Когда Малкадор бесшумно удалился, чтобы выполнить высочайшие указания, Император вновь повернулся к голографическому дисплею. Он долго смотрел на застывшее изображение Примарха Франклина Валориана, своего одиннадцатого сына, Освободителя. В его древнем, непостижимом сердце гордость за сына боролась с тревогой за будущее, а безграничная надежда – с вековой осторожностью правителя.
"Сын мой," — прошептал он так тихо, что даже сверхчувствительный слух Малкадора не смог бы этого расслышать, — "Ты несешь в себе яркое пламя истинного человеческого потенциала, почти забытого в этой темной эпохе. Пусть же это пламя освещает нам путь вперед, но молю, не сожги в своем рвении все то хрупкое, что мы с таким трудом построили."
Одним легким мысленным жестом Император погасил голографический дисплей. Отчеты исчезли, но последствия дерзких действий Франклина Валориана будут еще долго отзываться эхом по всей Галактике. По мере того, как Великий Крестовый Поход продолжал свое неумолимое шествие по звездам, прогрессивные идеалы и передовые технологии Орлов Свободы должны были сыграть свою, возможно, решающую роль в формировании будущего Империума – к лучшему это будет, или к худшему.
Император Человечества медленно вышел из палаты Совета, его разум уже мгновенно обратился к бесчисленным другим неотложным заботам его необъятной, раскинувшейся на полгалактики империи. Но какая-то часть его сверхчеловеческого сознания навсегда оставалась сосредоточенной на том огромном обещании и том не менее огромном вызове, которые представлял собой его непредсказуемый одиннадцатый сын. Во Франклине Валориане он видел живое отражение самых высоких устремлений всего человечества – и его безграничного потенциала как к невиданному величию, так и к фатальному безрассудству.
Только безжалостное время могло показать, что в итоге возобладает.
(Несколько месяцев спустя, другая звездная система)
Боевой флот Орлов Свободы с характерным искажением пространства прорвал тонкую ткань реального мира, вырываясь из бурлящего безумия Варпа в холодную, безмолвную пустоту неизведанного космоса. Во главе его, словно гигантский стальной наконечник копья, шел флагман «Сладкая Свобода» — исполин из адамантия и невероятных технологий, указывая путь остальным кораблям. На его просторном мостике стоял Примарх Франклин Валориан, его внушительная, почти пятиметровая фигура в сияющей броне возвышалась даже над его генетическими сыновьями-Астартес.
— Что ж, ребята, похоже, мы случайно наткнулись на каких-то давно потерянных кузенов, — усмехнулся Валориан, его живые карие глаза озорно блеснули, когда он изучал показания дальних ауспексов на главном экране. — Четыре обитаемые планеты, четыре местных губернатора. Похоже, пришло время вежливо привести их заблудшие души в лоно большой и дружной имперской семьи. Добровольно или не очень.
Внезапное появление в системе огромного, неизвестного флота вызвало настоящие ударные волны паники и хаоса. На каждой из четырех планет тут же завыли сирены тревоги, когда их примитивные системы обнаружения приняли обтекаемые, сверхсовременные корабли Орлов Свободы за вторжение каких-то неизвестных и крайне опасных ксеносов.
Валориан снисходительно усмехнулся.
— Ладно, не будем заставлять наших давно потерянных и явно напуганных родственников слишком долго ждать в неведении. Суверен, открой общий канал связи на все планеты системы. Поздороваемся.
Вокс-связь ожила, и громовой, уверенный голос Валориана эхом разнесся по всей системе, достигая каждого приемника на четырех мирах:
— Приветствую вас, потерянные дети Терры! Говорит Примарх Франклин Валориан из Легиона Космического Десанта Орлы Свободы, 11-й Легион Астартес на службе Императора Человечества! Мы прибыли с миром! Мы несем вам свет Империума и дружеское приглашение присоединиться к великому крестовому походу за объединение всего человечества под одним знаменем!
