— А, это я только приветствую!
На самом деле зарплата прокурора довольно скромная, если сравнивать её с тем социальным статусом, который приписывают этой должности в обществе.
Ну, конечно, «скромная» она именно в сравнении со статусом.
У рядового прокурора первого разряда базовая ставка составляет около 3,1 миллиона вон до вычета налогов.
Но это лишь голый оклад. На деле же в месяц вполне набегает от 5,5 до 6 миллионов вон «грязными».
Однако стоит учитывать и другой фактор.
А именно — доходы адвокатов.
Если годовой доход «дяди» составлял миллиард вон, то сколько же получает Заместитель окружного прокурора?
Наверное, со всеми надбавками и выплатами выйдет около 150 миллионов?
С уверенностью можно сказать, что планку в 200 миллионов он точно не перешагнёт.
Поэтому прокуроры на протяжении всей своей карьеры больше всего пекутся о связях.
Нужно выстроить хорошую сеть знакомств, чтобы позже, став советником в корпорации, перейдя в юридический отдел, в крупную юридическую фирму или открыв частную практику, начать зарабатывать по-настоящему.
В этом плане Заместитель окружного прокурора не был исключением.
Если я сейчас через него найду адвокатскую контору, это станет отличным вложением в его собственное будущее.
С другой стороны, для меня это тоже огромная выгода.
У нас с Заместителем окружного прокурора сложились тесные отношения, разве подсунет он мне абы кого?
К тому же, пока он остается действующим высокопоставленным лицом в Центральной прокуратуре Сеула, разве в выбранной фирме посмеют работать спустя рукава?
Как бы ни было противно сталкиваться с кумовством, когда помощь нужна тебе самому, нет ничего эффективнее связей.
Если бы в детстве у меня не было покровительства «дяди», разве сохранилось бы наследство родителей на моем счету?
Разумеется, нет.
— В таком случае, пожалуйста, дайте знать, когда договоритесь о встрече с адвокатом.
— Эй, чего тут ждать?
— Простите?
Заместитель окружного прокурора вытащил мобильный телефон и начал куда-то звонить.
— А, господин старший коллега, это я. Тут есть одно крупное дело, найдется минутка?
Мгновенно договорившись о встрече, Заместитель окружного прокурора посмотрел на меня и на мгновение задумался.
— Ну, сойдет же?
Я был, честно говоря, немного ошарашен, когда он нажал на ту самую запретную кнопку — фронтальную камеру — и навел экран на мое лицо.
«Это… я?..»
Из-за того, что я много плакал, глаза сильно опухли.
Я выглядел так, что с трудом узнавал самого себя.
— Впрочем, так даже лучше, вызовешь больше сочувствия. В общем, он сказал приходить прямо сейчас, погнали!
Положив руку мне на плечо, Заместитель окружного прокурора распахнул дверь кабинета.
Когда мы вышли на парковку, мое внимание привлекла его «Грандер».
— Ты знал, что я ездил на «Аванте» вплоть до того, как стал начальником отдела?
— Правда?
— Когда я был начальником отдела, я работал в другом месте. Тогда у Заместителя окружного прокурора была «Грандер».
— А-а…
— С тех пор я мечтал о такой же. Как только перевелся сюда и получил должность Заместителя окружного прокурора, сразу её взял. Эх… ради таких моментов и стоит быть прокурором. Кстати, а у тебя есть машина?
— А… у меня пока нет.
— Вот как? Прокурору без машины неудобно. Ну, если собираешься только в судебном отделе работать и зачитывать обвинения как попугай, то ладно. Но судя по тебе, ты хочешь быть прокурором, который и на выезды ездит, и обвинения сам предъявляет.
Я и сам остро почувствовал необходимость в автомобиле, когда использовал «Компас проводника».
Нельзя же каждый раз вызывать такси, когда нужно свериться с компасом.
— На самом деле я как раз планирую купить машину в ближайшее время.
— Права-то есть?
— Да, «дядя» настоял, чтобы я их получил, так что они есть, но…
— Но?
— Они пылятся на полке. Я получил их сразу, как поступил в университет, и с тех пор не водил.
— Черт! Я — Заместитель окружного прокурора, и должен везти рядового прокурора!
Он открыл заднюю дверь «Грандер» и жестом пригласил меня внутрь.
— Я… я сяду на переднее!
Даже если у меня нет машины, я знаю, какое место считается почетным.
— Эй, когда тебе еще представится шанс проехаться на заднем сиденье машины, которой управляет Заместитель окружного прокурора? Когда станешь главой прокуратуры? Это лет через двадцать пять, не раньше. Так что садись. Сегодня ты мой главный гость!
Заместитель окружного прокурора добродушно рассмеялся.
