【Это сияние того, кто ставит на кон всё ради мечты и прекрасного в сердце, этот необъяснимый дух приводит тебя в замешательство, наполняет обидой и заставляет ярость кипеть в твоей груди!】
Я и впрямь немного растерян, да что там – у меня аж кровь забурлила! А что до кипящей ярости… Ладно-ладно, ты тут чит-система, тебе и решать.
【Глядя на эту наивную, жалкую, но сияющую глупую женщину, ты, как амбициозный делец, не выдаешь себя ни единым мускулом на лице, но внутри бушует истинный ураган. Ты вопишь, проклинаешь и рычишь в своем сердце!】
【«Как в мире может существовать настолько тупой человек!» – ты впал в истинную Ярость от этого блеска в ее глазах. Эта глупая женщина с рождения обладает властью и статусом, к которым ты так стремишься, но ей, в отличие от тебя, не пришлось отбрасывать слабость и Добро. Почему ей так везет! Почему она сохранила то сияние человечности, которое ты утратил!】
【В этом мире, где выживает сильнейший, наивность и доброта – тягчайшие грехи! В твоей душе вспыхнуло пламя безымянного гнева. Пусть эта дура и талантлива, она совершенно не понимает человеческую природу! Те, кого она пытается спасти, не нуждаются в ее «доброте». Ради того, чтобы выжить, они готовы разорвать ее на куски, даже если…】
Эй-эй, с чего это у меня внутри такие страсти? И вообще, тебе не кажется, что эти пафосные речи звучат как-то чересчур неловко?
【Ты слегка прищурился, втайне решив собственноручно уничтожить всё, чем она дорожит! Попрать правила, которые она соблюдает! Убить возлюбленного, о котором она грезит! Истребить легион, ставший ее оплотом! Разрушить страну, которую она ценит превыше Жизни! Пусть она осознает: истина этого мира – вечная Тьма, а реальность – бесконечный кровавый кошмар!】
Система, явно закончившая школу пафоса для японских ОЯШей, наконец-то прекратила свои излияния и щедро выдала целую серию заданий.
【Беспощадный герой своего времени】
【Задание 1: Уничтожить Столичный Рыцарский Орден или разогнать его состав. Прогресс: 625/1000】
【Задание 2: Убить короля Фалана, Питера. Прогресс: 0/1】
【Задание 3: Полностью уничтожить Фалан или заставить Семь Великих Герцогств перестать признавать статус королевской семьи. Прогресс: 5/7】
…
Уильям удрученно цокнул языком. Мало того, что это опять «авторский почерк» – выдать квесты без указания наград, так еще и сами задачи выглядят дико. Такое чувство, что всё случится само собой, даже если я пальцем не шевельну.
В Столичном Рыцарском Ордене и так числилось больше двухсот «мертвых душ», а тут еще мятежники на подходе – за последние пару дней дезертиров стало хоть отбавляй. О! Уже 621/1000. Пока я тут стоял, еще четверо сбежали. Глядишь, через пару дней там вообще никого не останется…
Что касается признания статуса короны со стороны Семи Великих Герцогств – это и того проще. Через три дня правящий дом Фалана будет стерт с лица земли. Если те лисы-эрцгерцоги не подтолкнут падающего в пропасть, это уже будет чудом. Кого тогда будет волновать чей-то там статус?
Убить Питера – вот это потруднее… Если верить воспоминаниям о кампании Фалана из прошлой жизни, в кат-сцене этот тип пытался бросить город и сбежать перед самым штурмом. Когда королева Эльвира преградила ему путь, он в панике заколол ее мечом, после чего скрылся в неизвестном направлении…
Да, этот мир – порождение тактической стратегии, в которую Уильям играл в прошлой жизни. Фалан был лишь картой одной из кампаний. Вот только Уильям тогда командовал вовсе не мятежниками или Фаланом. В той битве сошлись легион нежити под началом мстительной банши Эльвиры и силы людей, удерживающие королевство…
…
Женщина по имени Эльвира с теплотой смотрела на Уильяма, но заметила, что ее обычно холодный и сдержанный гвардеец словно витает в облаках, не отрывая от нее взгляда. Сквозь забрало шлема было видно, что его взор блуждает, будто он смотрит не на нее, а на что-то гораздо более далекое.
— Уильям, что с тобой? — Спросила она.
Из любопытства она сняла с него шлем, открыв еще совсем молодое лицо.
Уильям, которого донимала система, до этого момента растерянно пялился на невидимые «субтитры». Но когда шлем сняли, его расфокусированный взгляд мгновенно обрел остроту и уперся прямо в обворожительное лицо женщины.
Взгляд изменился: из блуждающего стал пронзительным, из растерянного – непоколебимым. Лишь легкая перемена в глазах, но налет юношеской наивности тут же испарился, и перед ней словно в один миг из неопытного паренька предстал зрелый, волевой мужчина.
Глядя на это лицо, где мужская красота еще соседствовала с юношескими чертами, Эльвира невольно вздрогнула.
Уильям служил ее гвардейцем уже почти два года, сейчас ему должно быть шестнадцать. За это время он сильно вытянулся, пришлось дважды менять доспехи, но из-за его привычки всегда стоять за ее спиной, молчаливости и холодного нрава, он редко привлекал к себе внимание.
