Я стер кровь с лица, прежде чем подойти к Дэвиду и протянуть ему руку. Он ухватился за нее, но его ладонь слегка дрожала – скорее всего, после ударов битой. Ребята закончили собирать вещи, и когда мы двинулись к выходу, повисла неловкая тишина. Когда я вытащил из рюкзака свои светящиеся пакеты с водой, Стейси нахмурилась:
— Ого. Значит, ты не шутил, что застрял здесь надолго?
Дэвид прыснул, и я тут же недовольно взглянул на него:
— И что тут смешного?
— Да ничего, мужик, просто выглядит нелепо. — Дэвид достал из сумки оранжевый кристалл размером с ладонь. Внутри глянцевой поверхности камня переливалось живое пламя, сиявшее ярче любого факела. Свет залил пещеру, выхватив из темноты даже силуэты летучих мышей.
Я огляделся по сторонам:
— Хм… недурно.
Когда мы тронулись в путь, они поделились со мной хлебом и вяленым мясом. Прежде чем жадно наброситься на еду, я уточнил:
— Просто хочу убедиться: эта пещера все еще где-то рядом со Спрингфилдом, верно?
Дэвид поднял большой палец вверх:
— Ага. Мы прямо на окраине города.
Я облегченно выдохнул:
— Ох, слава богу. А то я уже не понимал, то ли я в другой стране, то ли еще где.
Стейси отрицательно покачала головой:
— Нет, мы все еще у Ручья Пирса. Снаружи ничего не изменилось, кроме провала, который ведет сюда. Но здесь все иначе: стоит спуститься на определенную глубину, и выйти уже не получится. Это было очень… сюрреалистично.
— Да уж, — я нахмурился. — Пожалуй, все стало таким с тех пор, как появилась Схема.
Дэвид поднял руку:
— Слушай, ты ведь имеешь в виду просто «Схему», а не «Систему Схемы», так?
Я откинулся назад:
— Ты говоришь о ней так, будто это личность.
— Так и есть, — безучастно ответила Стейси. — Это ИИ.
Я повернулся к нему, широко раскрыв глаза:
— Это ИИ? Типа Скайнета или чего-то в этом роде?
Стейси кивнула. Я уставился в пустоту перед собой:
— Черт возьми, я вообще ничего не знаю.
Дэвид посмотрел вверх, туда, где затаились мыши:
— Зато ты знаешь, как драться, а это уже немало. Учитывая, что мы окружены элдричами, навык весьма полезный.
— Эти мыши называются элдричами? — Я указал пальцем в потолок.
— Ну, не совсем, — Дэвид пояснил жестом. — Это Мыши Кровавой Лощины. Но все эти твари, даже те медведи, о которых ты говорил, зовутся элдричами. Любой монстр в подземелье – элдрич. Как по мне, звучит жутковато.
Стейси поежилась:
— Скорее бы уже выбраться отсюда.
Мое лицо стало каменным:
— Ты даже не представляешь, как я тебя понимаю.
Разговор прервала летучая мышь, спикировавшая в нашу сторону. Я был наготове и сразу заслонил ребят. Тварь врезалась мне в грудь, и я поймал ее, словно тяжелый мяч для регби. Пошатнувшись от удара, я обхватил ее руками и сжал изо всех сил. Мышь завизжала, пока я выдавливал из нее жизнь.
Не сумев раздавить ее в руках, я рухнул на нее всем телом, вкладывая весь свой вес в растерзание существа. Монстр хрустнул подо мной. Поднявшись, я стряхнул с себя кровь и отшвырнул ногой безжизненную тушку. Дэвид поджал губы и пробормотал:
— Теперь я понимаю, почему твоя футболка не уцелела.
Я пожал плечами:
— Эх, чего не сделаешь ради выживания. Так на чем мы остановились? Вы говорили, Схема – это ИИ?
Навык повышен! [Устрашение | Уровень 2]
Стейси сглотнула и ответила:
— Да.
Я продолжал внимательно следить за окружением:
— Ладно, и зачем она, ну… ассимилирует миры? Чтобы закрыть трещины в измерениях или типа того?
