Двадцать лет назад окрестности города Байши захлестнула волна монстров. Орда, которая по всем законам стратегии должна была сначала прорвать оборонную линию провинции Цзяннань, прежде чем продвинуться вглубь страны, необъяснимым образом возникла прямо внутри города.
В самом центре толпы внезапно материализовался Полубог восьмого ранга — исполинское чудовище. Никто не ожидал этого, никто не был настороже. Увидев высокого мужчину с драконьими крыльями и змеиным хвостом, люди поначалу приняли это за какой-то косплей.
Одни спешили подойти поближе, чтобы сфотографироваться, другие тыкали в него пальцами, критикуя «костюм»: мол, слишком уж он отдает звериной дикостью, это, дескать, «безнравственно».
Но когда мужчина расправил крылья, выпустил когти и клыками разорвал первого попавшегося прохожего, ужас запоздало отразился на их лицах. Когда горячая кровь соседа брызнула им прямо в глаза, рассуждения о нравственности мигом испарились.
В то время все великие мастера восьмого ранга и выше были распределены по приграничным фронтам. Безопасность Байши обеспечивали лишь четверо Гроссмейстеров.
Стоит ли говорить, что между Гроссмейстером и Полубогом лежит непреодолимая пропасть, а физическая мощь монстров многократно превосходит человеческую? Тем более что их противником оказался зверь, уже стоящий одной ногой на девятой ступени — ранге Бога Войны.
Это вам не Су Ли. Едва начался бой, как двое Гроссмейстеров в мгновение ока лишились сердец — черные драконьи когти пробили их грудные клетки насквозь. Чудовищный мужчина на глазах у выживших защитников и обезумевшего от страха народа поднес еще бьющиеся сердца к губам и принялся жевать.
— Неплохая закуска перед основным блюдом.
Видя, как их товарищи гибнут в лапах монстра, двое оставшихся Гроссмейстеров воспылали праведным гневом. Но как бы сильно ни горел их огонь, они ничего не могли противопоставить смертоносным когтям. Даже использовав все свои скрытые силы, в свой последний миг они так и не дождались подмоги от Бога Войны.
Когда Чжан Хунъюань, Бог Войны девятого ранга, наконец прибыл в Байши, город превратился в руины. Повсюду лежали мертвые и раненые, а число выживших не составляло и трети от былого населения.
Глядя на залитые кровью улицы и слушая стенания горожан, Чжан Хунъюань потерял над собой контроль. Неистовая аура захлестнула небо и землю.
"Гнев Бога Войны — содрогание небес!"
Обладая колоссальным могуществом девятого ранга, Чжан Хунъюань быстро выкосил всех монстров в городе, но предводитель — тот самый человек-дракон — успел бесследно исчезнуть.
Когда Бог Войны попытался броситься в погоню, на месте, где только что стоял враг, вспыхнули магические символы. В мгновение ока сложнейшие заградительные массивы, созданные по канонам одной из великих сект страны, преградили ему путь, вынудив прервать преследование.
Пока он распутывал эти ловушки, монстр наверняка уже скрылся в неизвестном направлении. Если его не поймать сейчас, то, поглотив столько жизненной силы горожан, эта проклятая тварь могла прорваться на девятый ранг и стать Владыкой Зверей. Тогда проблем будет в разы больше...
"Если бы не эти фанатики из Культа Бога Зверей, задержавшие меня по пути, я бы успел вовремя".
Мало того, что в тылу завелись предатели, так еще и эта внезапно возникшая организация. При мысли об этом ярость в глазах мужчины вспыхнула с новой силой.
Именно после той трагедии Культ Бога Зверей — организация предателей из числа людей, проповедующая союз с монстрами и занимающаяся промывкой мозгов — официально попал в поле зрения общественности. В то же время одна из сект, желая избежать подозрений, объявила об уходе в добровольное затворничество.
Самым шокирующим было то, что тогдашний мэр Байши, как выяснилось, принадлежал к этому культу. Ответ на вопрос, почему монстры появились прямо в центре города, стал очевиден.
