Он писал трагедию о последнем герое, в одиночку остановившем нашествие демонов — и заплатившем за победу всем, что имел. Теперь книга ожила, а сам автор очнулся в теле безвестного второстепенного персонажа с характеристиками хуже, чем у обычного смертного. Он один знает, чем кончится этот роман, и развязка совсем не праздничная. Хватит ли ему ума и хитрости переписать судьбу, которую он сам придумал, — или мир снова сгорит по его же сценарию?

Он писал трагедию о последнем герое, в одиночку остановившем нашествие демонов — и заплатившем за победу всем, что имел. Теперь книга ожила, а сам автор очнулся в теле безвестного второстепенного персонажа с характеристиками хуже, чем у обычного смертного. Он один знает, чем кончится этот роман, и развязка совсем не праздничная. Хватит ли ему ума и хитрости переписать судьбу, которую он сам придумал, — или мир снова сгорит по его же сценарию?