Наступил вечер, и Ён Ван снова вошёл в «Обелиск».
— Хм, всё-таки я здесь?
Чхон Хви разлогинился прямо у входа в Долину императоров, что находится в предгорьях гор Кайзен.
Администраторы уже успели навести порядок: все масштабные разрушения, вызванные Оберном, были полностью восстановлены.
— Похоже, до подземелья у них руки не дошли.
Полномочия администраторов «Обелиска» внутри игры были весьма ограничены. Самое большее, что они могли — это проводить ивенты. В остальном же их права были настолько незначительны, что их можно было назвать скорее чернорабочими.
— Значит, Гробница последнего императора вот так просто исчезла…
Не то чтобы он испытывал какой-то особый трепет, но и просто забыть об этом месте он не мог.
Как-никак, это было место, где совершилось первое в истории континента Арниан историческое разграбление могил.
Воспоминания.
Это было место, наполненное воспоминаниями.
— Ну, неважно. Сначала нужно заглянуть в Оберн, привести себя в порядок. Денег я поднакопил, так не пора ли создать армию Цзянши?
Потратив почти все золотые слитки, привезённые из Небесной Империи, Чхон Хви не мог создавать новых Цзянши, кроме тех, что уже были у него. Теперь же он намеревался пустить все сокровища, добытые в этом походе, на создание новых бойцов.
«Нужно будет подкинуть немного денег Камелю и Робину».
— Котик! Выходи.
«Кья-о-о!»
— Ах ты, подлиза. Ха-ха-ха! Эй, мне же щекотно!
Чхон Хви немного подурачился с Котиком, который бурно выражал свою привязанность, а затем вскочил ему на спину.
— Поехали! Домой!
«Кр-р-р-а-а-а!»
— Кр-р-р-а-а-а! У-ха-ха-ха!
Чхон Хви в шутку подражал рыку Котика и весело смеялся.
Сегодня был действительно хороший день.
— И-и-и-хо-о-о!
Наслаждаясь прохладным ветром на спине Котика, Чхон Хви невольно издал радостный возглас.
«Кья-о-о!»
Котик, казалось, чувствовал то же самое — отвечая хозяину, он стремительно мчался в сторону города Оберн.
— Котик, возвращайся.
«Кр-р-р».
Бум.
— Сказал «в будку», значит — в будку! Хватит ворчать!
Приблизившись к Оберну, Чхон Хви отозвал Котика в Ледяную тюрьму. Ему не хотелось привлекать лишнее внимание и провоцировать конфликты.
— Ночной Оберн всё такой же яркий.
Издалека ночной город казался ослепительным. Небо Оберна было украшено фейерверками, словно здесь проходил какой-то фестиваль.
— Хм, неужели и впрямь фестиваль? Или ивент? Отлично! Давненько я не отдыхал от охоты. Оберн, выходи!
Вспышка!
[Хозяин, давно не виделись.]
Появившись, Оберн радостно поприветствовал Чхон Хви. Тот небрежно кивнул в ответ, и они вместе направились к столице.
[Похоже, прошло немало времени. От прежнего Оберна не осталось и следа.]
— А каким он был раньше?
Оберн смотрел на город глазами, полными ностальгии, вспоминая прошлое.
[…]
— Что такое?
Спросил Чхон Хви, видя, что Оберн внезапно замолчал.
[Больше ничего не припоминаю.]
— Ах…
Чхон Хви сокрушённо вздохнул, вспомнив, что, став химерой, Оберн потерял почти все воспоминания о прошлом. Ему стало неловко за то, что он задал лишний вопрос.
[Не нужно извиняться. Я и так уже однажды умер. То, что я снова могу видеть Оберн — уже благословение. Не бери в голову, хозяин.]
— Кхм-кхм, кто ещё за кого переживает. Пошли! Будем вовсю наслаждаться новым Оберном!
[Как скажешь.]
— …
Чхон Хви прокричал это с воодушевлением, но Оберн ответил равнодушно. Даже вернув часть эмоций благодаря Сердцу мертвого рыцаря, Цзянши оставался Цзянши. Любые чувства, кроме жажды битвы, были для него роскошью.
— Фестиваль тюльпанов, значит…
Праздник, проходивший в Оберне, оказался Фестивалем тюльпанов. Причём к названию было добавлено слово «Любовь».
Лицо Чхон Хви, который ещё недавно был полон предвкушения, исказилось от нескрываемого отвращения.