Однако по какой-то причине Эльвира всегда чувствовала, что Уильям внушает ей спокойствие и доверие. Ей нравилось делиться сокровенным с этим немногословным малым.
Она знала, что ему шестнадцать, но всё равно редко воспринимала его как взрослого. В ее памяти он оставался тем ребенком, который когда-то размахивал перед ней дубиной.
— Ты совсем вырос, Уильям.
В ее глазах промелькнула грусть. Когда-то она лично отдала приказ о лишении семьи Ванкинс титула, и тогда этот мальчишка из Дома Ванкинс пытался огреть ее палкой. А теперь он – ее личный гвардеец. Он превратился из нелюдимого подростка в надежного мужчину. Это заставляло ее сердце щемить от нахлынувших чувств.
Королева с нежностью всматривалась в его благородное лицо, на несколько секунд задержав взгляд на разлете бровей-мечей и плотно сжатых тонких губах.
Она понимающе улыбнулась. Кто бы мог подумать, что тот симпатичный, но свирепый ребенок станет таким красавцем. Вот только нрав остался слишком суровым: вечно одно и то же выражение лица, хоть бы раз улыбнулся.
Если бы Уильям знал, о чем она думает, он бы выдал ей целую лекцию едких замечаний.
Первое задание, которое выдала эта дурацкая система много лет назад, называлось «Путь к власти». Оно требовало, чтобы он, будучи побочным сыном, стал законным наследником семьи Ванкинс.
Когда Уильям получил задание, он был вне себя от радости и уже вовсю готовился развернуться по-крупному. Однако на следующий же день Королева разорила Дом Ванкинс, и миссия провалилась, даже не успев начаться.
За такую степень выполнения «идиотская система» сначала наградила его эпитетом [Посредственность], а затем наложила штраф под названием [Лик амбиций]. Эффект был специфическим: лицо Уильяма приобрело выражение «себе на уме», свойственное исключительно тертым интриганам. Проще говоря, он обзавелся вечно невозмутимой маской типичного властного босса.
Второе задание этой странной системы тоже было связано с Эльвирой. Сначала она долго и нудно расписывала, какую глубокую обиду и жажду мести должен испытывать Уильям после разорения дома, а затем самовольно выкатила квест: [Покушение на Королеву] – [Совершить попытку покушения на Королеву: 0/1].
Немного посомневавшись, Уильям решил попробовать. В конце концов, требовалось лишь совершить попытку, а не добиться успеха. К тому же, насколько он помнил, эта Королева была из редкой породы «святош», так что вряд ли она станет убивать ребенка. А если и дальше игнорировать задания, вдруг система подкинет какой-нибудь [Телосложение евнуха]? Что тогда делать?
К сожалению, миссия с треском провалилась. Уильям только-только прокрался к ней, сжимая в руках дубину, но не успел даже замахнуться, как пара двухсотфунтовых гвардейцев припечатала его к земле. Копчик едва не хрустнул под их весом.
За это фиаско он удостоился от системы звания [Позор ассасинов] и получил наказание [Облик ассасина]. Эффект заключался в том, что окружающие переставали воспринимать его как угрозу. Именно благодаря этой способности Эльвира вела себя в его присутствии столь непринужденно.
И «святая» Эльвира действительно оправдала его ожидания. Она не только не разгневалась из-за попытки убийства, но и определила его в личную гвардию, предварительно задвинув пафосную речь, пропитанную духом юношеского максимализма.
— Я расправилась с Домом Ванкинс не из личной неприязни, а потому, что ваши действия вредили… — и далее по тексту.
— Малыш, ты можешь стать моим гвардейцем и своими глазами увидеть всё, что я делаю. Посмотри, что я принесу этому клонящемуся к упадку королевству… — и так далее, и тому подобное.
— Если и тогда ты будешь считать, что я неправа, и захочешь убить меня – я дам тебе этот шанс… — в общем, в том же духе.
После завершения спича гвардейцы Королевы уволокли Уильяма с собой. Последовали изнурительные тренировки и в лютый мороз, и в летний зной. После долгой и упорной муштровки под надзором толпы дюжих мужиков он наконец получил свой базовый класс.
[Гвардеец ур. 1]
[+2 к телосложению, +1 к силе за каждый уровень]
[Спецприем: Стальная преграда – немного повышает шанс успешного блока]
[Спецприем: Стойкость – срабатывает при получении смертельного урона, принудительно оставляя 1 единицу Жизни]
[Боевой навык «Прикрытие» – принять на себя смертельную атаку, направленную на союзника; при этом поглощается двойной объем Жизни от этой атаки]
Когда этот класс пробудился, Уильям едва не впал в депрессию. В игре из его прошлой жизни гвардейцы и танцовщицы считались главными «инструментами», которые тащили на себе группу с ранних этапов и до самого-самого эндгейма.
Однако это вовсе не означало, что класс был невероятно силен. Слово «инструмент» четко определяло роль гвардейца – живой щит. А благодаря «Стойкости», если после принятия удара его не успевали добить, он мог подставиться под меч во второй раз, как только откатывалось «Прикрытие».
Такие игроки-максималисты, как Уильям, за одну кампанию могли израсходовать с десяток гвардейцев. Вся его игровая история была написана кровью и слезами этого класса, а принятые ими на себя удары могли бы опоясать земной шар семь раз…
Обновлено: 20.02.2026