Больше всего в наследстве «дяди» мне нравилось то, что я стал его приемным сыном.
И вторым пунктом в этом списке была вовсе не страховая выплата в 10 миллиардов, а именно этот человек.
Если бы не Заместитель окружного прокурора, смог бы я так спокойно работать в прокуратуре?
«Абсолютно точно нет».
Поэтому я вежливо поклонился ему и с благоговением сел на заднее сиденье.
— Прокурор Пэк, отправляемся!
Под веселый возглас Заместителя окружного прокурора двигатель «Грандер» заурчал, и машина выехала с территории прокуратуры.
— Кону, познакомься. Этот человек, как и я, в прошлом занимал пост Заместителя окружного прокурора Центральной прокуратуры Сеула.
— Здравствуйте!
Я поклонился, и адвокат, на вид которому было за шестьдесят, кивнул, не вставая с почетного места в своем кабинете.
— Так вот ты какой, тот самый новичок, который недавно всколыхнул все СМИ?
Я мельком взглянул на табличку. На ней было написано имя: «О Мёнсок».
— Прошу прощения за шум!
Когда я выкрикнул это, согнувшись в поклоне на девяносто градусов, адвокат, видимо, остался доволен моим поведением и негромко усмехнулся.
— Выпрямись.
— Есть!
— Господин старший коллега, хоть он мне и младший коллега, но он принес вам крупное дельце. Могли бы быть с ним и помягче.
— А, и вправду. Я на миг воспринял его просто как младшего коллегу. Что ж, присаживайся.
Адвокат, посмеиваясь, указал мне на место рядом с Заместителем окружного прокурора.
— Ну, выкладывай. Что за крупное дело? Надеюсь, ты пришел сюда не для того, чтобы пошутить, представив новичка как «большой куш»?
В кабинете виднелись дорогие предметы интерьера.
С первого взгляда было ясно, что адвокат О Мёнсок — человек весьма преуспевающий.
«Впрочем, это неудивительно, учитывая, что он ушел из прокуратуры с должности заместителя главы Центрального округа».
Заместитель окружного прокурора Центральной прокуратуры Сеула — это фактически человек, входящий в топ-10 иерархии прокуратуры.
«Наверное, он не был третьим заместителем».
Самая ключевая должность в Центральной прокуратуре Сеула, если не считать самого главу, — это, несомненно, третий заместитель.
Говорят, что стоит человеку занять это кресло, как он с вероятностью в 99% со временем станет и главой Центральной прокуратуры Сеула.
Сейчас мой самый надежный покровитель, Ким Гючхоль, является вторым заместителем, а я нахожусь в подчинении первого заместителя.
— Господин старший коллега, сколько вы знаете о деле, в которое попал Кону?
— Столько же, сколько и все. Дело о мошенничестве со страховкой, где родственники адвоката, с которым ты был близок, убили его ради денег, верно?
Я сразу почувствовал разницу.
Не знаю, потому ли это, что мы с ним близки, но Заместитель окружного прокурора Ким Гючхоль всегда меняет тон и выражение лица, если речь заходит о чем-то неприятном для меня.
С другой стороны, адвокат О Мёнсок, хотя явно и дружил с моим начальником, совершенно не заботился о такте, когда затрагивал болезненные темы.
«Раз Заместителя окружного прокурора это не смущает, значит, всё в порядке».
Я молча ждал продолжения их разговора.
— Да. В обычной ситуации страховые компании, ссылаясь на условия договора, выплатили бы только выкупную сумму при расторжении и на этом бы всё закончилось.
— Само собой. Но при чем тут это сейчас?
Адвокат О Мёнсок нахмурился, явно не понимая сути.
— Только не падайте. Сидящий перед вами Кону — приемный сын покойного Сокмина.
— Что, что-о?!
Адвокат О Мёнсок подскочил на месте от неожиданности.
Честно говоря, его реакция была понятна.
Заголовки новостей уже кричали о страховой выплате в 10 миллиардов вон. Услышав сумму, он мгновенно осознал масштаб «крупного дела».
— Погоди, это же бессмыслица. Если бы он был приемным сыном, об этом бы уже давно написали во всех статьях.
— На то были свои причины.
Заместитель окружного прокурора максимально подробно изложил адвокату всю историю.
— Вот оно что… Это дело совсем другого уровня.
Перед нами стоял обычный кофе.
Но адвокат вдруг встал и достал бутылку элитного виски, который даже на вид стоил баснословных денег.
— Ты ведь пьешь?
Его взгляд, направленный на меня, стал на удивление мягким.
Да, в этом мире всё решают деньги.
— Да, пью.
— Правильно, настоящий мужчина должен уметь выпить.
Адвокат О Мёнсок был обладателем внушительного живота.
