Глава 27 — Глава 16. Муж, пришло время учиться

Лю Юйжу спокойно посмотрела на Гу Цзюсы, который, казалось, был в полной растерянности. Выражение ее лица было невозмутимым, а заплаканные глаза - неописуемо спокойными. Именно такое самообладание заставило Гу Цзюсы почувствовать себя немного напуганным. Удар мечом по его шее был несущественным - он мог успеть заблокировать удар. Чего он боялся, так это нынешнего состояния Лю Юйжу. Гу Цзюсы искренне верил, что нынешняя Лю Юйжу готова была рискнуть даже собственной жизнью в этом вопросе. Теперь, зная, в какое отчаяние привел ее брак с ним, он не осмеливался рисковать вызвать ее гнев шутками. Если то, что она сказала, было правдой… Это означало бы, что ей действительно нравился Е Ши’ань, верно? Чувство вины нахлынуло на него, когда эта мысль промелькнула в его голове, и он почувствовал себя довольно беспомощным. Он хотел сказать ей, что готов помочь свести ее и Е’Шианя вместе, но боялся ляпнуть что-нибудь не то. После долгих раздумий он, запинаясь, пробормотал: - Т-ты... положи меч. Давай не спеша всё обсудим. - Мы можем поговорить дома, - просто сказала она. От ее слов у Гу Цзюсы раскалывалась голова. - Хорошо. Мы поедем домой. Возвращаемся сейчас же. Лю Юйжу вложила меч в ножны, поднялась на ноги и почтительно отошла в сторону. Гу Цзюсы одернул свою одежду. Лю Юйжу настороженно посмотрела на него. Когда Гу Цзюсы посмотрел на нее, она выглядела как нежная, добродетельная жена. Он потянулся и направился во внутреннюю комнату. «Что ты делаешь?» - спросила Лю Юйжу. «Хочу переодеться», - со вздохом ответил Гу Цзюсы. Не будучи уверенной, может ли Гу Цзюсы ускользнуть во время переодевания, Лю Юйжу схватила его за рукав и решительно сказала: - В этом нет необходимости. Дома тебя ждет свежий комплект одежды. Давай сразу же вернемся. Лю Юйжу направилась вниз по лестнице, таща Гу Цзюсы за рукав. Гу Цзюсы вздохнул и последовал за ней. - Почему ты такая нетерпеливая? Смена одежды не займет много времени. Тебе обязательно так вести себя? Лю Юйжу ничего не сказала. Гу Цзюсы почувствовал, что на него направлено множество пристальных взглядов. Чувствуя себя довольно неловко, он набросился на зевак: «На что вы все таращитесь?! Смотрите, не ослепните сами!» Зрители подавили смех. Они быстро отвернулись, всё равно украдкой бросая взгляды в их сторону. Гу Цзюсы чувствовал себя так, словно за один день потерял всю свою репутацию. Когда они с Лю Юйжу садились в экипаж, он не смог удержаться от ворчания: - Ты могла бы просто приехать сама. Я не из тех, кто не прислушивается к уговорам. Но ты привела с собой огромною свиту, не подумав о моей репутации. - Тебе все еще нужна твоя репутация? Лю Юйжу подняла глаза, чтобы посмотреть на него. Гу Цзюсы был сбит с толку. - Разве нет? - Не в ближайшем будущем. Лю Юйжу бросила ему экземпляр «Аналектов Конфуция» и вежливо сказала: - Прочти это. С этого дня перестань так часто выходить на улицу, сосредоточься на своей учебе. Когда станут известны результаты Е’Шианя, тебе придется соответствовать его достижениям. Ты не можешь показать себя хуже него на будущих экзаменах. - Лю Юйжу, - взволнованно произнес Гу Цзюсы, - неужели ты такая тщеславная? Тебе так сильно нравится сравнивать себя с другими? Какое отношение ко мне имеют результаты его экзаменов? Лю Юйжу холодно улыбнулась. - Если бы я не вышла замуж за тебя, я была бы госпожой Е. Гу Цзюсы на мгновение потерял дар речи. Он знал, что Лю Юйжу сказала правду, но всё равно его это расстроило. Он отбросил книгу в сторону и проворчал: - Я не хочу с ним соревноваться. - Потому что ты думаешь, что не сможешь победить его, верно? Лю Юйжу наклонилась, чтобы поднять книгу, и смахнула пыль с ее обложки. - Не важно. Я все равно не ожидаю, что ты его победишь. На мгновение воцарилась тишина. - Раньше я чувствовал себя немного виноватым, - сердито сказал Гу Цзюсы. - Но после того, как я услышал твои слова, у меня не осталось ни малейшего чувства вины. Лю Юйжу взяла виноградину и, опустив глаза, очистила ее от кожуры. - Все в порядке, меня не волнует твоя вина. Тебе всё равно придется учиться, нравится тебе это или нет. - Тогда я отказываюсь! - крикнул он. - Ты ничего не можешь мне сделать. Я выхожу. Я… Меч Лю Юйжу сверкнул перед