Когда Ян Дин провалился в глубокий сон, Е Жоу, восстановив силы с помощью дыхательной гимнастики, приложила ладонь к его животу.
Истинная ци, переданная ею, должна была усвоиться пилюлей укрепления основ и постепенно высвобождаться, закаляя его тело и повышая уровень культивации.
Е Жоу не знала, что он уже прорвался на начальную стадию первого ранга, и боялась влить слишком много энергии, чтобы его каналы не выдержали.
Закончив, она смахнула капельки пота с его лба.
— Ты даришь мне ребенка, я дарю тебе силу. Справедливый обмен.
— На самом деле ты неплохой человек. Жаль, что я, как одаренный мастер, обязана сражаться за Империю.
Следуя уговору, она поднялась, чтобы уйти в свою комнату.
Но стоило ей прилечь, как Фан Цзин бесцеремонно спихнула ее с кровати.
— От тебя за версту мужиком несет. Иди и спи в обнимку со своим муженьком.
Е Жоу потирая ушибленное место:
— Сестра Цзин, уже глубокая ночь, ты почему еще не спишь?
— Ах ты негодница! Решила в первую же ночь забеременеть? Несколько часов угомониться не могли.
— С беременностью лучше не тянуть. На Северной стене жарко, моя сестра в опасности.
— О его здоровье тоже подумай. Ян Дин – обычный человек, а не пробужденный.
— Я передала ему свою ци.
— У тебя средняя стадия пятого ранга, он же просто не вывезет такого напора.
Е Жоу почесала затылок:
— Ладно, буду потише.
— Иди к мужу. Что за манера – сделала дело и в кусты.
Е Жоу и самой показалось это слишком холодным. Она приняла душ и снова скользнула в объятия Ян Дина.
Это была ее первая в жизни ночь с мужчиной. От волнения она так и не сомкнула глаз до самого рассвета, а в половине шестого уже была на кухне, готовя для Ян Дина пилюли укрепления основ.
Она планировала делать по десять штук в день – так за год наберется больше трех с половиной тысяч, чего Ян Дину хватит на целое десятилетие.
Фан Цзин тоже не спала. Глядя на суетящуюся на кухне подругу, она невольно вспомнила свои первые дни брака.
— Ян Дину чертовски повезло с тобой. Другая бы на твоем месте так не старалась.
— Временный муж – тоже муж. Если я погибну на Севере, он должен быть в состоянии вырастить ребенка.
— Типун тебе на язык! Я тоже рано или поздно отправлюсь туда. Мы втроем станем непобедимым трио, перебьем всех монстров и станем правой рукой Королевы.
— И от кого ты собралась рожать еще двоих? — Спросила Е Жоу.
Фан Цзин лишь покачала головой – она не могла представить рядом с собой никого, кроме покойного мужа.
Е Жоу хотела было что-то сказать, но промолчала.
Она подумывала предложить кандидатуру Ян Дина, но делить мужа с подругой было неловко, да и время еще не пришло.
«Сначала рожу троих, разведусь, а там видно будет», – решила она.
Ян Дин проснулся последним. Потирая глаза и сладко потягиваясь, он вышел из комнаты.
— Жена, ты снова за алхимией?
— Да, господин Ян. Завтрак на плите, умойся и поторапливайся к лифту.
Ночью Е Жоу в порыве чувств называла его мужем, но сейчас снова застеснялась. Зато Ян Дин пользовался этим обращением вовсю, и ей это, признаться, льстило.
Фан Цзин украдкой оценила состояние Ян Дина и пробормотала под нос:
— Бодрячком. Крепче, чем я думала.
— У меня то же чувство. Может, у него есть скрытый талант, который просто еще не пробудился?
— Тогда ты сорвала куш.
Чистя зубы в ванной, Ян Дин заглянул в систему.
[Уровень привязанности: ↑ 3.8%]
[Прогресс культивации: ↑ 3.9%]
Просто спать в обнимку с красавицей-женой – и сила растет сама собой. Фантастика.
Он слегка сжал пальцами фарфоровую кружку – та с хрустом лопнула. Осколки даже не пробили его уплотнившуюся кожу, оставив лишь белые следы.
Ян Дин потер пальцы. Он чувствовал в себе пугающую мощь.
— Кажется, я уже перерос начальную стадию первого ранга.