Дэвид кивнул:
— Ну да, в общих чертах.
Снова воцарилась напряженная тишина. Я потер переносицу:
— Ребята, послушайте, я не собираюсь вас убивать. Успокойтесь. Мне и так хватает забот с выживанием.
Они шумно выдохнули. Похоже, они уже давно затаили дыхание. Стейси выставила ладонь перед собой:
— Ты просто выглядишь пугающе. В тебе же, не знаю, футов семь роста, не меньше.
Я замер и повернулся к ним. Отклонившись назад, я попытался осмотреть себя:
— Погодите, я что, стал выше?
Она пожала плечами:
— Возможно. Может, ты и раньше был выше, чем думал.
Я ощупал лицо, словно кусок теста:
— У вас есть зеркало?
Дэвид порылся в рюкзаке:
— Э-э, да, есть. Мы его используем, чтобы костры разводить.
Он бросил его мне, и я поймал зеркало на лету:
— Неважно. Мне просто нужно увидеть, не изменилось ли лицо.
С зеркалом в руке я подошел к светящемуся кристаллу. На меня смотрел настоящий гигант. Я повернулся к ребятам:
— А какой у вас рост?
— У меня метр шестьдесят семь, — Стейси указала на себя. — У него – метр семьдесят.
— Метр семьдесят и еще пара сантиметров! — Поправил ее Дэвид.
Судя по ним, я был почти под два десять, хотя и не совсем. До появления системы во мне было чуть больше метра восьмидесяти двух, так что я и раньше был высоким. Но с тех пор я прибавил добрых пять-семь сантиметров. К тому же я заметно раздался в плечах, хотя это было ожидаемо – бокс и кардио всегда держали меня в тонусе.
Волосы превратились в сущий кошмар, руки стали огромными и жилистыми. Костяшки пальцев покрылись мозолями и шрамами. Один шрам тянулся по виску – память о первой схватке с мышью. Осмотрев себя, я заметил еще несколько отметин на руках, боках и груди.
Я повернулся к Стейси и Дэвиду:
— Я кажусь вам каким-то сероватым?
Дэвид выдохнул:
— Ох, чувак, я хотел сказать тебе это с самой первой встречи. Собственно, поэтому я в тебя стрелу и пустил.
Я недовольно зыркнул на него, возвращая зеркало:
— Ну, спасибо большое.
Если подумать, мыши и медведи теперь казались меньше, чем раньше. В темноте такие детали ускользали, но свет кристалла позволял все рассмотреть. Я глянул вниз: светящиеся пакеты висели на мне, выпирая, словно сияющие опухоли. Засохшие полосы крови дополняли картину – неудивительно, что они до смерти перепугались при встрече.
Я поморщился:
— Проклятье. Я и правда выгляжу как монстр, да? — Я снял пакеты с водой и отшвырнул их в сторону. Они оставили тусклый след на камнях. Я поднял руки: — Скоро я пойду на местного босса. Думаю, через неделю, максимум две. Как только подниму уровней десять и закрою пару веток талантов, займусь им. Если хотите, можете пойти со мной.
Дэвид упер руки в бока:
— Нас это устраивает. Не хотел говорить, но нам здесь и правда очень нужна твоя помощь.
Я усмехнулся:
— Ха. Поверь, я заметил. Балдаг-Рул бы вас пережевал и выплюнул.
Стейси подняла на меня взгляд:
— А какой у него уровень?
Я потер подбородок:
— Хм, выше сотого. Не думаю, что намного больше.
Они уставились в пространство, осознавая серьезность положения. Стейси ахнула:
— Прийти сюда было огромной ошибкой. Это подземелье должно быть максимум шестидесятого уровня.
Я пожал плечами:
— Это уже не первый раз, когда Схема выдает мне глюки. В любом случае, неверная инфа уже не важна. Важно то, что нам нужно убить Балдаг-Рула, чтобы выйти.
Стейси замахала руками:
— А он не может просто… ну, не знаю, отпустить нас?