ним. - Продолжай, - сказала Лю Юйжу, холодно улыбнувшись. – Выйди из экипажа, и один из нас сегодня умрет. Гу Цзюсы уставился на Лю Юйжу. Та выглядела совершенно невозмутимо. Несмотря на то, что она улыбалась, в этой улыбке не было ни грамма теплоты. - Я не возражаю - моя жизнь всё равно разрушена. Гу Цзюсы сглотнул. Спустя долгое время он раздраженно откинулся на спинку стула. «Весь день твердишь о смерти, - пробормотал он. - У тебя ужасно зловещий словарный запас». Лю Юйжу усмехнулась. Вскоре они прибыли в резиденцию семьи Гу. Гу Цзюсы спрыгнул с подножки, как только карета въехала на территорию поместья. У него всё было спланировано заранее. Он чувствовал себя виноватым перед Лю Юйжу и не думал, что сможет одолеть ее в одиночку. Поэтому он решил заручиться помощью своих родителей. Отец и мать смогли бы убедить Лю Юйжу. Он рысцой направился в комнату Гу Ланхуа и Цзян Жоу, в то время как Лю Юйжу неторопливо следовала за ним. Служанки подавали ей виноград, пока она шла. Она могла слышать драматические крики Гу Цзюсы даже издалека: «Папа! Мама! Меня вот-вот убьют!» - Он всегда такой драматичный? - Лю Юйжу повернулась, чтобы спросить служанку, идущую рядом с ней. Служанка подавила смех и прошептала: - Молодой господин Гу всегда был несерьезным. Лю Юйжу знала, что Гу Цзюсы был несерьезным. Чего она никак не ожидала, так это того, что эта несерьезность окажется заразительной. Она думала о Цзян Жоу, как о необыкновенной женщине, а о Гу Ланхуа - как о состоявшемся мужчине. Поэтому она была совершенно удивлена, увидев Гу Цзюсы, цепляющегося за ноги Гу Ланхуа и скулящего, призывая их восстановить справедливость. Эти родители, которые, по всей видимости, были вполне нормальными, на самом деле выглядели так, словно собирались встать на сторону Гу Цзюсы: Цзян Жоу выглядела убитой горем, в то время как Гу Ланхуа выглядел раздираемым противоречиями. Сердце Лю Юйжу упало. Она внезапно поняла, откуда у Гу Цзюсы такой капризный характер. Она кашлянула, вошла во внутренний зал и тихо поздоровалась: «Свекор, свекровь». Крики Гу Цзюсы стали громче при звуке голоса Лю Юйжу. - Мама, помоги мне! Я не буду учиться. Я не хочу. От учебы у меня болит голова. У меня болит живот, болит все мое тело. О, избавьте меня от этой агонии! - Ладно, больше никаких занятий, - сказала Цзян Жоу. - Не бери в голову, я придумаю что-нибудь еще... - Свекровь, - мягко молвила Лю Юйжу. - Молодому господину почти восемнадцать, но он ведет себя как ребенок. Родители должны делать то, что лучше для будущего их ребенка, не так ли? Цзян Жоу пришла в себя и посмотрела на Гу Цзюсы с противоречивым выражением на лице. Наблюдая за умоляющим выражением лица Гу Цзюсы, она почувствовала, как ее сердце словно пронзили ножом. Лю Юйжу встала позади Гу Цзюсы и тепло молвила: - Свекор, свекровь, отдохните немного. Я отведу его обратно в его комнату. Не нужно беспокоиться о нем - Она права, - первым заговорил Гу Ланхуа. – Жоу’эр, раз уж мы договорились, позволь Юйжу позаботиться об этом. - Папа! - Гу Цзюсы в шоке уставился на Гу Ланхуа. Цзян Жоу не осмеливалась взглянуть на сына. Она похлопала Гу Цзюсы по руке и сказала сквозь стиснутые зубы: - Цзюсы, мама делает это для твоего же блага. Она отпустила Гу Цзюсы и встала. Гу Цзюсы был еще более потрясен и закричал: - Мама! Цзян Жоу развернулась и быстро вышла из комнаты, поддерживаемая Гу Ланхуа. Лю Юйжу встала позади Гу Цзюсы и мягко сказала: - Муж, пришло время учиться. Муж, пришло время учиться. Муж, пришло время учиться. Муж, пришло время учиться! Эта фраза эхом отозвалась в ушах Гу Цзюсы, как какое-то демоническое заклинание. Спустя долгое время он спросил дрожащим голосом: - Что… Что ты сделала с моими родителями? - Муж, - вздохнула Лю Юйжу, - я делаю это для твоего же блага. - Нет, нет, нет, - сказал Гу Цзюсы, качая головой. - Барышня Лю, Юйжу-мэймэй, фея Лю. Я был неправ. Мне не следовало провоцировать тебя. Давайте сядем и всё обсудим. Я действительно не гожусь для учебы. Я могу делать всё, что угодно, кроме как учиться. Мое здоровье было плохим с тех пор, как я был ребенком. Учеба и я - несовместимы. У меня начинается мигрень, как только я беру книгу в руки... - И у тебя болит живот и всё тело, - услужливо закончила за него предложение Лю