...
Именно в те дни маленький Бай Унэн и попал на глаза Бай Цяню, который только-только заступил на пост нового мэра Байши. Бай Цянь, убитый горем из-за гибели возлюбленной в той резне, проводил всё время в лесах за городом, яростно истребляя монстров.
В пещере Исполинского Каменного Медведя он нашел младенца — Бай Унэна. Едва взглянув на ребенка, он уже не мог отвести глаз. В памяти всплыли образы того, как они с любимой сидели на берегу моря, слушая ночной бриз и мечтая о семье и детях.
Молодой Бай Цянь был ослеплен своей тоской. Лицо его возлюбленной стояло перед глазами, и глубокое горе заставило его закрыть глаза на то, что у младенца на голове были маленькие рожки — явный признак звериной крови.
Человеку нужно на что-то отвлечься, чтобы не сойти с ума. Время слишком медленно лечит раны. Бай Цянь считал, что ему понадобится полжизни, чтобы пережить гибель любимой в пасти зверя. Будучи мэром, он не мог позволить себе оставаться в таком состоянии, не имея возможности защитить горожан. Ему нужен был этот ребенок, чтобы выплеснуть на него всю нерастраченную любовь и загладить свою вину перед погибшей.
Пусть даже это был детеныш монстра.
Он удалил Бай Унэну рожки. Его скорбь и любовь к погибшей трансформировались в искаженную привязанность к этому ребенку. Он буквально захлестнул Бай Унэна своей заботой.
Чрезмерная баловство пробудило в Бай Унэне врожденную кровожадность монстров. Он обожал творить зло, издеваться над слабыми, а после создания банды «Блистательных Желтоволосых» и вовсе потерял берега.
Когда постаревший Бай Цянь осознал, что слишком разбаловал сына, было уже поздно. Ему оставалось лишь закрывать глаза на его выходки и подтирать за ним хвосты. Он списывал перемены в характере сына на свое потакание, винил себя, но никогда не допускал мысли, что в Бай Унэне говорит инстинкт зверя.
Он верил, что даже детеныша монстра можно воспитать любовью, лишить его дикости и превратить в настоящего человека. Но Бай Цянь с самого начала упускал одну вещь. Вернее, он просто не хотел её понимать.
Если речь идет о льве или тигре, крупном хищнике — их действительно можно приручить с детства, подавив большую часть дикости. Но это возможно лишь потому, что люди не являются их основной добычей, а их интеллект намного ниже человеческого.
Но применимо ли это к монстрам, для которых человек — главный деликатес, а интеллект которых превосходит обычных животных? Теория «воспитания и усмирения дикости» по отношению к ним — не более чем опасная иллюзия.
Благие намерения Бай Цяня обернулись прахом: защита слабых превратилась в укрывательство убийцы. Былой однолюб ныне отдавал сердце не тому существу.
...
Благодаря безграничному потаканию Бай Цяня и собственным звериным инстинктам, Бай Унэн с малых лет проявлял свою злую натуру во всей красе. Он рос маленьким грабителем, для которого собственное «лицо» и авторитет были дороже жизни.
— Даже если это твоя игрушка — раз она мне приглянулась, значит, теперь она моя!
— Отбросим факты: почему ты подозреваешь меня? На воре и шапка горит?
— Перебейте ему ноги! И ребенка его не забудьте!
С детства впитав эти искаженные ценности, Бай Унэн стал крайне мстительным. Любое слово против него каралось жестоко: в лучшем случае — переломами, в худшем — смертью. Свою банду он создал, чтобы укрепить авторитет и выискивать тех, кто смеет шептаться о нем за спиной, дабы потом отыграться на них.
За эти годы он разрушил жизни бесчисленного множества людей. И вот, когда он уже уверовал в свою неприкосновенность, появилось то самое сообщение. Этот юнец в своем «послании» на всю округу девятнадцать раз припомнил ему «пароль» (маму — прим. пер.).