Я внимательно следил, не появятся ли мыши:
— Ты же слышала его имя? Балдаг-Рул Множественный. С таким именем Саурон кажется школьницей. Это коллективный разум, управляющий насекомыми. Он древний, ему сотни лет. Я этой твари ни на секунду не доверяю с самого момента моего появления здесь.
— Думаешь, ты его победишь? — Пробормотал Дэвид.
Я ухмыльнулся:
— О, я это знаю.
Моя уверенность приободрила их. Мы шли еще около часа, пока Стейси не заныла:
— Какого черта эти пещеры такие огромные?
Я поднял палец, словно у меня было научное объяснение:
— Чтобы твои ноги болели, мораль падала, а дух был сломлен.
Дэвид вскинул бровь:
— А еще для чего?
Я обвел рукой пространство вокруг:
— Чтобы просто бесить.
— Ну, это я уже поняла, — проворчала Стейси.
Наш разговор перетек в бессмысленную болтовню. В глубине души я ценил это больше, чем показывал: бесконечная, звенящая тишина сменилась теплом компании. К тому времени, как мы достигли следующей группы озер, я заметно оживился. Я указал на серое озеро:
— Синие озера безопасны. Серые, розовые и желтые – опасны. Малиновый цвет означает, что там босс, Балдаг. Я отвлеку голема, а вы обстреливайте его издалека. Во время боя я активирую ауру. Она ранит вас, если подойдете слишком близко.
Я пристально посмотрел на серую дымку:
— И да, постарайтесь не сдохнуть от мышей. Мне не очень хочется вытаскивать отсюда ваши трупы.
Они коротко и испуганно кивнули, и я бросился на каменного голема. Когда до него оставалось несколько футов, я врубил Агонию. Голем принял вызов, и мы столкнулись в чудовищном ударе. Полетели осколки камня. Мое плечо отозвалось болью. Грохот заполнил пещеру.
От столкновения у меня заложило уши. Мы сцепились руками; голем теснил меня назад, я пригнулся. Он навалился сверху, но я, напрягшись, начал выпрямляться. Вены на шее и плечах вздулись. С рыком и ревом я оторвал каменного голема на несколько дюймов от земли.
Голем лягнул меня в лицо, но я встретил его ногу ударом головы. Камень треснул, перед глазами все побелело. Удержавшись на ногах, я рванул голема вниз и впечатал его в пол. От силы удара по земле пошли трещины. Голем покрылся разломами, а вокруг меня в камень начали вонзаться стрелы.
Одна ужалила меня в спину. Я поморщился, выдернул ее и крикнул:
— Смотрите, куда целитесь!
— Извини! — Хором выпалили они.
Я перехватил стрелу и вогнал ее прямо в морду голема. Тот замахнулся рукой и врезал мне по лицу. Я моргнул, сглатывая вспышку боли, и сплюнул кровь. Конечности голема отделились от туловища, закружившись вокруг нас вихрем. Я продолжал прижимать его грудь и голову к земле.
Каменный шторм бушевал вокруг, острые осколки впивались мне в спину, руки и ноги. Зная, где находится ядро, я занес кулаки, готовый размозжить его. Один удар – и осколок рассек мне щеку. Кровь потекла по лицу, но я уже занес другую руку.
Еще один сокрушительный удар. Тварь полоснула меня по спине. Кровь закапала на камни, но я снова поднял руку. Голем дрожал подо мной, и я невольно начал улыбаться.
Раз за разом я вколачивал его тело и голову в пыль. Грохот моих ударов разносился по всей каверне, каждое попадание отдавалось звуковой волной. Жизнь голема угасала. Я обхватил его голову рукой и принялся бить ею об пол – снова, и снова, и снова, пока камень не раскололся, обнажив ядро.
Когда голем рассыпался в моих руках, я проверил статус.
Уровень повышен! +1 уровень!
Я вложил очко в силу, ощутив легкий прилив энергии. Подобрав ядро голема, я поглотил ману из ближайшего источника. Возвращаясь к Стейси и Дэвиду, я отключил Агонию. Раны начали затягиваться прямо на их глазах. Ошарашенный Дэвид развел руками:
— Как, черт возьми, ты поднял этого голема?