Юйжу. Гу Цзюсы нетерпеливо кивнул. Лю Юйжу слабо улыбнулась. - Но какое это имеет отношение ко мне? Все, что меня волнует, - это смогу ли я стать женой чиновника, - безмятежно молвила Лю Юйжу. Лицо Гу Цзюсы побледнело. Он стиснул зубы. - Лю Юйжу, не заходи слишком далеко! - О? - Лю Юйжу оставалась невозмутимой. - Ты мне угрожаешь? - Да, - сердито бросил Гу Цзюсы. – Будешь продолжать в том же духе, и я... я... - Ты что? Гу Цзюсы обвёл глазами комнату, словно что-то искал. Лю Юйжу пила свой чай и молча наблюдала за ним. Не сумев найти кисть и бумагу, которые он искал, Гу Цзюсы повернулся и величественно заявил: - Я разведусь с тобой! Все ахнули. Цзян Жоу и Гу Ланхуа во внутренних покоях обменялись взглядами. Гу Ланхуа немедленно взял в руки палку. Цзян Жоу остановила Гу Ланхуа и покачала головой. Лю Юйжу сделала глоток чая и спокойно произнесла: - Я спрашиваю тебя в последний раз. Ты будешь учиться или нет? - Я. Не. Буду, - самодовольно ответил Гу Цзюсы. Лю Юйжу хлопнула ладонью по столу и закричала: - Ван Шоу! Заприте его в кабинете! Гу Цзюсы холодно усмехнулся. - Это мой дом— Охранники вошли прежде, чем он успел договорить. Ван Шоу занес кулак и бросился на него. Гу Цзюсы был полон гнева и возмущения. - Ван Шоу, я не могу поверить, что ты тоже предал меня! - Я бы не назвал это предательством, - Ван Шоу выглядел спокойным. – Сейчас мой хозяин - молодая госпожа. Гу Цзюсы чувствовал себя так, словно был на грани психического срыва. Что, черт возьми, произошло? Всё, что он сделал, это посетил Дом Весеннего Ветра, но теперь Лю Юйжу больше не была той Лю Юйжу, которая молча лила слёзы; его родители больше не были родителями, которые любили его, и даже Ван Шоу больше не был его учителем боевых искусств. Лицо Гу Цзюсы было искажено агонией и печалью, когда он отражал безжалостные атаки приближающихся стражников, пытаясь сбежать из резиденции Гу. Лю Юйжу и Иньхун наблюдали, как Гу Цзюсы ловко прыгал и уворачивался, сражаясь со стражниками во дворе. - Разве молодой господин не говорил, что у него плохое здоровье? - спросила Иньхун. - Дело не в том, что у него плохое здоровье, - мягко прокомментировала Лю Юйжу. - Это его мозги никуда не годятся. - В словах юной госпожи есть смысл. Гу Цзюсы провел в сражении весь день. Вступая в бой по очереди, стражники смогли измотать его и, наконец, усмирить к вечеру. Затем его препроводили в кабинет. Когда Гу Цзюсы бросили в кабинет, все его тело болело. Он почувствовал холод и голод, но в комнате ничего не было. Только книги, книги и книги! Ему казалось, что его голова вот-вот взорвется. Он немного отдохнул на холодном полу, встал и начал колотить в дверь. - Эй, заперли меня, ну и ладно! Но дайте хоть немного еды! Му Нань ответила дрожащим голосом: - Молодой господин…Молодая госпожа сказала, что вы сможете поесть после того, как прочтете по памяти первую главу «Аналектов Конфуция». - Идите к черту! Я лучше умру с голоду! - сердито крикнул Гу Цзюсы. Му Нань вздрогнула. Лю Юйжу, стоявшая у двери, повернулась и сказала Иньхун: - Зажарьте ягненка на ужин. Иньхун: - ??? - Поджарьте его прямо здесь, на этом дворе. И еще приготовьте немного хорошего вина. - Хорошо! - радостно воскликнула Иньхун. Гу Цзюсы прилег вздремнуть в кабинете. Его разбудил восхитительный аромат. В ноздри ему ударил аппетитный запах баранины и вина. Он глубоко вдохнул этот запах и почувствовал еще больший голод. Снаружи доносились обрывки песен, смеха и разговоров. В животе у него заурчало. Он был голоден, сильно голоден. Он достиг своего предела. Он неохотно протянул руку, зажег в темноте несколько ламп и достал «Аналекты Конфуция». Снаружи все были в приподнятом настроении, а он внутри комнаты страдал в одиночестве. Ему хотелось плакать, когда он заучивал текст наизусть. В детстве учителя часто хвалили его за сообразительность. Поскольку голод служил мощной мотивацией, запоминание далось ему еще быстрее. Вскоре он начал барабанить в дверь. - Лю Юйжу! Лю Юйжу! Открывай! - Когда Лю Юйжу и остальные домочадцы угощались вином и мясом, до них донёсся отчаянный крик Гу Цзюсы: - Оставьте мне ножку! Я могу прочитать это наизусть!   *** Автору есть что сказать: Лю Юйжу: Ты счастлив, мой муж? Гу Цзюсы: Ты единственная, кто счастлив. Я совсем не счастлив.