Хотя этот день принес слишком много событий, ставших для Гу Сяобая настоящим потрясением, перед тем как лечь в постель, он сумел с помощью своей непоколебимой воли привести мысли в порядок и вернуться к привычному ритму.
Лежа в кровати, Гу Сяобай мысленно пробежался по своим жизненным планам.
За год – попасть в программу «Сотня талантов кампуса», что откроет ему доступ на настоящую «скоростную трассу» Университета Дунъюань.
Затем за год или полтора – пройти весь четырехлетний курс бакалавриата и определиться с направлением будущих исследований.
У физики было множество ветвей: экспериментальная и теоретическая, макроскопическая Теория относительности и микроскопическая Квантовая механика… Перед Гу Сяобаем расстилалась широкая дорога с бесчисленными развилками, и каждая из них вела к вершине своей пирамиды. Различалась лишь их высота.
Разумеется, Гу Сяобай считал, что любая из этих научных пирамид куда выше какого-то там Великого музыканта.
Упорядочив цели, Гу Сяобай глубоко вздохнул и приказал своему мозгу: «Спать!»
Он представил, как медленно погружается в теплую воду, как тьма постепенно застилает взор…
— Хр-р-р… — Гу Сяобай уснул.
Услышав его ровное и глубокое дыхание, трое соседей по комнате разом сели на кроватях.
— Сяобай уже спит?
— Ну и человечище…
— Будь я на его месте, я бы от возбуждения несколько дней не спал, а уж сегодня ночью – точно бы глаз не сомкнул.
— Я вот сегодня точно не усну, — Ван Хайся замахал смартфоном. — В Weibo целая толпа хейтеров вопит, что всё это тюнинг голоса. Черт возьми, я с ними сегодня до рассвета ругаться буду! Как они смеют говорить, что наш Сяобай плохо поет? Знают ли они, как нелегко нашему Сяобаю дается каждая песня!
И правда: сорвав тяжкие оковы, он наконец набрался смелости запеть. Юный парень, пылкая мечта – как у кого-то рука поднялась это растаптывать!
Такое просто невозможно стерпеть!
«Я сам стану стражем мечты Сяобая!» – решил Ван Хайся.
— Тебе просто нравится с людьми лаяться… — покачали головами двое других. — Ладно, скоро экзамены. Как наиграешься – ложись.
Одинокие псы с физического факультета Университета Дунъюань в массе своей оставались людьми рассудительными.
Разве тот, кто смог поступить в этот университет, не был до этого баловнем судьбы? Разве он не привык к вниманию? И хотя после поступления выяснилось, что вокруг полно людей куда круче тебя, самооценка всё еще держалась.
«Я ведь тоже очень талантлив!»
«Пусть не так, как Сяобай, и не так, как братец Яо, но всё же…»
«Я тоже выдающийся!»
С этими мыслями остальные быстро успокоились и уснули. Лишь Ван Хайся, вошедший в раж, продолжал строчить гневные комментарии.
В три часа ночи, наконец отведя душу, он отбросил телефон и провалился в сон.
Вскоре по комнате разнесся его громоподобный храп.
На следующее утро, когда соседи проснулись, они увидели, что Гу Сяобай уже сидит за столом и с железным упорством решает задачи.
Около семи утра Ван Хайся всё-таки заставил себя сползти с кровати. Друзья вместе вышли из комнаты, чтобы позавтракать и отправиться на пары.
Но стоило им дойти до вестибюля, как они увидели десятка полтора девушек. Те столпились у входа и наперебой атаковали комендантшу общежития:
— Тётушка, это же общежитие физиков, верно?
— Тётушка, мы ищем Гу Сяобая!
— Номер комнаты? Мы не знаем…
— Тётушка, ну впустите нас, пожалуйста!
— Честное слово, мы правда знаем Сяобая!
Неподкупная комендантша стояла в дверях, широко расставив руки, точно наседка, защищающая цыплят от коршунов. Она намертво преградила путь девицам, пытавшимся прорваться внутрь.
— Вы-то Сяобая знаете, а вот он вас – вряд ли! — Отрезала она. — Я сегодня с утра уже сотню таких завернула, и каждая клялась, что она его «лучшая подруга»!
— Тётушка, мы же просто слабые девушки, неужели вы боитесь, что мы причиним Сяобаю вред?
Лицо комендантши так и сияло праведным гневом:
— И слушать не желаю! Наш Сяобай еще маленький, он не готов к соблазнам этого порочного мира!
— Сяобай еще маленький? — Зашептались в толпе.
— А сколько ему лет? Первокурсник же, вроде не должен быть совсем ребенком.
— Я слышала, он перескакивал через классы.
— О-о-о, неужели он такой высокий и статный, а в душе – милый маленький принц? Как волнительно! Во мне просыпаются наклонности хищной тётушки!
— Тётушка, ну поделитесь хоть какой-нибудь информацией о Сяобае! Давайте жить дружно. Мы встали в пять утра, ехали с двумя пересадками только ради того, чтобы разок на него взглянуть, ну пожалуйста…
— Мы не плохие люди! Мы из Академии художеств, вот наши студенческие!