— Ну, у меня двадцать силы и особенность, которая помогает управлять телом. — Я сцепил пальцы в замок. — Она вдвое облегчает движения, так что, когда я просто машу руками, эффективная сила получается гораздо выше.
Стейси нахмурилась:
— А я распределяла атрибуты поровну. Они все казались такими полезными.
Я вскинул бровь:
— Хм, серьезно? А я сделал наоборот. Вкладывал все очки в один атрибут, пока не дошел до тридцати, а потом переходил к следующему. Насколько я понял, особенности на этом пока заканчиваются… по крайней мере, на данном этапе.
Они смотрели на меня, жадно впитывая каждое слово. Я продолжил, подбадриваемый их вниманием:
— Так что да, некоторые атрибуты отлично сочетаются. Идеальный пример – телосложение и выносливость. Один дает здоровье, другой делает это здоровье качественнее. Сила и ловкость, наверное, тоже составят хорошую пару. Интеллект и воля. Ну и так далее. Вы поняли суть.
Дэвид покачал головой:
— А у меня ни один атрибут даже до пятнадцати не дотягивает. А у тебя уже за тридцать один. С ума сойти.
Я махнул рукой:
— Моя выносливость – 48. Это мой самый высокий показатель. К тому же я пятьдесят восьмого уровня. Мне не так уж сложно набрать тридцать в одном атрибуте.
Дэвид опустил взгляд, потирая затылок:
— Да, резонно.
Я посмотрел вперед:
— Хотя я не все знаю. Может, есть особенность типа «Мастер на все руки». Если найдете такую, дайте знать.
Я стряхнул кровь с руки, прежде чем она успела свернуться. Стейси отпрянула:
— Бе-е. Ну что, мистер брутальность, куда дальше?
Я хмыкнул:
— Хех, у меня вообще-то есть навык под названием Неуклюжий Громила. Идем к следующему озеру, все просто.
Мы шли и разговаривали, пока не добрались до очередной заводи, на этот раз с медведем. Я бросился на него, растерзал и отдал шкуру ребятам. На моем уровне медведь больше не представлял угрозы. Во многом благодаря регенерации и выносливости, усиленным ветками таланта Решительный.
Из разговора с Дэвидом и Стейси я узнал, что это древо невозможно получить тем, кто проходил обучение. Оно требовало две особенности в выносливости до пятнадцатого уровня. К десятому уровню полагалось четыре особенности, но первые три в обучении всегда были фиксированными: Новичок, Оперившийся и одна из первых в столпе света.
Это делало талант Решительный недоступным. Но то, что меня забросило в Кровавую Лощину, сняло эти ограничения и дало мне дополнительную выносливость и воля. Почему Схема так выстроила дерево талантов, я не понимал. Однако я извлекал выгоду из этого сбоя, так что просто благодарил судьбу там, где мог.
К слову о благах: мы разделали убитого медведя и приготовили мясо. Из дикой, желеобразной массы оно превратилось в пряное и ароматное блюдо. У Дэвида и Стейси из приправ были только соль и перец, но я дома частенько готовил. Так что я хорошенько прожарил мясо, сделав его гораздо вкуснее, чем оно могло бы быть.
Закончив трапезу, Стейси с удивлением покачала головой:
— А это было правда вкусно. Не верится, что ты умеешь и готовить, и драться. Что ты еще можешь?
Я нахмурился:
— Да, в общем-то, всё. В школе у меня были проблемы, я подумывал бросить ее еще до появления системы. Похоже, этот новый образ жизни мне подходит больше. Ладно, мне нужно отнести мясо этого медведя Балдаг-Рулу, так что спрячьтесь за каким-нибудь валуном.
Дэвид поднял бровь:
— А зачем нам прятаться?
Я вздохнул:
— У него квест со мной, а не с вами. Он может вас просто прихлопнуть.
Они переглянулись, почуяв холодок за спиной, и поспешили укрыться. Я позвал Балдаг-Рула. Через несколько минут появилась груда насекомых. Они сложились в подобие рта, и зазвучал его древний голос:
— Вижу, ты принес мне еще один деликатес.
— О, ты же меня знаешь. Я предлагаю только лучшую еду.