Раздавив камень связи, Бай Унэн чувствовал, как каждая клетка его тела вопит от ярости. Он до дрожи в руках хотел стереть этого наглого мальчишку в порошок, разорвать на куски! Как тот посмел так с ним разговаривать?!
"Пятый ранг, значит? Гений культивации? Да будь ты хоть трижды гением, когда я приведу Гроссмейстера-монстра, ты, Су Ли, будешь ползать у моих ног как побитая собака и молить о пощаде!"
...
Он давно знал, что он — монстр. Но это не вызвало у него страха, напротив, он этим гордился. Это значило, что у него более крепкое тело, более грозная сила, что он рожден быть выше других.
"Глупый людишка, неужели он думал, что сможет вечно скрывать правду о моей благородной крови?"
Используя случай на одном из аукционов, он познакомился с рогатым мужчиной, чья мощь Гроссмейстера его восхитила. Тот, в свою очередь, заинтересовался статусом Бай Унэна как сына мэра. Они быстро нашли общий язык: Бай Унэн помогал сородичам мужчины проникать в город, а тот устранял всех, кто задевал репутацию «молодого господина».
В разговорах с мужчиной Бай Унэн узнал, что тот самый Полубог восьмого ранга из давнего нашествия теперь стал могущественным Богом Войны девятого ранга! И если Бай Унэн поможет устроить в городе новый хаос, то через этого мужчину сможет стать личным слугой того Владыки Зверей.
Тогда под руководством Бога Войны его путь в боевых искусствах будет устлан розами, а его банда под покровительством такой силы обретет великое будущее. К тому же в Культе Бога Зверей, по слухам, был сам Святой!
Разумеется, после «теплого» привета от Су Ли он по привычке обратился к своему покровителю, требуя переломать парню руки и ноги и доставить к нему. Он хотел лично, сантиметр за сантиметром, раздавить этого «гения»!
"Каким бы выдающимся ни был твой талант — против Гроссмейстера ты труп!"
Но... почему же этот «верный план» обернулся таким крахом?
Бай Унэн в прострации смотрел на происходящее. В городе внезапно объявился настоящий Полубог, который сначала уничтожил один аватар рогатого мужчины, а затем юноша безжалостно прикончил второй. Более того, парень как-то сумел обойти звериную магию скрытности и в кратчайшие сроки заявиться прямо сюда.
Слушая полный отчаяния крик своего союзника, Бай Унэн чувствовал, как в голове всё гудит.
"Аватар с силой Гроссмейстера седьмого ранга не выдержал и одного удара пятирангового сопляка?"
"Ни одного удара... Да как это возможно?!"
Холодная реальность обрушилась на него, вызывая головокружение. Не успел он прийти в себя, как Су Ли одним мощным ударом впечатал рогатого мужчину в стену. Дикая сила удара мгновенно разнесла защиту уровня Гроссмейстера в щепки!
Не обращая внимания на полумертвое тело в стене, Су Ли повернулся к нему. Его глаза пылали жутким черно-золотым светом, и ноги Бай Унэна невольно задрожали.
— Так это ты, кусок мусора.
— Я проявил вежливость и не пошел сразу громить твой штаб. Почему же ты так рвешься в мир иной?
Насмешливый тон юноши вызвал в нем смесь ужаса и ярости. Бай Унэн чувствовал исходящую от него безграничную мощь и наконец осознал ситуацию: он наткнулся не просто на преграду, а на титановую плиту толщиной с планету.
"Я умру. Я точно здесь умру!"
"Как же так? Я еще не стал слугой Полубога, я еще не установил абсолютную власть своей банды... Я не могу здесь сдохнуть, не могу!!"
Видя, как Су Ли приближается с демонической улыбкой, Бай Унэн принял роковое решение. Он выхватил из кармана жемчужину — точно такую же, как была у того мужчины, только ярче и с куда более нестабильной аурой.
— Ты сам меня заставил, Су Ли!
Под заинтересованным взглядом Су Ли Бай Унэн залпом проглотил жемчужину. Мощные волны энергии начали стремительно раздувать его ауру!
Обновлено: 19.02.2026