[Что-то случилось, хозяин? Ты не в духе?]
— Не особо.
[Хм, вот как?]
На вопрос Оберна Чхон Хви ответил холодно. Клумбы с тюльпанами по всему городу и проходящие мимо парочки вызывали у него лишь раздражение.
— Ой, кто это у нас? Неужели Чхон Хви?
— А, Филлиан.
Чем дольше он шёл по улицам, тем сильнее росла его досада, и Чхон Хви уже решил повернуть к своему дому. Но именно в этот момент он столкнулся с Филлианом.
— Вы знакомы?
— Немного. Пересеклись, когда получали профессию Бойца. Как поживаешь?
— Помаленьку.
Мужественный Филлиан, как и следовало ожидать, был с девушкой. Он шествовал по улице, гордо ведя её под руку. Вид этой идиллической картины окончательно вывел Чхон Хви из себя.
— Я немного обиделся, когда ты в прошлый раз так внезапно исчез. Оглянулся, пока скиллы выбирал, а тебя и след простыл.
— Были дела. Но… чего ты привязываешься, как будто мы лучшие друзья?
— Ч-что?
От вопроса Чхон Хви Филлиан даже запнулся от неожиданности. Но Чхон Хви, не стесняясь, продолжал:
— Мы виделись от силы несколько минут. Не смешно ли лезть с разговорами посреди улицы? Иди своей дорогой. У меня сейчас паршивое настроение.
— Ах ты, паршивец! Думаешь, можешь нести что попало?! Ты хоть знаешь, кто я такой?!
— Дорогой! Чего ты терпишь? Неужели спустишь ему такое оскорбление?!
Спровоцированный словами Чхон Хви, Филлиан повысил голос. Его подружка, похоже, тоже закипела от гнева и начала подначивать своего спутника.
— Дуэль!
— Дуэль?
— Да, дуэль! Не хочу портить отношения со стражей, убивая тебя просто так, поэтому прикончу тебя официально, через дуэль!
«Это как поединок Биму в Небесной Империи?»
— Как хочешь.
— Гр-р! До самого конца… С этого момента ты мне не друг!
— Я же говорю: мы и не были друзьями.
[Динь! Игрок Филлиан вызывает вас на дуэль.]
— Принимаю.
Как только Чхон Хви дал согласие, вокруг них образовался круглый барьер. Купол должен был защитить окружающих людей и постройки от последствий боя.
— Дуэль!
— Ой! Это же Филлиан, по прозвищу Серый Волк!
— А, тот знаменитый Наемник?
Игроки, собравшиеся посмотреть на поединок, начали обсуждать личность Филлиана. Услышав это, Филлиан самодовольно улыбнулся и сверкнул глазами в сторону Чхон Хви.
— Слышал? Я один из десяти лучших наёмников, Серый Волк! Может, сдашься, пока не поздно?
Похоже, на континенте Арниан существовала система рейтингов для каждого класса. Десять лучших авантюристов, десять лучших наёмников — подобные списки были здесь обычным делом.
— Лучше ты сдавайся.
— Ах ты! Ну ладно! Я прикончу тебя прямо здесь!
Филлиан надел на обе руки своё основное оружие — когти. Они имитировали звериные лапы с тремя или пятью острыми лезвиями-крюками, прикреплёнными к кулаку.
«Если он в десятке наёмников, его уровень должен быть около 300-го. Да и оружие, скорее всего, как минимум редкого ранга. Будет непросто победить без Сердца Балрога».
Сейчас Чхон Хви, чтобы не привлекать внимания, носил обычную покупную одежду воина вместо Сердца Балрога. Но противник требовал полной самоотдачи.
Щёлк-щёлк.
— Сменил снаряжение? Не знаю, насколько оно хорошее, но результат будет прежним!
— Сколько же ты болтаешь, бесишь!
Вжих!
Надев Сердце Балрога и Кулак Балрога, Чхон Хви больше не сдерживался. Вопреки ожиданиям толпы, он первым пошёл в атаку.
— Кого ты надеешься победить своей жалкой серией ударов!
Филлиан с удивительной легкостью заблокировал серию атак, от которой не смог увернуться даже Дуллахан. Он был действительно силён — уровень и мастерство владения навыками давали о себе знать.
— Ха-а!
— Черт.
Когда атака Чхон Хви не удалась, когти Филлиана пустились в пляс. Словно змеиные языки, они выписывали причудливые траектории, тесня Чхон Хви.
«Слабее, чем техники когтей в Небесной Империи».