Поглотив тушу с помощью жуков, Балдаг отозвался эхом:
— Ты прилежное существо, не так ли?
— Скорее, мне просто скучно.
— Значит, ты нашел развлечение в битве. Она превратила тебя в иное создание с нашей первой встречи. Словно закаленная сталь, ты превратил мягкую плоть в твердую массу. Я восхищаюсь формой, которую ты взрастил.
Я поморщился от его слов:
— Э-э… спасибо, наверное.
— Ты очень помог мне в покорении этой пещеры. Я вознагражу тебя за это. Приходи ко мне снова.
Я слегка поклонился:
— Конечно, Балдаг-Рул Множественный.
Похоже, оставшись довольным, рой насекомых удалился с мерзким стрекотом лапок. Когда они скрылись из виду, я повернулся к остальным:
— Все, ребята. Закончили.
— Это было абсолютно отвратительно, — сказала Стейси. — Что за мерзость. Фу.
Мы с Дэвидом посмеялись над ее брезгливостью. Через пару секунд всплыло уведомление: Навык разблокирован! Красноречие | Уровень 1 – Вы говорили, осознавая ценность своих слов. Ваша тактичность приносит вам расположение, делая вас на шаг ближе к цели. +1% к плавности речи и подбору слов в беседе.
Любая помощь в общении с людьми была только в плюс. Закрыв уведомление, я махнул рукой:
— Идемте. Пора в путь.
Они кивнули, и у меня открылся еще один навык.
Навык разблокирован! Лидерство | Уровень 1 – Вы идете вперед. Там, где пройдете вы, последуют другие. +1% к навыкам лидерства.
Очки навыков были ценны, даже если само лидерство сейчас казалось не самым важным. Мы шли, пока Стейси не повалилась на землю:
— Я больше не могу. Я сейчас просто вырублюсь.
— Аналогично, — выдохнул Дэвид.
Я нахмурился:
— Ребята, нам еще идти и идти. Обязательно останавливаться прямо сейчас?
Дэвид сбросил рюкзак:
— Честно скажу, тот медведь меня просто разморил.
Стейси прислонилась спиной к валуну:
— А я, кажется, впадаю в пищевую кому.
У меня была особенность, вдвое снижавшая потребность в сне и еде. У них ее не было, отсюда и такая усталость. Я пожал плечами:
— Ладно, остановимся здесь. Я покараулю. Спите.
Они разбили лагерь и принялись обсуждать мир снаружи. Я по большей части молчал – разговоры меня утомили. Я слишком долго ни с кем не общался, так что внезапное обилие болтовни выматывало. Тем не менее, я слушал, и чем больше узнавал о внешнем мире, тем тревожнее мне становилось.
Погибло гораздо больше людей, чем эти двое дали понять вначале. Обучение стравливало людей с волками, а это требовало недюжинной физической подготовки. У стариков ее не было, так что большинство пожилых людей не справились. Те, у кого были другие проблемы со здоровьем, тоже едва ли выжили, ведь обучение длилось несколько дней.
Все это время никто не получал еды. Это больше походило на черновик туториала, а не на реальную программу. Зачем почти всезнающий и могучий ИИ создал такую систему – я не знал. Дэвид и Стейси тоже.
Однако люди оказались живучими. Ситуация стабилизировалась, люди искали и находили свои семьи. Сплотившись, они начали формировать группы и давать отпор новым монстрам. Как ни странно, у появления этих тварей была вполне логичная причина.
Согласно Схеме, расширение Вселенной привело к образованию трещин в пространстве и времени. Из этих разломов хлынула тьма, уничтожая миры, звездные системы и целые галактики. Схема нашла способ упорядочить эти трещины, превратив их в нечто понятное, в то, с чем можно бороться.
Иными словами, Схема превратила темный эфир в тусклые подземелья. Процесс был не идеален, но это звучало куда лучше альтернативы. Как бы то ни было, Земля оказалась в самом центре событий, так что поток монстров нарастал стремительно. Океаны этих существ, этих элдричей, вырывались наружу.
