- Что-то не так? - Спросила Ю Чжи И, дотрагиваясь до своего лица.
Она уже прошла духовное очищение. Конечно же, не могло быть так, что какие-то ужасные токсины снова вышли на поверхность, верно?
Цзы Юань вышла из оцепенения, еë глаза всë ещë были прикованы к лицу Ю Чжи И. Её щеки порозовели: «Ничего, госпожа. Просто… кажется, с каждым днём Вы становитесь всё красивее. Вы буквально светитесь.»
Ценность добродетели не только продлила молодость Ю Чжи И и её жизнь, но и придала ей внутреннее сияние. Хотя сама она едва ли заметила перемену, любой, кто видел её, не мог отделаться от мысли, что наткнулся на фею.
Ю Чжи И замолчала, глядя на свои руки. Конечно же, она поняла, что её внешность изменилась по сравнению с обычными людьми.
Чтобы избежать ненужных неприятностей, она быстро сделала жест пальцами, прошептав заклинание.
Свечение мгновенно погасло.
Хотя сияние исчезло, её благородная кожа оставалась безупречной, гладкой и сияла здоровым розовым сиянием. Её глаза казались ещë яснее, а губы были естественно розовыми.
Цзы Юань, смотревшая на неё в зеркало, не смогла заставить себя накрасить её: «Госпожа, Вы и так прекрасны, как лотос, только что вышедший из воды. Любая пудра только притупит Вашу естественную красоту.»
- Тогда давай пропустим это, - ответила Ю Чжи И.
Она никогда не увлекалась косметикой, хотя Цзы Юань любила наряжать её — особенно после того, как госпожа Яо привезла ей так много новой одежды и косметики. Молодая девушка обращалась с лицом как с холстом, пытаясь создать самый невероятный шедевр.
Ю Чжи И решила в кои-то веки согласиться с Цзы Юань. (Мне не нравится это предложение. Подумай тоже, как исправить.)
Сегодняшний день был редким для канцлера Ду, он даже остался завтракать дома.
Ду Цзы Хэн, который позволял любви затуманивать его рассудок и неоднократно злил госпожу Яо, не осмеливался перечить отцу. Он также послушно появился за завтраком.
Увидев своего сына, канцлер Ду нахмурился: «Ты провёл ночь, сражаясь с демонами?»
Ю Чжи И приподняла бровь. Она и понятия не имела, что у канцлера Ду такой острый язык.
Выражение лица Ду Цзы Хэна потемнело: «Я... просто занимался допоздна. Плохо спал.»
- Так ли это?
Канцлер Ду окинул своего сына долгим, изучающим взглядом. Он не подтвердил, но и не опроверг свои слова.
Тем не менее, этого знающего взгляда было достаточно, чтобы заставить Ду Цзы Хэна выпрямить спину, который был не в силах скрыть свой дискомфорт.
Почувствовав растущее напряжение за столом, госпожа Яо быстро попыталась разрядить обстановку: «Хорошо, хорошо, давайте просто поедим.»
Канцлер Дю запыхтел, но в конце концов уважил желание своей жены. Он сел, хотя выражение его лица оставалось суровым.
Он не вмешивался в дела семьи, но это не означало, что он о них не знал.
Вчерашний провал был особенно шумным. Этот высокомерный господин Ао Бин чуть не погубил кого-то из королевской семьи. В конце концов канцлеру Ду пришлось нести принцессу обратно в город на руках, и всё это обрастало яркими подробностями.
Канцлера Ду всю жизнь превозносили за его честность. Он никогда бы не подумал, что в старости станет посмешищем — и всё благодаря своему сыну!
Когда завтрак закончился, канцлер Ду не сразу встал из-за стола.
Так как он остался, никто больше не осмеливался подняться.
Канцлер Ду отложил палочки для еды и с мрачным видом повернулся к сыну: «Императорский экзамен уже не за горами. Я не хочу больше никаких глупостей. Если из-за того, что ты отвлекаешься, ты провалишь экзамен… Я не просто буду отказывать ей во вступлении в качестве твоей наложницы. Если она осмелится быть бесстыдной и попытается стать твоей госпожой, ей придется перешагнуть через мой труп, чтобы пройти через ворота внутреннего двора!»
Тело Ду Цзы Хэна слегка задрожало.
Он прикусил губу и, наконец, пообещал: «Отец, не волнуйся. Бин Юэ — моя верная спутница. Она не повлияет на мою учёбу.»
Госпожа Яо нахмурилась: «Не говори такой чепухи! Эта нарушительница спокойствия — твоя спутница? Чушь собачья! Именно И-эр — тот истинный партнер, который тебе нужен!»
Ду Цзы Хэн открыл рот, но не смог возразить.