В Небесной Империи было много мастеров, владеющих похожими стилями. Они не использовали оружие, но их натренированные пальцы и ногти превращались в смертоносные орудия, не давая противнику шанса на контратаку.
Чхон Хви встречал многих таких мастеров.
Особенно ему запомнился Хо Воль по прозвищу Белокостный Демонический Император, чья техника когтей по праву считалась лучшей в поднебесной.
«Это просто детские игрушки».
Конечно, когти Филлиана двигались быстро и необычно, оказывая давление. Но на этом всё. Сам Чхон Хви не чувствовал никакой опасности. Он был уверен, что в любой момент может отбить атаку и нанести ответный удар.
И эта уверенность тут же перешла в действие.
— Ха-ап! Стенание земли!
Бум!
— Ух!
Считав траекторию движения когтей, Чхон Хви уклонился и применил «Стенание земли». Хотя мастерство владения этим уникальным навыком было ещё низким, ему удалось на мгновение парализовать Филлиана.
— Дыхание демона! Серия ударов!
Па-па-па-пак!
— Кр-р-а-а-а!
У него была всего секунда, но этого хватило, чтобы переломить ход боя. Огромная мощь Чхон Хви, усиленная «Дыханием демона», обрушилась на тело Филлиана.
Не выдержав удара, Филлиан с болезненным криком отлетел назад.
— Филлиан!
Подружка Филлиана, которая до этого уверенно наблюдала за дуэлью, в отчаянии выкрикнула его имя.
Однако её голос лишь сильнее разжёг боевой пыл Чхон Хви.
— Умри! Серия ударов!
Чхон Хви мгновенно настиг отлетевшего Филлиана и продолжил осыпать его ударами. В этой атаке он даже не использовал «Дыхание демона», но сокрушительная мощь Кулака Балрога заставила Филлиана содрогнуться от ужаса.
— А-а-а-а-а! А-ах!
Бам! Бах!
— Ха-ха-ха-ха!
С каждым криком Филлиана жуткий смех Чхон Хви становился всё громче. Игроки, наблюдавшие за дуэлью, потеряли дар речи, глядя на то, как оборачивается бой.
— Ха… ха…
Дёрг.
В конце концов, Чхон Хви даже запыхался от чрезмерного расхода сил. После его яростной атаки Филлиан лежал на земле, лишь изредка подергиваясь, всем своим видом показывая, что бой окончен.
Бум, бум, бум.
— Хватит! Остановись!
Пусть это была всего лишь игра, но видеть своего возлюбленного при смерти было невыносимо для нежной девушки. В итоге подружка Филлиана, обливаясь слезами, начала колотить кулаками по защитному барьеру.
— …Как же бесит.
Но Чхон Хви, глядя на её слёзы, не почувствовал жалости — лишь фальшь.
Раздражение продолжало нарастать.
Чтобы выплеснуть его, Чхон Хви подошёл к распластанному Филлиану.
— Какая мощная аура!
— Правда? Откуда он взялся?
— Так разделывать Серого Волка, одного из десяти лучших наёмников… Неужели появился новый топ-игрок?
— Погодите, этот доспех… Это же Сердце Балрога?
— Ох! А перчатки — Кулак Балрога! Так это он?!
— Золотой Секрет!
Зрители, наконец, осознали, кто перед ними, и поднялся невообразимый шум. Некоторые даже начали звать друзей.
Однако Чхон Хви было всё равно. Ведь на его лице была Маска из человеческой кожи, скрывающая его истинный облик.
— Кха.
Похоже, Филлиан почувствовал перемены вокруг. Он сплюнул густую кровь и попытался подняться. Было видно, что его очки здоровья почти на нуле. Чхон Хви достаточно было щелчка пальцами, чтобы тот погиб.
— Силь… силён…
— Не особо. Просто ты слабый.
— К-хе-хе, может и так. Но теперь я знаю, что ты опасен. Похоже, ты не собираешься оставлять меня в живых?
— Конечно.
На вопрос Филлиана Чхон Хви ответил коротко и ясно. Лицо Филлиана исказилось в зловещей гримасе, и он прошипел:
— С этого момента я не считаю тебя другом. В «Обелиске» я буду охотиться за твоей головой, пока ты не удалишь игру. В реальности я тебя не трону — я не настолько отбитый.
— Я же сказал: делай что хочешь.
— Хе-хе-хе… Какое высокомерие, будто возомнил себя богом. Посмотрим, надолго ли тебя хватит!