Мы сражались внутри треснувшего измерения, в одной из назначенных зон боевых действий. В подземелье. Если оставить элдричей в покое, они проломят стены данжа и выпустят ад на Землю. Зная об этом неизбежном исходе, Схема поставила перед человечеством цель – отбраковка или смерть.
То, что Часовой назвал отбраковкой, было процессом инициации в пространство Схемы. У Схемы не было времени на детали, поэтому она просто обрушила все эти изменения на мир разом. Огромная часть населения погибла в процессе, который люди теперь и называли отбраковкой.
Эти крупицы данных сложились в моей голове в общую картину. Все это время, весь этот сущий ад – все потому, что у Схемы не нашлось на меня времени. Крошечный глюк, швырнувший меня в эту яму, не стоил ее внимания. Осознание того, что я оказался в таком положении из-за простой халатности, на миг обожгло грудь яростью.
Глубоко вздохнув, я решил просто отпустить это. ИИ постоянно ворочал делами, которые я и вообразить не мог, так что ошибки были неизбежны. Все это время я был ошибкой, крошечным пятнышком вне ее радаров. По сравнению с тем, с чем она имела дело, я был никем.
Это осознание было подобно прыжку в ледяную воду. Я не был особенным. Обо мне просто забыли.
Я тряхнул головой, отгоняя мысли, и посмотрел на Дэвида и Стейси. Оставалось еще много вопросов. Как возникли трещины? Откуда берутся элдричи? Что случилось с теми, кто создал Схему? Интересно, здесь ли они еще, кочуют из мира в мир?
Дэвид и Стейси провалились в сон – вероятно, это был их первый настоящий отдых с момента прибытия. Мое присутствие на страже дало им такую возможность. Пока было время подумать, я тренировал навыки, размышляя о нашей новой реальности. Заодно я прикончил несколько мышей, поднял еще один уровень и старался не терять мотивации. Теперь прогресс замедлился: то, что раньше шло как по маслу, теперь напоминало попытку пить машинное масло.
На один уровень ушло девять часов. Всего на один. Но воля помогала мне сохранять концентрацию; казалось, мое тело – марионетка, а я – ее кукловод. Когда Стейси и Дэвид наконец проснулись, они застали меня обливающимся потом над горой мертвых мышей. Они какое-то время бродили по лагерю, с трудом приходя в себя.
Оно и понятно. Даже ветерану войны трудно отдыхать, когда вокруг постоянная опасность. Эти двое были подростками, так что им приходилось куда тяжелее. У меня же в этом плане было преимущество: я привык к постоянному напряжению. Здесь было не хуже, чем дома.
В школе я часто спал, днем занимался боксом, а вечером возвращался к отцу. После смерти мамы он превратился в горького пьяницу. Горе разбило его на мелкие кусочки. И эти кусочки становились агрессивными, когда он перебирал с выпивкой. Не раз и не два он вымещал злость на мне, так что я давно разучился спать крепко.
Я взял над ним верх как раз перед тем, как запустилась вся эта система. Я использовал все навыки, полученные в боксерском зале, чтобы проучить старика. Однако полиция этого не оценила. Вот почему мы с Майклом вообще отправились по пещерам. Меня собирались отправить в колонию для несовершеннолетних за избиение отца.
Придя сюда, я просто хотел сбежать от своей жизни. И преуспел в этом больше, чем мог себе представить. Я старался не зацикливаться на прошлом. У меня не было времени, а плохие воспоминания ведут к плохим мыслям, которые толкают на дурные поступки. Я не мог этого допустить.
Если и было что-то, чего я никогда не сделаю, так это не пойду по стопам отца. Может, звучит пафосно, но я хранил эту мысль глубоко в душе. Я буду сильнее, чем он когда-либо был. Крепким как сталь и твердым как град в бурю. Меня больше никогда не окунут головой в обоссанный унитаз. Я больше не позволю тушить об мою кожу сигареты. Я никогда больше не буду жертвой.
Нет, я раздавлю любого, кто попытается это сделать – либо тяжелым каблуком, либо пудовым кулаком. Я поднял тушку мыши и швырнул ее на гору других трупов.
Пора было пополнить эту кучу.
Обновлено: 15.02.2026