Он выглядел как персонаж, который обязательно должен был появиться в какой-нибудь дораме про 80-е годы.
Напротив него сидел Заместитель окружного прокурора, человек скорее худощавого телосложения.
Интересно, что же их объединило в одну команду? Как-нибудь при случае нужно будет спросить об этом Ким Гючхоля.
— Ну, за встречу!
Раздался звон бокалов.
Адвокат осушил свой наполовину и вытер губы рукавом.
— Эх, хорошо. В прокурорские времена о таком виски и мечтать не приходилось. Гючхоль, ты-то когда планируешь открывать свою контору?
— Ой, мне до этого еще далеко.
— Тебе вряд ли светит стать главой всей окружной прокуратуры.
— И не говорите. У меня всегда было плохо с математикой, вот я и написал в ответе «два».
Заместитель окружного прокурора забавно обыграл то, что он является вторым заместителем.
В ответ адвокат весело расхохотался и закивал.
— Да, нам, прокурорам, нужно лучше знать математику. Но мы же гуманитарии, в сложении слабоваты.
Затем адвокат допил остатки.
Видя это, я тоже поспешил опустошить свой бокал.
— О, наш Кону тоже не промах в выпивке. Еще налить?
— А, нет, спасибо, я в порядке!
— Ладно, тогда перейдем к делу.
По знаку адвоката помощник принес контракт.
— Просто поставь здесь подпись.
— Ого, в наши дни контракты выглядят вот так?
Внезапно Заместитель окружного прокурора перехватил бумагу.
Спустя мгновение он с шутливым укором посмотрел на адвоката.
— Э-эй, господин старший коллега! Наш Кону только начинает жизнь и ничего не смыслит в таких вещах. Разве можно подсовывать ему такое? Мы должны помочь ему, чтобы он ни о чем не беспокоился.
Он уверенно вычеркнул ручкой несколько пунктов в контракте и вписал свои условия.
«Гонорар успеха: 1,5 миллиарда вон»
→ «Гонорар успеха: 15% от суммы, фактически взысканной с ответчика после победы в суде».
«Выплата вознаграждения производится в момент победы в суде»
→ «Выплата вознаграждения начинается с момента вступления решения в законную силу (после решения суда третьей инстанции или отклонения апелляции и кассации). Пятого числа каждого месяца Сторона А выплачивает Стороне Б 15% от суммы, фактически полученной от ответчика».
— Эй, да что это за контракт такой?!
Адвокат посмотрел на Заместителя окружного прокурора с нескрываемым возмущением.
— Господин старший коллега, он же не чужой человек, он свой. Вы серьезно собирались подсунуть ему стандартную кабалу?
Хоть я и мало смыслил в гражданском праве, тут всё было очевидно.
«Подпиши я первоначальный вариант — и проблем не оберешься».
Фиксированный гонорар в 1,5 миллиарда — это те же 15%, но от 10 миллиардов.
Но что, если суд присудит выплатить лишь часть суммы?
Тогда гонорар успеха превратится из 15% в 30%, 50% или даже больше.
«Более того, момент выплаты был просто пугающим».
Победа в гражданском суде не означает мгновенное получение денег.
Что, если я выиграю, а ответчик откажется платить и пойдет в отказ?
Придется переходить к следующему этапу.
И в это время я, еще не получив ни воны, уже должен был бы отдать адвокату полтора миллиарда.
«Фух… Ну и мир, кругом подвохи».
Пока я про себя возмущался, их спор продолжался.
— Слушай, если ответчик проиграет и не заплатит, мне что, после победы лапу сосать?
— Так включите в контракт пункт о взыскании средств после победы.
— Эй, тогда 15 процентов — это слишком мало!
— Ладно, поднимем до 20.
— Хм…
Судя по всему, они не разыгрывали спектакль.
Если бы Заместитель окружного прокурора действительно хотел на мне нажиться, он бы не защищал меня здесь, а еще на этапе расследования получил бы откат от страховых компаний.
Способов отмыть деньги предостаточно.
«В таком случае 15 или 20 процентов — это совсем не много».
Ведь в это дело вовлечена не одна компания.
Вести изматывающую гражданскую войну с десятком страховых гигантов?
От такого можно с ума сойти.
Сейчас правильнее всего было нанять адвоката и довериться Заместителю окружного прокурора.
«Раз я так решил, значит, буду во всем следовать его советам».
В итоге они пришли к соглашению.
— Кону, 20 процентов, и они берут на себя всё взыскание денег. Как тебе?
— Я полностью полагаюсь на ваше решение, господин Заместитель окружного прокурора.
После моего ответа оба — и адвокат, и прокурор — удивленно вытаращили глаза.
