Глава 45 — Глава 31.2

Я не могу оправдывать все злодеяния, совершенные Абеллой в романе, но могу понять ее мотивацию. Однако... — Что ты имеешь в виду? Сейчас не время поддаваться сентиментальным чувствам. На его лице ясно читалась надменность, словно он услышал нечто, во что не мог поверить. То, что происходило сейчас, невозможно было поставить в подметки тому, что случилось, когда я несколько дней назад при нем произнесла слово «развод». «И как мне это исправить?» Интересно, может, мне вообще ничего не надо было говорить? Я облизнула пересохшие губы и попыталась выдавить слабую улыбку. — Я имею в виду то, что сказала. Никакого двойного дна нет. — ... — Между нами ничего нет. — ... — Это все фальшивка. При моих словах он отвел взгляд. — Ха... Когда он поднялся с постели, на его лице было непроницаемое, мрачное выражение. Он лениво приблизился к окну, и почему-то напоминал мне зверя, который просчитывает следующее движение. Холодный пот выступил у меня на спине. Когда я нервно попыталась сглотнуть, у меня пересохло в горле. Кажется, его подавляющая аура в любой момент могла стать пугающей. «В конце концов, ты же злодей». Я никогда не видела его с этой стороны. Он как будто пытался показать мне ее сейчас:. «Это он мне ее так анонсирует?» Некоторое время назад я говорила, что не считаю, будто Чарльз способен притеснять других подобным образом. Не могу поверить, что я ошиблась. «Да, если оглядываться назад, можно сказать, что есть высокая вероятность, будто он может сделать все то, о чем говорилось в романе». Наконец, я поняла безрассудство всего поведения Эдгара, который не понимал складывающейся ситуации, но замолкал по приказу Чарльза. Да что уж там, даже рыцари и вассалы Чарльза, даже беспечная Эванджелина повторяли за ним. «Даже император». Да, император частенько говорил: «Он должен был родиться моим сыном, Регина». Он печалился из-за того, что от этого крысы, прежнего герцога Диего, родился тигренок. Тогда Регина, моя свекровь, сказала императору: «Ваше величество, вы слишком жестоки». В ее словах не было ни тени юмора. Если бы мой брат сказал мне такое, я бы ответила: «Ты что, издеваешься надо мной?» Несмотря на то, что Регина выразилась куда изящнее, чем это сделала бы я, смысл ее слов был именно таким. И я, и она имели в виду одно: «заткнись». — Нет, это была фальшивка. — Неправда. — Можно сказать, что мы обманываем свое окружение... Мы далеки от идеальной пары. Мы просто ею притворяемся. — Не знаю, слышали ли ваше превосходительство об этом хотя бы однажды. — ... — Но нас называют Самой романтичной парой столетия, — я с едва уловимой грустью взглянула на него. — И мы оба знаем, что это не так. Мы далеко не в романтических отношениях. Мы даже не друзья. Да, вероятно, если бы мы были хотя бы друзьями, то, возможно, сохраняли бы приятельские отношения, и я прожила бы с ним всю жизнь. «Но у нас даже таких отношений нет».  Вдобавок, прошло чуть больше месяца с тех пор, как мы встречались и общались лично. Другими словами, мы не знаем друг друга как следует, так что я бы предпочла не тратить представившийся мне шанс прожить вторую жизнь на него. К онечно, это моя проблема, но то, что происходит, не должно добавлять мне хлопот. — Люди неправильно понимают наши отношения. Они воспринимают их так серьезно.  — ... — О господи, некоторые юные леди пишут мне письма о том, что наша история любви так трогательна. Иные даже зовут меня примером для подражания. Но... — я снова задала ему этот вопрос, — тебя это не пугает? — ... — Все кругом в самом деле верят, что мы без ума друг от друга. — Так почему же это проблема? «Я же тебе уже все объяснила, разве нет?» — Что случится, если кто-то нас полюбит и сдастся, узнав о слухах, по причине этого недоразумения? Чарльз пристально уставился на меня, приоткрыв рот. Эти мои слова удивили его. «Послушай же, чувак. Я в самом деле злюсь из-за твоей личной жизни». На самом деле, я хотела сказать, что это его скоро полюбят, и я бесилась из-за того, что он не проявил никакого энтузиазма. Но, если я скажу напрямую, меня заклеймят ведьмой. Так как я не могла об этом сказать, мне пришлось держать рот на замке. Честно говоря, некоторые моменты истории я до сих пор не понимаю. Почему, черт возьми, он не развелся с Абеллой, хотя и решил бросить все? Она отказалась?