— А мы из Консерватории, мы просто хотим обсудить с Сяобаем технику вокала… Вот билеты…
— Тётушка, а мы вообще с эконома, мы свои! Это просто искренняя забота старших сокурсниц о младшем товарище, ничего лишнего!
Девушки начали спорить уже между собой.
Четверо «одиноких псов» из комнаты Сяобая замерли как вкопанные, словно по команде дрессировщика.
— Это что же… уже фанаты? — Прошептал кто-то.
— Ну это уже перебор!
— Что вообще произошло за ночь?
— И что нам делать?
— Прыгаем в окно.
Решетки на окнах первого этажа можно было открыть – это служило пожарным выходом. Обычно они были заперты, а ключи хранились у комендантши. Но разве какой-то замок мог остановить лучших учеников физфака Университета Дунъюань?
Меньше чем через пять минут четвёрка уже выбиралась из-за велосипедной парковки.
— Я на разведку… — Ван Хайся осторожно высунул голову.
— Чисто? — Чжоу Сяньтин, самый старший в комнате, был невысоким и крепко сбитым парнем с добродушным лицом. Завзятый любитель штанги, он сейчас широко расставил руки, прикрывая Гу Сяобая с видом заправского телохранителя.
— Чисто, — Ван Хайся поправил свои толстые очки и быстро огляделся. Подозрительных личностей в поле зрения не было. — Порядок.
— Ходу! — Скомандовал кто-то, и парни припустили вперед.
Но не успели они пробежать и пары шагов, как раздался визг:
— А-а-а! Это же Гу Сяобай!
— Он! Это он! Наш маленький Нэчжа!
— Гу Сяобай!
Толпа мгновенно взяла их в кольцо. Точнее, они окружили Гу Сяобая и троих мешающихся «одиноких псов».
Гу Сяобай впал в ступор.
За всю жизнь у него не было подобного опыта. Конечно, к нему иногда подходили девушки – краснея и прижимая к груди учебник, просили объяснить задачу, но их было максимум четыре-пять в очереди. И признаний в любви он получал не больше трех в день.
А сейчас перед ним было человек тридцать-пятьдесят, и, судя по шуму, на подмогу спешили новые отряды поклонниц.
— Сяобай, можно с тобой сфотографироваться?
— Я… мне нужно позавтракать, а потом спешить на занятия, — пробормотал он.
— Ничего страшного, будем фоткаться на ходу!
— Да-да, мы тебя не задержим!
— Сяобай, посмотри сюда!
— Сяобай, ну улыбнись же!
Девушки вокруг строили рожицы, надували щечки, показывали пальцами «викторию» и призывно подмигивали в объективы своих телефонов. Сяобай в миг превратился в главный объект для сбора лайков в Moments.
Кто-то начал совать ему подарки.
— Сяобай, это печенье, я сама испекла! — Круглолицая девушка протиснулась вперед.
— А это мой шоколад! — Перебила её девушка с квадратным лицом.
— Вот нуга, я сама сделала! — Добавила третья, с пухлыми щечками.
— А это чай с молоком, домашний… — нежным голосом произнесла девушка, чья кожа была такой же чистой, как этот самый чай.
Видя, что в руках Сяобая подарки уже не помещаются, девицы принялись нагружать его соседей.
— Эй вы, подержите за Сяобая!
— Только не вздумайте сами съесть! Это всё для Сяобая!
Когда парням наконец удалось прорваться в столовую, они чувствовали себя так, словно чудом спаслись от верной гибели. Но стоило им войти, как в зале повисла тишина, и сотни глаз уставились на них.
— Это и есть тот самый Гу Сяобай?
— Точно он! Вчера даже моя мама узнала, что в нашем университете есть такой парень.
— Не гони! Прямо так и мама узнала?
— Да моя сестра только в седьмой класс пошла, а вчера уже меня пытала, чтобы я всё про него выведал…
— Слушайте, а может, он как другие старшие сокурсники – дебютирует еще до выпуска?
— Пойду-ка я автограф попрошу, пока есть шанс. Буду потом говорить, что знакома с будущей суперзвездой…
С трудом добравшись до окна раздачи, парни оказались за группой девушек. Те, завидев их, так и просияли:
— Сяобай, иди сюда! Становись перед нами!
— Я…
— Давай же, не стесняйся! — Девушки буквально затащили Гу Сяобая вперед.
Ван Хайся, набравшись храбрости, попытался последовать за ним, но тут же наткнулся на такие яростные взгляды, что поспешно отступил.
Когда троица наконец получила еду и вернулась к столу, Ван Хайся обиженно проворчал:
— Подумаешь, попросил чуть больше гарнира… Какая жадность, зажали лишнюю ложку…
— Вот-вот, — поддержал его Чжоу Сяньтин. — У меня нагрузки большие, мне нужно больше соли потреблять…
Они подняли глаза и замерли. На подносе Гу Сяобая закуски были навалены целой горой.
— Даже поварихи в столовой туда же! — Выдохнул кто-то.
Вот теперь их самообладание треснуло окончательно.
Обновлено: 20.02.2026