Земля пережила вторжение задолго до того, как люди успели придумать ему название. С небес обрушились мясистые, будто выращенные из плоти корабли Роя, а следом — орды изувеченных тварей, затопивших улицы Москвы. Ответом стало ядерное оружие, обратившее и без того израненный город в выжженную радиоактивную пустошь, где выжившие прячутся в метро и заброшенных бункерах, как крысы. Станислав — обычный студент-филолог, потерявший в бойне всю семью, — идёт в армию, потому что терять ему больше нечего. Дальше память подводит его: там, где должны быть воспоминания, — только раскалывающая голову боль и провал.

В себя он приходит уже не тем человеком, каким был. Из кокона пульсирующей плоти в глубине жуткого логова выбирается изломанное, залитое чужой кровью существо, которое с трудом узнаёт в себе Стаса. Двое молодых солдат находят его и, поверив, что перед ними всё же человек, а не монстр, тайком от командования вытаскивают его на свою базу. Но чем яснее к нему возвращается сознание, тем отчётливее в голове звучит чужой, нечеловеческий приказ — убивать, — и тело перестаёт слушаться своего хозяина.

Земля пережила вторжение задолго до того, как люди успели придумать ему название. С небес обрушились мясистые, будто выращенные из плоти корабли Роя, а следом — орды изувеченных тварей, затопивших улицы Москвы. Ответом стало ядерное оружие, обратившее и без того израненный город в выжженную радиоактивную пустошь, где выжившие прячутся в метро и заброшенных бункерах, как крысы. Станислав — обычный студент-филолог, потерявший в бойне всю семью, — идёт в армию, потому что терять ему больше нечего. Дальше память подводит его: там, где должны быть воспоминания, — только раскалывающая голову боль и провал.

В себя он приходит уже не тем человеком, каким был. Из кокона пульсирующей плоти в глубине жуткого логова выбирается изломанное, залитое чужой кровью существо, которое с трудом узнаёт в себе Стаса. Двое молодых солдат находят его и, поверив, что перед ними всё же человек, а не монстр, тайком от командования вытаскивают его на свою базу. Но чем яснее к нему возвращается сознание, тем отчётливее в голове звучит чужой, нечеловеческий приказ — убивать, — и тело перестаёт слушаться своего хозяина.