Бам!
— Филлиан!
Вспышка.
[Динь! Вы одержали победу в дуэли против игрока Филлиана.]
[Динь! Ваша известность увеличилась на 500.]
[Динь! Ваша дурная слава увеличилась на 1 000.]
Не успел Филлиан договорить, как нога Чхон Хви обрушилась ему на грудь. Удар был не самым сильным, но для едва живого наёмника он стал фатальным.
Топ, топ.
— …
— …
Вокруг внезапно воцарилась тишина.
Дуэль, за которой все наблюдали с любопытством, закончилась полным разгромом, а аура победителя была настолько зловещей, что к нему было страшно подойти.
Словно не замечая взглядов, Чхон Хви в сопровождении Оберна покинул место поединка.
— …
— …
— …Хнык, хнык.
Даже после того, как Чхон Хви скрылся из виду, тишина в центре города не была нарушена. Лишь тихие всхлипывания девушки нарушали безмолвие.
[Не слишком ли жёстко ты с ним?]
— Нисколько. Если бы я этого не сделал, на его месте оказался бы я.
[Со стороны так не казалось.]
— Со стороны — может быть, но на деле всё иначе. Мы были примерно равны по силам. Если бы не Сердце Балрога и Кулак Балрога, я бы проиграл. Знать теорию и применять её на практике — это разные вещи.
[…Пусть будет так.]
Направляясь к особняку, они больше не разговаривали. Вокруг всё ещё шумел Фестиваль тюльпанов, парочки предавались нежностям, но для этих двоих всё это было словно из другого мира.
— Ты куда это собрался?
Внезапно раздался женский голос.
Он показался Чхон Хви знакомым, но он проигнорировал его и пошёл дальше. Даже голову не повернул. Вряд ли в этом мире, в отличие от Небесной Империи, была женщина, знающая его истинную суть.
— Чхон Хви!
Резкий поворот.
— Т-ты!
Услышав своё имя, Чхон Хви тут же обернулся. Там стояла знакомая — нет, незабываемая — женщина и сияла улыбкой.
— О, всё-таки помнишь меня?
«…Странно было бы не помнить. Женщину, которая с таким лицом избивает лизардменов».
Этой женщиной была не кто иная, как Мион.
С их расставания в болоте Херона прошло около десяти игровых дней.
— Что тебе нужно?
Поскольку воспоминания о ней были скорее неприятными, голос Чхон Хви звучал грубо.
— Да ничего особенного. Просто увидела тебя. Показалось, что ты не в духе, хотела сначала пройти мимо, а потом решила: если тебе плохо, может, выпьем вместе?
— …
Чхон Хви остановился и внимательно посмотрел на Мион.
Её лицо было самым обычным. Такое можно встретить где угодно. Но глаза… глаза были на удивление притягательными. Сексуальный, манящий взгляд резко контрастировал с её заурядной и невинной внешностью.
«А? Где я видел этот взгляд?»
Глядя ей в глаза, Чхон Хви почувствовал странное дежавю. Он попытался покопаться в памяти, но не смог найти ничего конкретного, кроме смутного чувства узнавания.
— Чего ты так уставился? Мне даже неловко.
— …Что-то не похоже, чтобы тебе было неловко. Ты точно та самая девушка из гильдии бойцов?
— Конечно. Или ты думаешь, есть ещё одна такая же красавица, как я?
— …
«И в каком месте ты красавица?»
Глядя на уверенную в своей «исключительности» Мион, Чхон Хви лишь изобразил на лице крайнее недоумение.
— Сейчас же фестиваль, у тебя есть планы?
— Да. Планов полно.
Чхон Хви соврал, боясь лишних хлопот. Но поскольку по натуре он не умел врать, его ложь была тут же разоблачена.
— Эй, да ладно тебе! По лицу же видно!
— Ч-что ты делаешь!
Чхон Хви вздрогнул и попытался отстраниться, когда Мион внезапно взяла его под руку. Но её хватка оказалась сильнее его сопротивления.
— Нечего стесняться! Пошли. В разгар фестиваля мужчине негоже бродить в одиночестве — это жалко выглядит. А когда мужчина выглядит жалко, его ценность падает. Так и быть, я, такая прекрасная, составлю тебе компанию.
— Хватит уже! Может, отпустишь руку?
— Я же сказала: не надо стесняться!
— Да не стесняюсь я!
