Том 7 Глава 15 — Глава 4

Глава 4 — Эх… ну и переделка. Уйдя в столовую, Сората развалился на стуле — навалился на спинку и вытянулся что есть мочи, отчего захрустели плечи и шея. — Ничего не перепутал? — раздался голос, и следом появилась Нанами, которая уже закончила переодевать Масиро. Девица села за круглый стол напротив Сораты, подпёрла рукой подбородок и уставилась на парня, как бы требуя объяснений. — То был форс-мажор. Меня попросили, вот и пришлось. — Кожа у Масиро такая белая и красивая, да? — Ну, это... — Фи, значит, всё-таки увидел. Пристальный, как у полицейского, взгляд Нанами отчётливо выражал презрение. — Э, нет! Это провокационный вопрос, протестую! — Канда-кун — секс-маньяк. — Ну нет, для здорового старшеклассника это норма. Он попробовал переключить разговор на общую тему. — Да ты всегда думаешь о чём-то развратном. — Вообще-то не всегда. — Может, и не всегда, но до больной девушки домогался. — И-инстинкты взяли верх. — Как человека, тебя это не красит. — Ну а как тут иначе объяснить… — смирился со своей похотливой сутью Сората, отчего Нанами вздохнула. — Да ничего. — Тогда не могла бы перестать на меня недовольно смотреть? Девица до сих пор не отводила от парня взгляда, и вид у неё был такой, словно хотела его подвесить за причиндалы. — У меня с рождения такое лицо. — Ещё чего. Обычно оно у тебя более... — Более? — Э-э-э… приятное? Сората так осторожно выбирал слова, что фраза получилась оборванной. — Не ожидала от тебя. — В противовес своим словам Нанами глубоко вздохнула. И тут оставленный на круглом столе мобильник Сораты яростно затрясся. Который уже раз за сегодня названивала Масиро? Сората молча схватил телефон и вскочил на ноги. — Раз названивает, иди сходи, — отстранённо пробурчала Нанами. — Да вряд ли что что-то серьёзное. — Может, и мне заболеть? — А? — Проехали. Чем-то недовольная, Нанами проводила взглядом Сорату, пока он выходил со столовой. — Сиина, что? Придя в комнату Масиро, Сората уселся рядом с кроватью. — Не могу уснуть. — С этим я вряд ли могу помочь. — Сегодня ночью ты не мог бы меня уложить? — Может, прекратишь добавлять фразу «сегодня ночью»?! Я сразу представляю себе бурную ночь! — Сората такой бурный. — Я ещё ничего не сделал! — А сделаешь? — Ещё чего! То есть ты о чём вообще?.. Не прошло и минуты с его прихода, как уже хотелось выть. — Сората. — Чего? — небрежно вякнул Сората. — Расскажи что-нибудь. — Что тебе рассказать? — Например… что-нибудь скучное. — Это такой хитрый способ заснуть? — Надеюсь. — А на мой искромётный юмор надежды нет? Хотя мне-то что. Да и вообще, я не ведущий ток-шоу, нет у меня за пазухой пачки увлекательных историй, чтоб каждая увлекательнее другой. — Бесполезный. — Мне ведь можно злиться? Можно, да? — Тогда можно стыдную историю. — Ну это уже слишком! — Почему? — Потому что стыдно, чего непонятного?! — Тогда о первой любви. — Э? Неожиданное предложение застигло врасплох, на мгновение лишив дара речи. Но, подумав как следует, Сората заметил, что разговор у них шёл какой-то странный. — Это самая что ни на есть стыдная история! — Пока не услышу, не усну. — А мне выбирать не позволишь? Показывая, что вопрос решён, Масиро стала молча ждать рассказа Сораты. Другие варианты она попросту отмела. Жила по принципу «Мой ритм, мои правила», а обстоятельства Сораты её совершенно не волновали. Набравшись храбрости… вернее, наполовину сдавшись, он открыл рот: — Я в те времена ещё ходил в детский сад. То была новенькая воспитательница... — Х-х… х-х... — ... Сорате показалось, что он слышит, как сопят во сне. — Х-х… х-х... Нет, не показалось. — Настолько скучно, что мигом отрубилась?! — Бу-у… Сората, замолчи. — Ай, чёрт! Масиро кое-как заснула, а он взял и вставил свои пять копеек, из-за чего та открыла глаза. — Сората, не годится. Что она имела под этим в виду? — Ты меня аж в ступор ввела. В смысле не годится? Не могла бы нормально объяснить? — Первая любовь в детском саду — это как игра в дочки-матери. Аяно сказала. — Да что эта Иида-сан себе позволяет?! — Требую историю о настоящей первой любви. — Типа из времён последних классов началки? — Типа. — А ты не промах. — Рассказывай. — Снова решила меня бомбардировать перед сном? А могла бы просто уснуть! Он бы десять раз поблагодарил, если бы она быстро отрубилась. Хотя не особо-то ему понравилось, что его рассказ оборвали на полуслове... — Мне очень хочется узнать о первой любви Сораты. Масиро вытащила из-под футона руку. Не успел Сората у неё спросить, что она творит, как девушка сказала: — Возьми. — Вгонять меня в краску ты точно мастер... — Возьми, — повторила она, и Сората, не решаясь отказать, мягко сжал девичью руку. — Теперь расскажи. — Да-да… Тогда был пятый класс началки. Понятия не имею, где он вообще вынюхал, но однажды, когда мы шли домой со школы, Ниситани-кун мне рассказал о Хосигаве из другого класса, которой я, ну, типа нравился. Хотя мы были в разных классах, даже не разговаривали. Я и понятия не имел… А когда услышал, начал всякое замечать. Сначала думал, меня дурят. Но когда мы пересекались в коридоре, она посматривала на меня. А, ну ещё я тогда играл в футбол. Она приходила смотреть все мои матчи… И так повторялось без конца, я места себе не находил, а в итоге втрескался по уши… Ну, так я думал. Ха-ха... Смех в конце служил вуалью для стыда. — В итоге мы окончили началку, Хосигава как ни в чём не бывало пошла в частную школу. Да и я не вспоминал об этом вплоть до сегодняшнего дня... Лицо пылало как полено в печи. Не то что оценить реакцию Масиро, даже думать об этом Сората побоялся. — Н-ну, а у тебя, Сиина, когда была первая любовь? Решив, что настал подходящий момент, Сората набрался храбрости и задал ей тот же вопрос. А в ответ услышал... — Х-х… х-х… — без стеснения засопели во сне. Сората изо всех сил поборол в себе желание пожаловаться. Если бы опять её разбудил, то расписался бы в собственном тугодумии. — И зачем я, спрашивается, распинался о своей первой любви?.. — Сората... — Уо. Сперва он решил, что она всё-таки проснулась, но нет, Масиро продолжала спать. Неужто говорила во сне? — Это… нельзя... — Это… что? — ответил на бормотание девицы Сората. Положил руку на лоб — вроде бы температура по сравнению с утром упала и теперь лишь немногим превышала норму. Хотелось верить, что за ночь полностью нормализуется. По крайней мере, усилия не пропали даром, отчего Сората выдохнул с чувством выполненного долга. Он убрал руку Масиро, которую сжимал, обратно под футон, но когда попытался отпустить, не вышло: Масиро крепко его держала. А если пытаться силой вырваться, можно ненароком разбудить. — Ну и?.. Как мне быть? На риторический вопрос никто не ответил. Выбора не было. — Значит, так и быть… — решил для себя Сората.