— Не то он слишком наивен, не то и вправду верит тебе безоговорочно…
Заметив, что адвокат собирается налить еще, я поспешил перехватить бутылку и наполнил его бокал до краев.
— Вот, полный. Хорошо, молодец.
Алкоголь мгновенно исчез в недрах организма адвоката.
— Эх, ладно. Только потому, что ты привел своего младшего коллегу, я иду на такие уступки.
— Разве я пришел бы к вам, если бы не доверял?
— В общем, не волнуйся. Я сделаю всё так, чтобы страховые компании даже на пушечный выстрел к тебе не подошли. Но и ты не вздумай кинуть меня на деньги. Если попробуешь — посажу тебя в малолитражку.
«Посажу в малолитражку».
Для юриста это прозвучало довольно жутко.
По сути, это был завуалированный смертный приговор репутации и карьере.
— Ой, господин старший коллега. Я буду лично и очень строго следить за тем, чтобы такого не случилось.
— Ладно. С юридической точки зрения это дело не проигрышное. Хоть документы и были обработаны уже после смерти Ким Сокмина, на камерах CCTV четко зафиксировано, что он подал их еще при жизни.
— Именно так. С точки зрения права это стопроцентная победа.
— Эй, ты что, сейчас на меня давление оказываешь?
— О, вы заметили? Конечно, чтобы получить все сто процентов суммы, я должен на вас немного надавить.
— Тц-тц. Раз у нас контракт не на фикс, а на процент, я и сам выложусь на полную. Короче, страховым мы не проиграем, и семье этого адвоката — тоже. Так что не бери в голову.
— Ух ты, если мы выиграем все эти иски, вы же сможете закрыть контору и уйти на покой?
— Эй, даже по самым смелым подсчетам чистая прибыль не дотянет до 3 миллиардов. С чего бы мне закрываться?
— Да сколько же вы зарабатываете?
— Напиши заявление об увольнении и сам проверь.
Да, это был совершенно другой мир, доходы в котором даже не шли в сравнение с зарплатой прокурора.
Становилось понятно, почему прокуроры так отчаянно рвутся вверх по карьерной лестнице.
Нужно подняться как можно выше, чтобы потом подороже продать себя в качестве адвоката.
«В этом смысле мне продвижение по службе теперь вообще не нужно».
Денег у меня и так более чем достаточно.
Я ведь не просто держал в банке наследство, оставленное родителями.
«Буду работать прокурором в качестве хобби».
В одной манге главный герой говорил, что он — герой ради хобби.
А я буду ради хобби прокурором, стоящим на страже правосудия.
Мои будни мало чем отличались от того времени, когда я расследовал дело «дяди».
Просто из них исчезло само это расследование, и осталась обычная жизнь рядового прокурора.
Можно сказать, я просто помогал старшему коллеге Ан Хёнмину разгребать мелкие и незначительные дела, поступавшие в наш отдел.
Именно поэтому мне стало любопытно, чем же занят сам Ан Хёнмин.
«Что же это за дело такое, из-за которого целый прокурор так беспробудно пьет?»
Раз я начал задаваться такими вопросами, значит, в моей душе наконец-то воцарилось спокойствие.
«Что же это за случай?»
Как только я взглянул на материалы дела, в голове всплыло слово «Противоречие».
«На месте преступления обнаружена ДНК подсудимого, но в то же самое время другой CCTV зафиксировал его в месте, находящемся далеко от места происшествия?»
Нет, ну разве такое возможно с точки зрения здравого смысла?
Пока я недоуменно хлопал глазами, лежащая на столе папка с делом вдруг сама собой начала перелистываться.
[Жертва: Ким Сокмин]
[Причина смерти: Отравление]
[Причина отравления: Отвар ядовитых грибов]
[Дата смерти: 21 августа]
[Виновные: Все родственники в пределах третьей степени родства]
[Мотив преступления: После увольнения жертвы из юридической фирмы у них пропал источник дохода, и они нацелились на страховую выплату в случае смерти]
[Способ совершения преступления: Младшая сестра жертвы Ким Сонджу заранее раздобыла мухоморы вонючие, отец Ким Гючхоль приготовил отвар, а мать Юн Сонхи передала его жертве]
[Улика 1: Следы в холодильнике студии жертвы]
[Улика 2: Аудиозапись с высказываниями Ким Сонджу]
[Улика 3: Видеозапись сговора, сделанная Ким Гючхолем]
[Улика 4: Запись разговора, в котором Ким Гючхоль и Юн Сонхи планируют преступление]
<Дело раскрыто.>
<В качестве награды начислено 3 очка.>
Одновременно с этим в голове прозвучал знакомый голос.
«Начисляешь очки прямо сейчас? Это звучит так, будто… ты предлагаешь мне раскрыть дело старшего коллеги?»
Обновлено: 10.04.2026