От слов Мион Чхон Хви даже покраснел и повысил голос. Несмотря на это, Мион продолжала улыбаться и, крепко держа его за руку, потащила за собой.
Перед лицом любви женщина… превращается в богатыря.
— Ва-а, смотри, какой красивый фонтан!
— …Допустим, но не могла бы ты отпустить мою руку?
— Ой, сахарная вата! Хочу! Купи мне.
— …Да куплю я тебе всё, что хочешь, только отпусти руку!
Мион привела Чхон Хви на центральную площадь Оберна. Здесь находилась знаменитая достопримечательность — фонтан Хенесии, богини любви в мире «Обелиска».
Мион была в восторге от праздничной атмосферы, но Чхон Хви было не до веселья. Виной тому было ощущение мягкости её тела, прижимающегося к его руке.
Но ещё больше его мучил аромат, исходивший от Мион, которая льнула к нему, словно возлюбленная.
Запах её тела ставил Чхон Хви в крайне неловкое положение.
«Проклятая игра! И зачем только создали такую реалистичную систему!»
Прикосновения Мион и её аромат стали настоящим испытанием для Чхон Хви, который уже давно не общался с женщинами.
Символ его мужественности внезапно и решительно устремился в небеса.
— Мион, пожалуйста, отойди немного. Я сделаю всё, что ты захочешь.
В конце концов, Чхон Хви пришлось выложить последний козырь. Он понимал, что поддаётся ей, но сейчас единственным его желанием было выбраться из этой щекотливой ситуации.
— Правда? Ну ладно!
— …
Как только он это сказал, Мион тут же отпустила его руку и расплылась в довольной улыбке.
«Всё-таки поймала на крючок?»
Похоже, внешность этой женщины была её главным оружием. За невинным и обычным лицом скрывалась лисья хитрость, заставляющая мужчин терять бдительность. Это было оружие, против которого невозможно устоять, даже если знаешь о подвохе.
— Теперь пойдём вон туда.
— Это ещё зачем?
Спросил Чхон Хви, когда Мион отошла и он немного успокоился.
— Гадание.
— Гадание? Это же для влюблённых парочек.
— А кто сказал, что другим нельзя? Что за старомодные взгляды. Это же просто ради интереса.
— Ух.
В любой другой ситуации Чхон Хви бы просто ушёл, но, помня о своём обещании, он не смог отказать и позволил Мион затащить себя в палатку гадалки.
— Добро пожаловать! С любовью и добротой… Ой!
— Т-ты!
Как только они вошли, женщина-гадалка приветливо заговорила, но, увидев лицо Чхон Хви, осеклась и вскрикнула от неожиданности.
— Серена? Вы что здесь делаете?
— …Черт.
Гадалкой оказалась не кто иная, как Серена, заведующая лавкой реагентов в филиале Магической башни Оберна. Поскольку их отношения были далеки от дружеских, они уставились друг на друга с явным недовольством.
— Вы знакомы?
— Так, пересекались.
Чхон Хви небрежно ответил на вопрос Мион и сел вместе с ней перед Сереной. Палатка была обставлена довольно правдоподобно, так что любой мог принять Серену за настоящую гадалку.
— Не смотрите на меня так. Я просто подрабатываю здесь на время фестиваля. Моя основная работа — продавец в лавке и маг!
— …
«Теперь и NPC подрабатывают?»
Чхон Хви посмотрел на неё с ещё большим недоумением, а затем, потеряв к ней интерес, обратился к Мион:
— Тебе правда это нужно? Давай лучше займёмся чем-нибудь другим.
— Мужчина должен держать своё слово!
— …Делай что хочешь.
На провокацию Мион Чхон Хви ответил обречённым вздохом.
— Погадайте нам, пожалуйста.
— Хорошо. Моё гадание не требует ваших личных данных. Просто положите руки на этот хрустальный шар.
— Спасибо. Чхон Хви, давай руку.
— Да кладу я, кладу, только не тяни так!
Под нажимом Мион Чхон Хви всё же положил руку на шар. Он никогда не верил в подобные суеверия, а в такой принудительной обстановке — и подавно.
— Хм, с чего бы мне начать?
Спросила Серена, вглядываясь в результат гадания.
— Нам не нужно всё подряд, расскажите про любовь. Как у нас с этим?
— Понятно. Ваша любовная удача… весьма необычна. Во-первых, вы оба скрываете свои истинные лица друг от друга. К тому же узы вашей судьбы запутаны в сложный клубок. Это может быть как хорошее предзнаменование, так и дурное. Точно сказать сложно.
