сквозь густую, липкую грязь, но все же я двигался. Я рванулся вперед, постепенно набирая скорость, и мой клон вдруг заколыхался, покрываясь трепещущими волнами, а спустя секунду полностью растворился. Как и тела Поттера и Уизли. Я резко затормозил перед Гермионой, которая тут же подалась мне навстречу. Я почувствовал на себе ее цепкие руки. Она вскинула голову. И повисла тишина. И вдруг она набросилась на меня с кулаками, почти сумев заехать по лицу. — Отпусти меня! — В порыве слепой, всепоглощающей ярости прорычала она. — Отпусти меня, ты, монстр! — Гермиона, подожди. — Я поймал ее руки. — Подожди, остановись! Это я… — Ты убил их, убил! — Кричала она, отчаянно пытаясь вырваться. — Пусти! — Грейнджер, остановись! — Рявкнул я. — Посмотри на меня! Она застыла и распахнула свои карие глаза, которые в эту минуту горели лихорадочным блеском. Она пристально вгляделась в мое лицо. Я чуть ослабил хватку, по-прежнему держа ее за запястья, и приподнял брови. — Это я. — Снова проговорил я, на этот раз тише.