«Где он? Кто продаёт женьшень?» — голос ворвался раньше, чем сам человек. Едва слова отзвучали, как в аптеку стремительно вбежал молодой парень.
Гу Хунъюй уже успел выслушать от старого аптекаря, как сложилось всё дело, но даже представить не мог, что в безнадёжной ситуации неожиданно откроется новая дорога. Тот самый женьшень, который никто не хотел покупать, теперь вдруг стал предметом горячего интереса.
Пусть теперь кусают локти те жадные аптекари, что отмахнулись от него! Хунъюй мысленно подытожил всё коротко — «Так вам и надо!»
Никто не стал осуждать молодого человека за поспешность — всякое бывает, у каждого случаются моменты, когда не до вежливости. Его горячность выглядела естественной и понятной. Следом за ним вошёл мужчина средних лет — сначала он держался спокойно, но, увидев надежду, на лице появилась неподдельная радость.
Когда в сердце рождается надежда, это уже движущая сила. Хунъюй не успел ничего сказать: деревянная шкатулка с женьшенем стояла на прилавке, и толстый корень с естественным блеском сразу приковал к себе все взгляды.
Парень уже не выглядел так взволнованно, он быстро повернулся к спутнику:
— Господин Чжан, взгляните, этот женьшень годится? Можно ли с его помощью спасти дедушку?
Гу Хунъюя будто не существовало, но он не обиделся. Второй из вошедших мужчин — достаточно представительный, сдержанный, с благородной осанкой — вежливо кивнул Хунъюю и хозяину аптеки, обозначив тем самым уважение.
По виду сразу можно было понять — перед ними человек не из бедных, но и не нувориш, разбогатевший вчера. Богатство этого рода передавалось поколениями; во взгляде, движениях, в осанке читалось спокойное достоинство.
Пока Хунъюй рассматривал его, тот тоже окинул юношу внимательным взглядом. Подготовленные заранее сведения подтвердились — продавец женьшеня действительно оказался совсем молодым.
Тем временем внимание всех переключилось на «господина Чжана». Тот, с каменным выражением лица, склонился над корнем и долго разглядывал каждую деталь, совершенно так же, как до него делал аптекарь. С каждой минутой брови его поднимались всё выше, глаза блестели всё сильнее.
— Хозяин, молодой господин Линь, — наконец сказал врач, — судя по форме и структуре волокон, перед нами дикорастущий горный женьшень, возрастом не меньше ста лет! Посмотрите — вот здесь и здесь… такие признаки не встречаются у обычного. Великолепно, просто чудо! Старому господину повезло — это может спасти ему жизнь!
Молодой человек, однако, всё ещё сомневался:
— Точно не ошибаетесь, доктор?
Не успел тот ответить, как мужчина средних лет резко оборвал:
— Сяо Бин, что за тон? Разве доктор Чжан хоть раз подвёл твоего дедушку? Немедленно извинись!
— Не стоит, не стоит, — замахал руками врач. — Молодой господин переживает за старика, я всё понимаю.
Для семейного врача, живущего за счёт семьи Линь, подобная уступчивость была делом привычным — платили ему в разы больше, чем в любой больнице, и работа была куда спокойнее. Лицо семьи нужно было беречь.
Мужчина, очевидно глава семьи, не стал настаивать на извинениях. Вместо этого повернулся к Хунъюю:
— Молодой человек, я Линь Цинъю, глава семьи Линь. Этот дикий женьшень — ваш, верно? Мы готовы купить по высокой цене, без торга.
Гу Хунъюй, к удивлению всех, спокойно ответил:
— Простите, я уже продал этот женьшень владельцу аптеки.
Парень мгновенно обернулся к аптекарю:
— Хозяин, по какой цене вы купили его? Мы прибавим ещё пятьсот тысяч сверху, просто передайте его нам.
Аптекарь стоял ошеломлённый. Ведь несколько минут назад сам говорил, что денег на покупку у него нет! С трудом придя в себя, он покачал головой:
— Прошу прощения, но этот женьшень всё ещё принадлежит молодому человеку. Продаст ли он — решать ему.
Такое взаимное перекидывание ответственности всех окончательно запутало. Любопытная толпа, собравшаяся у дверей, недоумённо переглядывалась. Тогда Линь Цинъю вмешался:
— Доктор Чжан, сколько может стоить подобный экземпляр на рынке? Мы заплатим на пятьсот тысяч больше рыночной цены. Устраивает всех?
И Гу Хунъюй, и аптекарь обменялись взглядами и кивнули. Чжан ещё раз осмотрел корень, затем задумчиво сказал:
— Обычно столетние корни стоят около двух миллионов, но этот — исключительный. Думаю, справедливая цена — два с половиной миллиона.
Линь Цинъю кивнул без промедления:
— Тогда я плачу три миллиона. Надеюсь, вы продадите и позволите считать это благодарностью семьи Линь.
Хунъюй краем уха уловил перешёптывания из толпы:
— Это же сам Линь Цинъю! Одна из старейших семей уезда! Говорят, старик Линь тяжело болен…
— Деньги деньгами, а не всё купишь…
— Если старик уйдёт, Линьская корпорация может развалиться...
Продажа женьшеня и была целью приезда Хунъюя, так что возражений у него не возникло. Хозяин аптеки, естественно, возражать тоже не стал.
— Этот женьшень я и так собирался продать, — спокойно сказал Хунъюй. — Раз вы проявили такую искренность, достаточно двух с половиной миллионов.
Решение возникло у него на месте. Во-первых, оценка Чжана уже включала лишние полмиллиона по сравнению с предложением аптекаря, и было очевидно, что аптекарь не занижал цену специально — он просто исходил из оптовой закупочной, а не розничной стоимости.
Во-вторых, клан Линь имел влияние во всём уезде и множество связей. Если Гу Хунъюй действительно собирался осесть здесь, заводить своё дело и укрепляться — такой союз мог стать бесценным. Продажа с уступкой была не потерей, а инвестицией в будущее.
Кроме того, он решил поделить прибыль честно: из полученных двух с половиной миллионов отдать пятьсот тысяч аптекарю. Ведь редки ныне люди, способные оставаться порядочными, когда дело касается больших денег.
Естественно, жест юноши вызвал всеобщее изумление — Линь Цинъю, его сын, врач и даже аптекарь удивились такой щедрости. Толпа же шепталась, что парень просто недалёкий простак. Но Хунъюю было всё равно — их миры не пересекались.
На лице Линя мелькнуло уважение. Он велел:
— Доктор Чжан, заберите женьшень и с Сяо Бином немедленно поезжайте домой. Всё благополучие старого господина — теперь в ваших руках.
Затем Линь вынул из кожаной сумки чековую книжку, быстро заполнил чек и вместе с маленькой карточкой протянул Хунъюю.
— Молодой человек, я своё слово держу. Если когда-нибудь понадобиться помощь семьи Линь — звоните по этому номеру.
С этими словами он элегантно повернулся и вышел, сопровождаемый сыном.
Обновлено: 10.07.2026