Хотя Ю Чжи И пробыла в доме недолго, она умудрялась поддерживать всё в порядке — даже помогала ему и Бин Юэ выпутываться из некоторых щекотливых ситуаций.
Этого нельзя было отрицать. Ему оставалось только молчать.
Ю Чжи И поняла, что она ничего не сделала для себя, хотя все похвалы и критика исходили от канцлера Ду и его жены. Она оставалась безмолвной.
Атмосфера с каждой минутой становилась все более гнетущей. Госпожа Яо взглянула на свой браслет, и её осенила идея. «И-эр, не хочешь сделать браслет и своему отцу?»
Канцлер Ду всё ещё злился на глупость своего сына. Услышав слова жены, гнев не исчез полностью, но всё же улёгся.
Он слегка оживился.
Как свёкор Ю Чжи И, он считал ниже своего достоинства просить о чём-либо свою невестку. Так что, он прочистил горло и сказал: «В конце концов, я канцлер нации. Как бы это выглядело, если бы я носил украшения, как женщина?»
Ю Чжи И предположила, что он сомневается в защитных свойствах браслета. Но затем добавил: «Чего-нибудь простого было бы вполне достаточно.»
Ю Чжи И растерянно моргнула.
Нефритовое кольцо, которое он носил, тоже было ювелирным изделием, и притом довольно изысканным!
Кто бы мог подумать, что её свёкр может быть таким противоречивым?
Она тихо рассмеялась: «Если отец не любит браслеты, может, я могла бы сделать вместо него нефритовую подвеску? Эффект будет тот же. Если бы вы помогли мне найти кусок дерева, в который ударила молния, я могла бы сделать из него заколку для волос, которая была бы ещё лучше.»
Дерево, поражённое молнией, считалось лучшим оберегом от зла. Чем старше дерево, тем сильнее его сила.
К сожалению, это было крайне редким явлением, и найти старинный кусок такого дерева было всё равно, что искать иголку в стоге сена.
Ду Цзы Хэн был ошеломлен, увидев, как его суровый, непреклонный отец расплылся в доброй улыбке перед Ю Чжи И — словно самый обычный отец.
Ю Чжи И, в свою очередь, без малейше намëка на нервозность смотрела в лицо человеку, наводящему ужас на стольких министров — канцлеру, которого уважал даже император. Она непринужденно болтала с ним, спокойная и собранная, как будто разговаривала с любым пожилым соседом.
Это заставило Ду Цзы Хэна усомниться во всем своем мировоззрении.
Был ли его отец действительно таким добрым?
Или это просто его отец был таким строгим только рядом с ним?
Размышляя, Ду Цзы Хэн внезапно осознал, что его отец и Ю Чжи И уже определились с материалами.
Пока они не могли найти ни одного дерева, в которое ударила молния, поэтому Ю Чжи И пообещала канцлеру Ду нефритовую подвеску, которую он будет носить какое-то время. Как только она найдёт нужное дерево, то сделает для него заколку для волос.
Канцлер Ду едва ли не расплылся в улыбке, но сохранил суровый вид. Он просто кивнул, стараясь не терять своего авторитета.
И всё же, сам того не ведая, удовлетворение, которое он подавлял на своём лице, отразилось в его глазах, заставив их заблестеть.
В этих слегка затуманенных глазах теперь безошибочно читались теплота и удовлетворение.
«С нефритовым кулоном, который снимает усталость, даже три дня и три ночи работы не вымотают меня.» - подумал он про себя.
Ду Цзы Хэн заметил улыбку в глазах отца и молча склонил голову.
Он начал задаваться вопросом, действительно ли он биологический сын канцлера Ду.
Возможно, в истории Ю Чжи И был какой-то поворот — может быть, её родители не были простолюдинами, а были похищены какой-нибудь мерзкой женщиной? И его родители, чтобы облегчить свою боль от потери дочери, усыновили маленького мальчика?
Пока мысли Ду Цзы Хэна блуждали всё дальше и дальше, Ю Чжи и и госпожа Яо ушли вместе, держась за руки, а канцлер Ду вернулся к своему обычному суровому выражению лица.
Прибыл чиновник, чтобы доложить о ходе выполнения некоторых заданий. Канцлер Ду слегка поднял глаза, и к нему мгновенно вернулась властность: «Отведите его в кабинет.»
Ду Цзы Хэн вздохнул. Похоже, его отец был строг не только с ним, но и со всеми, кроме его матери и Ю Чжи И.
Пока Ду Цзы Хэн продолжал размышлять, Ю Чжи И в кои-то веки по-настоящему улыбнулась: «Если Хонг Луан приглашает меня, как я могу не пойти?»
Обновлено: 17.01.2026