Реакция на это громогласное приветствие была, мягко говоря, неоднозначной. Трое из четырех планетарных губернаторов, чьи искаженные страхом и глубоким подозрением лица появились на экране связи, выслушав Примарха, наотрез отказались от любых переговоров и немедленно прервали связь. Валориан тяжело вздохнул, картинно качая головой.
"Что ж, нельзя сказать, что мы не пытались решить дело по-хорошему. Сами напросились."
Однако четвертый губернатор, правитель самой развитой планеты системы, Улья Примус, оказался более разумным или, возможно, просто более прагматичным. Губернатор Адам, мужчина средних лет с усталыми глазами, выслушав предложение, осторожно согласился на личную встречу для обсуждения деталей. Валориан широко ухмыльнулся.
— А вот это уже другой разговор! Мне нравится этот парень! Суверен, немедленно подготовьте мой личный шаттл «Громовая Птица» к вылету! И пусть кто-нибудь принесет мне ящик нашего лучшего амасекского виски из личных запасов. Ничто так не растапливает лед недоверия, как старый добрый крепкий напиток и задушевная беседа!
Когда десантный корабль «Громовая Птица» с Примархом на борту величественно спускался к главному космопорту столичного города-улья Улья Примус, Валориан не мог не поморщиться при виде удручающей картины: обветшалые, ржавеющие конструкции гигантского мегаполиса, смог и загрязненная атмосфера, видимая даже из космоса…
"Клянусь сияющим наплечником самого Императора, этому месту явно требуется серьезная реконструкция и генеральная уборка," — пробормотал он себе под нос.
Встреча с губернатором Адамом в его скромном кабинете на вершине главного шпиля улья поначалу была довольно напряженной. Губернатор нервничал, Примарх изучал его цепким взглядом. Но обезоруживающее природное обаяние Валориана, его дружелюбная манера общения (и предложенный виски), а главное – обещание доступа к передовым имперским технологиям и ресурсам – вскоре покорили сердце и разум местного правителя. Когда они подняли бокалы за будущее сотрудничество, Валориан, понизив голос, наклонился ближе к губернатору:
— Теперь, Адам, друг мой, поговорим о тех трех ваших упрямых соседях… которые так невежливо отказались даже поговорить со мной.
Адам заметно заколебался, его лицо омрачилось.
— Мой повелитель… Примарх… Франклин… Они были нашими основными торговыми партнерами на протяжении многих столетий. Между нами сложились тесные экономические связи. Наверняка же должен быть какой-то мирный, дипломатический путь решения этого вопроса?
Улыбка Валориана не дрогнула, но его глаза на мгновение стали твердыми, как сталь.
— Мир – это всегда наша конечная цель, губернатор Адам. Мир и процветание для всего человечества. Но иногда, чтобы достичь настоящего, прочного мира и истинной свободы, нужно быть готовым как следует сражаться за них. Иногда приходится ломать старое, чтобы построить новое.
В последующие дни и недели инженеры и технодесантники Валориана немедленно приступили к работе по модернизации устаревшей инфраструктуры Улья Примус, демонстрируя губернатору Адаму и его народу чудеса имперских (а точнее, кластерских) технологий. В то же время сам Примарх обратил свое пристальное внимание на оставшихся трех несогласных губернаторов системы. Ежедневно на их планеты транслировались подробные сообщения, искусно чередующие щедрые обещания небывалого процветания и технологического скачка в случае присоединения к Империуму с едва завуалированными, но оттого не менее грозными угрозами полного уничтожения в случае дальнейшего упрямства.
"Знаешь, Дензел," — задумчиво произнес Валориан своему Первому Капитану, наблюдая на экране за отсутствием реакции со стороны непокорных миров. — "Я всегда обожал старую добрую игру в гляделки. Очень интересно, кто из этих троих моргнет первым."
Обновлено: 16.01.2026