— И это всё?
Не дождавшись желаемого ответа, Мион разочарованно нахмурилась.
— Простите, что говорю это, но, похоже, вы не подходите друг другу. Чтобы ваши чувства нашли отклик, нужно распутать эти узлы судьбы, но сделать это будет невероятно сложно. Мне жаль.
Серена искренне извинялась, повторяя слова сочувствия. Чхон Хви с облегчением кивнул, а вот Мион, раскрасневшись от гнева, пулей вылетела из палатки.
— Что за бред! Она шарлатанка! Какие ещё узлы судьбы! Мы виделись всего три раза, и это наше первое нормальное свидание! Откуда там взяться каким-то запутанным узам?! Скажи же?
— Ну, пути господни неисповедимы. Может, мы просто не помним, но встречались где-то раньше? В реальности или в игре. И если та встреча была неудачной, то теперь нам трудно распутать этот клубок?
Подливая масла в огонь, Чхон Хви поддразнивал её. Мион сверкнула глазами, и Чхон Хви невольно отступил на шаг. У него даже волосы на затылке зашевелились от её взгляда.
— И что? Ты хочешь сказать, что мы не созданы друг для друга?
Чхон Хви кожей почувствовал ту самую ауру «мясника», которую она излучала, когда истребляла лизардменов.
«Опасно».
Инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Видя её грозный вид, Чхон Хви сделал ещё один осторожный шаг назад. Но она тут же шагнула к нему, не давая разорвать дистанцию.
— Отвечай. Ты правда думаешь, что у нас нет будущего?
— Нет, я просто хотел сказать, что, как и сказала Серена, между нами могут быть какие-то неразрешённые прошлые обиды…
— С чего ты взял, что это обиды?!
Перебила его Мион, продолжая сверлить его яростным взглядом.
— Я точно знаю, что никогда не встречала тебя раньше. Так что никаким узам взяться неоткуда.
— Ты же сама говорила, что гадание — это просто забава, чего ты так заводишься? Считай, как тебе хочется, и всё.
На самом деле Чхон Хви и сам не верил Серене. Он считал невозможным наличие каких-то «сложных уз» между людьми, видевшимися в игре всего три раза.
— А-а-а-а-а-а!
— Ты чего? Что случилось?!
Мион внезапно закричала во весь голос. Чхон Хви в растерянности уставился на неё. Поскольку они стояли в самом центре людной площади, сотни, если не тысячи людей тут же обернулись на крик.
— А-ах, теперь полегчало.
— Ты что творишь? Не видишь, как на нас смотрят?
— Мне плевать на чужое мнение. Другие — это другие, а я — это я. Разве не так?
— …Ты точно та самая робкая девушка, которая двух слов связать не могла в гильдии?
Чхон Хви всё ещё не мог поверить, что перед ним один и тот же человек.
— Да, это всё я. Но эта версия мне ближе. Мой настоящий характер, если хочешь. До встречи с тобой я решила, что моим девизом в «Обелиске» будет «крайняя застенчивость».
— Застенчивость?
— Ага. Я подумала, что нет смысла быть в игре такой же, как в жизни. Хотела стать кем-то другим. Хотя бы здесь…
— …
Слушая Мион, Чхон Хви почувствовал, что они в чем-то похожи.
Ведь и он в реальности был тихим парнем, плывущим по течению, но в игре старался отринуть это и действовать так, как велит сердце.
Ему вдруг стало любопытно, какая Мион в реальной жизни. Судя по её поведению, она явно была непростой девушкой, и ему захотелось увидеть её настоящий облик.
«Может, когда-нибудь и представится случай».
Но он не решился сказать это вслух. В глубине души он хотел, чтобы игровые отношения оставались игровыми.
К тому же Чхон Хви — или, вернее, Ён Ван — не был настолько решительным мужчиной, чтобы вот так сразу предложить встречу.
— Настроение ни к черту, пошли выпьем.
— …А ты не могла бы вернуться к своему игровому образу?
— Почему? Тот тебе больше нравился?
Услышав дерзкий вопрос Мион, Чхон Хви задумался.
Какая Мион ему милее: та, что постоянно краснеет и молчит, или эта — яркая и уверенная в себе?
Раздумья были недолгими.
Ответ был очевиден.
— Пошли. Напиваться.
— Вот это по-нашему!
Иногда мужчины предпочитают диких волчиц кротким овечкам.
Обновлено: 04.04.2026