— Такие гении, как Е Жоу, пробуждаются в четыре-пять лет. Мой же стремительный взлет без всякого пробуждения выглядит крайне подозрительно.
— Систему нельзя раскрывать. Нужно научиться скрывать истинную силу.
Он прикинул, что при таком темпе к моменту распределения после экзаменов он достигнет второго ранга и с легкостью раздавит любого первокурсника.
Сейчас главной задачей стало не ускорение прогресса, а контроль над силой.
В дверь ванной постучали:
— Господин Ян, у тебя там что-то разбилось?
— Да, кружка выскользнула.
— В шкафу есть запасная, она моей сестры, вымой ее и пользуйся.
— Хорошо, женушка!
Он называл ее так на каждом шагу, и Е Жоу, не желая портить момент, охотно откликалась.
Фан Цзин могла бы с помощью своих сил перенести его вниз мгновенно, но для этого нужно было держаться за руки, что было не совсем удобно, так что Ян Дин, прихватив завтрак, отправился в очередь к лифту.
На утренней зарядке Ян Дин уже не дерзил. Он прыгал не выше метра и останавливался передохнуть ровно тогда, когда начинал хрипеть Ху Фэн.
Угнетенный Ху Фэн, видя, что другу сегодня еще тяжелее, чем вчера, даже немного приободрился.
— Ян Дин, я же говорил – жена у тебя слишком красивая, здоровье не казенное.
— Чушь! Мне таких жен хоть десяток давай.
— Говорят, у пробужденных выносливость запредельная, обычному человеку с ними не тягаться.
— В постели она ци не использует, так что в этом плане она обычная женщина. Только нежнее.
Ло Гуйхуа раздраженно бросила:
— Перестань лапшу на уши нашему Ху Фэну вешать. Такая, как инструктор Е, нежной быть не умеет.
— Да кто тут врет? Это ты, что ли, Ло Гуйхуа, свечку держала?
— Ху Фэн вчера со своими обязанностями не справился. Если продолжишь ему мозги пудрить, я тебя заставлю за него отрабатывать!
Ян Дин от такой перспективы чуть заикаться не начал.
Вернувшись в класс, они снова погрузились в нудную рутину по уходу за свиноматками.
За теми, что опоросились вчера, нужен был глаз да глаз: поить теплой подсоленной водой, кормить только жидким кормом. Тем, у кого мало молока, – делать массаж, а вялым – ставить капельницы с глюкозой.
Сян Бинь, словно злой дух, вышагивал между рядами, поигрывая дисциплинарной линейкой.
Атмосфера мгновенно накалилась, никто не смел даже пикнуть.
— Каждая из этих свиноматок за жизнь дает по двести поросят – пользы от них больше, чем от ваших баб. Так что работайте и не воротите носы от навоза.
Он явно нацелился на Ху Фэна. Специально встал у него за спиной и начал орать прямо над ухом.
Ху Фэн вздрогнул, игла шприца соскользнула, и свинья истошно завизжала от боли.
— А ну пошел вон из загона, жирный боров!
Ху Фэн покрылся холодным потом:
— Куратор, пожалуйста, дайте мне еще один шанс.
Сян Бинь, ткнув пальцем в шприц, прорычал:
— Ладно, даю один шанс. Если опять промажешь – выпорю прямо здесь.
Под тяжелым взглядом куратора Ху Фэн занервничал еще сильнее, его правая рука ходила ходуном.
— Коли, мать твою! Три… два…
Ху Фэн зажмурился и вонзил иглу.
— И-и-и-и!
Снова визг боли.
Сян Бинь ворвался в загон, схватил Ху Фэна за волосы и вытащил наружу. Он избивал его до тех пор, пока дисциплинарная линейка не переломилась пополам.
Ху Фэн пытался закрыться, но это было все равно что идти с голыми руками на танк.
У Сян Биня была средняя стадия первого ранга – сила удара 600 килограммов.
— Кто не хочет кончить как этот мусор – вкалывайте молча!
Ян Дин холодно наблюдал, как бьют его товарища. Он сжимал кулаки, а в глазах на мгновение вспыхнула жажда крови.
На таких студентов, как Ху Фэн, всем было наплевать. Убей его Сян Бинь – и отделался бы простым выговором.
Обновлено: 20.02.2026